Ольга Колпакова – Детская библиотека. Том 70 (страница 11)

— Вам не понять женскую психологию, — величественно сказала Саша, уходя от ответа.

— Хорошо, я помогу вам, — решил блондин.

И следующие четверть часа они ползали в траве между смородиной и туалетом. Саша вошла в роль и самозабвенно перебирала листики, ища придуманную брошку. Она так увлеклась, что не удивилась бы, если бы брошка нашлась. Но брошка не находилась, что вполне закономерно. В процессе поисков выяснили, что Валера — аспирант, но сейчас на каникулах, что ему нравится гроза и не нравится овсяная каша, он любит бардовские песни и не понимает рэп, а из фантастики предпочитает ту, в которой есть драконы, хотя и понимает, что это ребячество. В конце концов Саша наткнулась на крапиву и решила поиски прекратить.

— Я ещё завтра поищу, — сказала она. — А теперь спать пора.

— Я вас провожу, — взял её под руку Валера. — Только давайте пойдём другой дорогой, чтобы не проходить мимо этого вашего Отелло, который швыряется твёрдыми предметами.

Они пошли по дорожке и уже почти дошли до дома, как вдруг…

Огромная, белёсая, как привидение, тень перемахнула через забор и ринулась на Валеру. Четвёртый за ночь вопль был коротким, но выразительным.

— Кошмар, это свой! — закричала Саша.

Кошмар остановился, потом подошёл к замершему Валере и обнюхал его.

— Какой у вас литературный дом, — дрожащим голосом сказал блондин. — Там — Отелло, тут — собака Баскервилей.

— Кошмар, а почему тебя не было дома? — запоздало сообразила Саша. Кошмар виновато потупился. У него завелась очень перспективная знакомая породы колли через три дачи налево, и по ночам он ходил к ней в гости, пренебрегая сторожевой службой.

— Ладно уж, иди и не ешь больше моих гостей, — разрешила Саша, и Кошмар ушёл за теплицу.

— Пожалуй, пора спать, — решительно сказал Валера. — А то уже какие-то огромные псы мерещатся. До свидания.

И быстро ушёл к себе.

«Если я пойду к туалету в третий раз, он всё равно меня подкараулит, — обречённо подумала Саша. — Но я не сдамся!»

Она прошла в дом, стараясь не разбудить родителей (хотя, если их не потревожили четыре вопля, можно было не беспокоиться), и вылезла в окно, ведущее на дорогу. Затем обошла свой участок по улице, пролезла в секретную дыру в заборе, проползла между кустами смородины и тайно, как Джеймс Бонд на явку, шмыгнула в туалет. Домой она вернулась тем же кружным путём.

— Вот так! — торжествующе подумала Саша, почёсывая под одеялом покусанные комарами плечи. — И никакие блондины мне не страшны! Надо завтра у мамы попросить какую-нибудь брошку, якобы я нашла потерю.

И уснула, утомлённая романтичным вечером.

Глава 14

— Стася, — сказала утром Саша. — Пожалуйста, пойди к маме и попроси у неё брошку.

— Зачем? — удивилась Стася. — Мне не нужна брошка.

— Зато мне нужна.

— Так ты и проси.

— Я не смогу внятно объяснить, зачем она мне понадобилась. А ты сможешь. Ты ещё и не то сможешь. Ну что тебе стоит?

— Ладно, — сказала Стася и подошла к маме, жарящей яичницу. — Мама, дай мне брошку.

— А колье с алмазами не надо? — спросила мама. Стася задумалась. Вроде про колье Сашка ничего не говорила. Значит, оно ей без надобности.

— Колье не надо, — отказалась Стася. — Вот шапку-невидимку можешь дать.

— Шапок-невидимок не бывает, — заметила мама, добавляя приправы.

— Я знаю, — согласилась Стася. — Но она мне всё равно нужна. Если нет шапки-невидимки, дай брошку.

— На трусы брошки не надевают и на сандалики тоже, — сказала мама. — А больше на тебе ничего нет.

— А если я носки добавлю? — спросила Стася, обозревая свой скудный туалет. — И бантик?

— Это ничего не изменит, — сказала мама.

— Знаешь, это просто придирки, — рассердилась Стася. — То нельзя, это нельзя… Где брошка?

— Но я же не знала, что тебе на даче понадобится брошка, — оправдывалась мама. — Все украшения дома остались. Пойди сорви цветочек и воткни в волосы. С твоими трусами будет чудесно сочетаться.

— Я лучше поищу брошку, — отказалась Стася. — Не может быть, чтобы на такой большой даче не было хотя бы одной маленькой брошки. Лучше с изумрудом.

— Нет, лучше я сама поищу, — испугалась мама. — Когда ты что-то ищешь, потом можно сразу делать капитальный ремонт. А лучше переезжать на другую квартиру. Стой тут и следи за яичницей.

И мама сделала минимальный огонь и пошла на чердак поискать в коробках, набитых всяким старьём, хоть что-то, напоминающее брошку.

Первое время Стася добросовестно следила за яичницей — вдруг она убежит, как молоко. Но яичница попалась смирная, лежала себе в сковородке и тихо шипела.

Подошла Даша.

— Ты что делаешь?

— Яичницу сторожу, — объяснила Стася. — Ты любишь яичницу?

— Нет, — сказала Даша. — Она некрасивая. Вся белая, аж жёлтая.

— А мы её раскрасим, — придумала Стаська. — Где гуашь?

Гуаши в пределах досягаемости не было. Зато на кухонном столе лежали всякие съедобные вещи: петрушка, укроп… Стася добавила в яичницу несколько листочков петрушки.

— Теперь красиво, — одобрила Даша. — Ещё давай.

Стася положила туда же три клубнички из корзинки и залюбовалась — такая нарядная получилась яичница.

— Ещё надо синенького, — заметила Даша.

— Где ж я тебе синенького-то возьму? — развела руками Стася. — Синих овощей не бывает. Разве что незабудок покрошить.

— Вот синенькое, — и Даша подала подружке синий колпачок от шариковой ручки, лежавшей тут же.

Стася с сомнением оглядела колпачок, потом яичницу.

— Было бы красиво, — сказала она. — Но колпачок несъедобный. Наверное, мама не похвалит, что мы его в яичницу запихали. Скажет, что там микробы.

— Надо помыть, — сказала Даша.

Стася помыла колпачок с мылом и положила его в сковородку с краешка — как раз между желтком и клубничкой.

— Вообще-то ты права, — кивнула она. — Очень здорово выглядит. А если кто колпачки не любит, может выковырнуть. Я специально с краю положила.

— Стася, яичница, наверное, готова, — крикнула мама с чердака. — Пусть папа или Саша подают её на стол.

— По-моему, колпачок ещё сыроват, — тихо, чтобы никто не услышал, сказала Стася. — Но, может, его так и едят, как бифштекс с кровью. Папа! Папа! Подавай яичницу на стол, а то она горячая!

Папа пришёл на кухню и бросил взгляд на плиту. Феерическая яичница сияла на сковородке. Рядом сияли Стася и Даша.

— Что, вот это мы будем есть? — удивился папа.

— Да, — сказала Даша. — Очень красиво.

— Это мама приготовила, — объяснила Стася. — А я только смотрела, чтоб не убежала.

— Она ещё и бегает? — ужаснулся папа.

— Да, — сказала Даша.

— Ну, я не уверена, но мама сказала, что бегает, — сказала Стася.

Мама спустилась с лестницы, держа в руке что-то мелкое.

— Вот, Стася, это единственная брошка, которую я нашла, — сказала она и протянула дочери старый, облупившийся пионерский значок.