Ольга Иконникова – Брачная ночь попаданки (страница 21)

Теперь я смотрела на нее почти в ужасе. Мне хотелось бы, чтобы это было неправдой, но она говорила так уверенно, что я поверила ей.

И всё-таки в глубине души я надеялась, что она обманывает меня. Или заблуждается сама. Может быть, она подслушала не весь разговор и чего-то не поняла. Или что-то додумала.

— Я вам не верю, — сказала я и вслух.

В парке было уже почти темно, и мне было холодно и неуютно. И потому я обрадовалась, когда увидела, что к нам от крыльца шел месье Таше с фонарем в руках и шерстяным плащом.

— Вы можете спросить об этом своего отца, — сказала Кэролайн. — Уверена, что теперь-то он не откажется рассказать вам всю правду.

И она, гордо кивнув мне, заторопилась к ожидавшей ее карете.

— Вы, должно быть, совсем замерзли, ваша светлость, — сказал дворецкий, набрасывая плащ мне на плечи.

— Благодарю вас, сударь, — почти машинально ответила я.

Я и в самом деле дрожала, но не столько от холода, сколько от страха. Я хотела узнать правду, но одновременно страшилась её. Если Кэролайн не солгала, значит, ложью было всё то, что говорил мне Андрэ.

Значит, он женился не по любви и даже не из чувства долга, а по расчету. Только расчет заключался не в деньгах, а в магии, которую он хотел получить от мадемуазель Эгийон.

И я с горькой иронией подумала о том, что в этом-то он как раз просчитался. Потому что на самом деле я не была Арианой, и во мне не было ни капли магии Эгийонов.

Мы оба обманули друг друга, просто по разным причинам. Я была вынуждена это сделать, а он пошел на это сознательно. Он говорил мне, что я свожу его с ума, а при этом думал лишь о моей магии. И от этого было особенно больно.

— Его светлость уже вернулся домой? — спросила я у Таше.

— Еще нет, госпожа.

— А его сиятельство?

— Да, господин граф вернулся четверть часа назад.

Ну, что же, Лоренсу Эгийону придется многое мне объяснить. И будет лучше, если наш разговор состоится, пока де Шеврез еще в академии.

Я прошла в гостиную, где граф Эгийон изучал вечернюю газету. Он поприветствовал меня улыбкой, но я не улыбнулась в ответ.

— Объясните мне, ваше сиятельство, что за рукопись отец Андрэ обнаружил в библиотеке Аледанской академии двадцать лет назад? Или она, как и ваша Ариана, тоже была фальшивкой?

И когда я увидела, как вытянулось лицо его сиятельства, я поняла, что не ошиблась. Кажется, со стороны Эгийонов это было еще одно мошенничество.

Глава 34. Месье изобретатель

Впрочем, я уже этому не удивилась. Если Эгийоны смогли придумать себе несуществующую Ариану, то почему бы им не придумать и ту легенду, которая была изложена в рукописи?

— И как вам это удалось? — только и спросила я. — Не думаю, что де Шеврезы купились бы на плохо сляпанную подделку.

— Разумеется, нет! — словно бы даже чуть обиделся граф. — Но, прошу вас, давайте сядем на диван. Так нам будет куда удобнее разговаривать. Вы же понимаете, Ариана, что об этом не стоит кричать.

Я вся кипела от возмущения, но всё-таки когда он отложил газету и перешел из кресла на диван, я села рядом с ним.

— Отец придумал это как раз тогда, когда для дальнейших опытов ему потребовались изумруды, которые он уже не мог позволить себе купить. А рудники де Шеврезов давали ему как раз то, что ему было нужно.

— Но что было написано в этой рукописи, и как ему удалось добиться того, чтобы она выглядела достаточно древней?

Эгийон улыбнулся. Мне показалось, ему доставляло удовольствие рассказывать то, что он вынужден был так долго скрывать. И да, несмотря на то что это было обманом, это было ювелирное мошенничество.

— В нашей библиотеке хранилась книга, которая написана несколько столетий назад. Да-да, она была именно рукописной, и после текста в ней шло несколько пустых страниц, которые можно было использовать для заметок. Мой папенька извлек эти страницы. То есть их возраст не мог вызвать никаких сомнений — бумага была настолько стара, что могла раскрошиться от неосторожного обращения. И всё, что требовалось, это написать на ней нужный текст на старокарийском языке.

— Но что именно он написал? И почему герцог де Шеврез написанному так легко поверил? Неужели ему не показалось странным, что в старинной рукописи, оказавшейся в библиотеке академии, содержалось подобное предсказание? Разве не подозрительно, что оно слишком явно указывало на семейство Эгийонов и явно было тому выгодно?

Но граф покачал головой:

— О, Арина, вы недооцениваете изобретательность моего отца! Он отнюдь не написал всё настолько прямо, как вы думаете! Всё было подано в весьма завуалированной форме. И род Эгийонов там был указан лишь как один из многих!

