Ольга Иконникова – Брачная ночь попаданки (страница 13)

По той растерянности, что отразилась у него на лице, я поняла, что он и сам придерживается такого же мнения.

— У нас есть еще несколько дней, мадемуазель, пока граф Эгийон доберется до Аледана, — пробормотал он.

— Нет, ваша светлость, я уже довольно ждала ваших действий! Идемте! Мы немедленно уезжаем с вами из академии!

— Но это невозможно, мадемуазель! — испугался он. — Кто-нибудь непременно увидит нас вместе, и когда вы исчезнете, его светлости не составит труда соотнести одно с другим.

Он был жалок, но я не собиралась его жалеть. Именно он был виноват в том, что я оказалась здесь.

— Мне всё равно, сударь, что о вас подумают! — сказала я. — я требую, чтобы вы немедленно отправили меня домой! Прямо сейчас, сударь. Или я устрою такой скандал, что об этом будет говорить вся академия! Я расскажу всё его светлости! Он будет рад узнать, кто именно расстроил его помолвку с мадемуазель Беранже.

— Но вы не можете так поступить, мадемуазель! — воскликнул герцог. — Это погубит и вас саму!

— Если я признаюсь ему во всём, я уверена, что он проявит снисхождение. Ведь я не виновата, что попала сюда. Это вы провели какой-то ритуал, который переместил меня в Аледан. И вы запугали меня и заставили действовать по вашей указке. Моей вины в этом нет.

— Но вас всё равно посадят в тюрьму! — его лоб заблестел от пота. — В Карии на этот счет суровые законы.

— Уверена, его светлость проникнется ко мне сочувствием и наймет мне хорошего адвоката.

На самом деле я отнюдь не была в этом уверена, но моему собеседнику знать это было совсем не обязательно.

— Вы погубите и себя, и меня, мадемуазель!

— Вы сами погубили себя, сударь, когда перенесли меня сюда, — холодно отозвалась я. — Так что решайте сами — либо вы немедленно, прямо отсюда, из библиотеки, отправляете меня домой, либо герцог де Шеврез узнает правду.

— Но это невозможно, мадемуазель! — он чуть не плакал.

— Что невозможно? — не поняла я.

— Я не могу отправить вас назад! — выдохнул он и без сил рухнул на стул.

В присутствии дамы это было недопустимо, но, похоже, сейчас светские условности его совсем не волновали.

— Не можете отправить меня назад? — не поверила я.

— Да! Да! Да! — почти выкрикнул он. — У меня нет заклинания для обратного перемещения! Страница книги, на которой оно находилось, была кем-то вырвана еще до того, как эта книга стала моей. А я не обратил на это внимания.

Я подошла к книжному шкафу и прислонилась к нему. У меня закружилась голова. Мне было страшно поверить тому, что он сказал.

— А кто может отправить меня назад? — тихо спросила я.

— Когда портальная магия в Карии оказалась под запретом, были уничтожены все книги, содержащие подобные заклинания. Так что, боюсь, ответ на ваш вопрос вам не понравится. Простите, но отправить вас назад не сможет никто.

Глава 21. Что делать?

— Никто? — я была ошарашена настолько, что даже не знала, что сказать. — Но вы же обещали…

Я понимала, что обещать и сделать — это совсем не одно и то же. Но мой мозг словно отказывался воспринимать то, что сказал де Кюстин.

Я должна вернуться домой! Я не могу остаться в Карии! Здесь у меня нет ни одного близкого человека — ни родных, ни друзей. Это магический мир, а во мне самой нет ни капли магии. И местные законы суровы к таким, как я.

— Простите, мадемуазель, — герцог виновато опустил взгляд, — я был уверен, что я сумею это сделать! Я пытался найти эту вырванную страницу и пытался переделать заклинание призыва на обратное, но у меня не получилось! Но не волнуйтесь, мы непременно что-нибудь придумаем!

Но теперь я уже не верила ему.

— Что вы можете придумать, сударь? — я усмехнулась.

— Я достану для вас фальшивые документы! — он снова посмотрел мне в глаза. — И я дам вам много денег! Столько, сколько вам будет нужно для того, чтобы уехать из Аледана и начать всё заново. Вы сможете купить себе дом и нанять слуг. Только подождите до завтра. Мы не можем сейчас уехать из академии вместе. Утром отправлю за вами экипаж. Как и прежде, в десять часов!

В конце зала появился месье Жером, и я поняла, что разговор окончен.

— Простите, я задержался, — извинился передо мной секретарь.

А я попыталась улыбнуться в ответ.

— Всё в порядке, месье.

В его руках была толстая книга в кожаном переплете, с которой мы и продолжили экскурсию. Но что бы он ни показывал мне теперь — лекционные залы, лаборатории зелий и даже склад магических предметов — я проявляла лишь видимость интереса. После того, что я услышала от де Кюстина, я уже не могла думать ни о чём другом.

Хотя, когда мы вернулись в кабинет ректора, я искренне поблагодарила месье Жерома за интересный рассказ — он ведь действительно старался и был очень любезен.