Я нахмурилась, потому что всё еще ничего не понимала.

— На этих листах были изображены таблицы, в которых был проведен анализ совместимости мужчин де Шеврезов с представительницами почти всех знатных родов Карии. Да-да, мы, Эгийоны, там никак особо не выделялись! — он рассмеялся хрипловатым смехом. — В таблице, якобы на основе изучения особенностей магии разных семейств, были указаны те качества, которые могли получить дети, родившиеся от подобных союзов. Скажем, женившись на девушке из рода Треви, герцог мог получить потомство, обладающее склонностью к математическим наукам и астрологии, а на девушке из рода Пулленов — крепкое здоровье.

Теперь кое-что начало проясняться и, вспомнив слова мадемуазель Беранже, я предположила:

— А поскольку де Шеврезы хотели обрести былое магическое могущество, напротив своей фамилии вы указали именно это?

— Да, именно так, — кивнул его сиятельство. — Он указал, что родившийся в этом браке ребенок может обрести сильную магию, равно как и часть магии от невесты получит и сам брачующийся после первой, кх-кх, — тут он смущенно закашлялся, — брачной ночи.

— И всё-таки, мне кажется, этого слишком мало для того, чтобы этому поверил умный человек. Или отец Андрэ таковым не был?

— Разумеется, был, — усмехнулся граф. — Но вы не учли того, что некоторые из прочих предсказаний в этой таблице можно было легко проверить на примере прошлых поколений де Шеврезов. Так, прабабушка Андрэ была Пуллен, и его дедушка был здоровяком и силачом, а его бабушка была из рода Треви, и отец Андрэ действительно к тому времени вовсю занимался астрологией. А раз все прочие предположения сбылись, так почему бы ему было и не поверить и в это?

Ах, вот как? Это было придумано довольно ловко. И всё-таки кое-что мне было непонятно.

— Но такая рукопись, существуй она на самом деле, должна была бы находиться в доме самих де Шеврезов, а никак не в библиотеке академии.

— Всё дело в том, дорогая Ариана, что де Шеврезы пару поколений назад в качестве щедрого жеста подарили Аледанской академии несколько сотен томов из своей библиотеки. И именно в один из этих томов и были вложены те листы, что исписал мой отец. Разумеется, сначала он долго держал их под палящим солнцем, дабы чернила были достаточно выцветшими.

— Но как он мог надеяться на то, что герцог де Шеврез однажды возьмет в руки именно эту книгу? — изумилась я. — Ведь вероятие этого было слишком мало!

— Вовсе нет, — возразил граф. — Поскольку мой отец сам в то время работал в академии, он прекрасно знал сферу научных интересов его светлости. Он позаботился о том, чтобы найти книгу, которая должна была потребоваться герцогу в самое ближайшее время.

Я сидела потрясенная, не понимая, как к этому относиться. С таким умом и сообразительностью Клоду Эгийону нужно было занимать пост министра, и никак не меньше. Правда, восхититься его изобретательностью я всё-таки не могла, потому что она впутала во весь этот балаган и меня саму. И эта ложь, которой становилось всё больше и больше, кажется, уже разрушила мой брак.

Глава 35. Брак по расчету

— Значит, всё это ложь? — наконец, спросила я. — И де Шеврезы не смогут обрести прежнюю силу в браке даже с настоящей представительницей рода Эгийонов?

— Именно так, — подтвердил граф. — И если бы они ни были так одержимы своим желанием, то сами поняли бы, что эта рукопись не более, чем бред какого-то сумасшедшего. Они поверили в это только потому, что им хотелось поверить, и не более того.

Кажется, он пытался сказать, что Клод Эгийон не так уж и виноват. Но это было неправдой.

— Вы с отцом решили нагло воспользоваться их тайными страхами. Да, вы не заставляли их в это поверить, но вы сделали всё, чтобы они поверили сами. Разве это честно?

Его сиятельство развел руками. Что он мог на это возразить?

— Вы относитесь к этому слишком серьезно, дорогая! Разве случилось что-то страшное? Кому стало хуже из-за того, что де Шеврезы поверили в предсказание и заключили брак с Эгийонами? Вся их потеря — маленький изумрудный рудник. Но этих рудников у них полным-полно.

— Но дело ведь не только в руднике! — воскликнула я. — Если бы не это соглашение, Андрэ мог бы вступить в куда более выгодный союз! И это был бы брак не по расчету, а по любви!

Я вспомнила, как муж говорил мне, что женится на мне не только потому, что эту обязанность возложил на него его отец. Что он сам хочет на мне жениться! Потому что я понравилась ему с первого взгляда! Он говорил мне о любви!

Теперь я понимала, что все эти слова были ложью. Да, он женился на мне по собственному желанию, но вовсе не потому, что я понравилась ему! Он женился на мне потому, что хотел подкормить своего дракона магией Эгийонов!