— Простите, Арина, — сказал де Шеврез, когда секретарь оставил нас, — но вам придется поехать домой одной. На вступительных экзаменах возникло несколько проблем, и я вынужден остаться, дабы принять решение по каждой из них.

— Разумеется, ваша светлость, — кивнула я, — ваш ответственный пост ко многому обязывает. Но раз уж вы будете принимать решения относительно поступающих, то прошу вас — проявите снисхождение к мадемуазель Букер. Вы же видели, как экзаменаторы пытались ее запутать, и как достойно она вышла из этого положения. Конечно, я не говорю о нарушении правил, но если будет хоть какая-то возможность зачислить ее в академию, то я надеюсь, вы поддержите ее кандидатуру.

Он поцеловал мне руку, а потом лично проводил до экипажа.

Теперь я ехала одна и легко могла воспользоваться этим, чтобы сбежать. Вот только сбегать мне было некуда.

Более того, сейчас я уже не была уверена, что мне стоит пользоваться новым предложением де Кюстина. Я уже не могла ему доверять. Для него мое пребывание в Карии слишком опасно. Даже если у меня будут фальшивые документы, де Шеврез всё равно рано или поздно сможет меня найти. И тогда те показания, которые я смогу дать, серьезно осложнят положение де Кюстина. А он вряд ли этого хочет.

Портальная магия в Карии запрещена, а он применил ее и, тем самым, нарушил закон. И наверняка чтобы защитить себя, он готов будет пойти на самые серьезные меры.

Что, если после того, как он вывезет меня из Аледана, он просто от меня избавится? Возможно, не своими руками. У него достаточно денег, чтобы нанять для этого каких-нибудь разбойников. И тогда я уже не смогу ни в чём его обвинить.

Карета уже подъехала ко крыльцу дома герцога де Шевреза, и лакей распахнул двери, а я не заметила этого и продолжала сидеть и думать о своем. И только когда он сказал: «Ваше сиятельство!», я встрепенулась.

Я пообедала в одиночестве, но не заметила того, что ела. А после удалилась в библиотеку, села там на диван и расплакалась. Мне было так горько и так одиноко, что я рыдала и не могла остановиться. И даже когда слёз уже не осталось, мои плечи продолжали вздрагивать.

Я так и заснула на этом диване. А проснулась от того, что кто-то тронул мое плечо.

— Бедная моя девочка! — услышала я тихий голос герцога де Шеврез. — Тебе, должно быть, тут одиноко.

Он явно думал, что я всё еще сплю. Но его мысли были так созвучны моим собственным, что слёзы снова покатились у меня из глаз. Эта неожиданная поддержка вдруг так растрогала меня, что мне захотелось прямо сейчас ему во всём признаться. Рассказать всё ему самой, не дожидаясь разоблачения. Быть может, он поймет и поддержит меня?

А он заметил мои слёзы, достал из кармана шелковый платок и коснулся им моей щеки. И это движение было таким нежным!

Я открыла глаза. Сквозь неплотно задернутые гардины было видно темное небо. Значит, уже наступил вечер. Сколько же часов я проспала?

— Простите, что сегодня я оставил вас одну, — сказал его светлость. — А ведь у вас в Аледане еще нет друзей. И всё, что вас окружает сейчас, вам ново и чуждо. Я совсем не подумал о том, что мир за пределами монастыря вам совсем не знаком. Но обещаю, что сделаю всё для того, чтобы в моем доме вам было комфортно.

— Благодарю вас, ваша светлость! — откликнулась я.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Его голос был непривычно ласков, и мне хотелось, чтобы он продолжал и продолжал говорить.

— Прошу вас, Ариана, называйте меня Андрэ! А еще хочу сообщить вам, что выполнил вашу просьбу — мадемуазель Букер будет учиться в Аледанской академии.

Это была замечательная новость! И пусть я не была знакома с этой девушкой, мне почему-то было важно, чтобы справедливость восторжествовала.

— А мадемуазель Беранже? — спросила я.

— Разумеется, тоже, — улыбка герцога стала шире.

Я фыркнула, и мы оба рассмеялись. И впервые с тех пор, как я оказалась в Карии, мне стало тепло и спокойно.

Но нашу идиллию нарушил приход месье Таше.

— Простите, что побеспокоил вас, ваша светлость, — смутился он, заметив мою руку в руке герцога, — но только что прибыл граф Эгийон!

Я почему-то не сразу поняла, о ком именно идет речь. И только когда увидела обращенные ко мне взгляды обоих мужчин, вздрогнула.

Отец настоящей Арианы! Он уже приехал в Аледан!

Глава 22. Я не ваша дочь

— Граф прибыл раньше, чем я ожидал, — его светлость нахмурился. — Но это весьма кстати. Не правда ли, Ариана?

Я сглотнула подступивший к горлу комок и нервно кивнула. Сейчас я не смогла бы произнести ни слова. В голове вертелась только одна мысль: «Что делать?» И на обдумывание решения времени не было.