Ольга Иконникова – Банный бизнес попаданки (страница 10)

— А звери дикие? — с опаской спросила я.

— И они есть, — усмехнулась Нинелла. — Да только летом они на людей не нападают — если только к детенышам их не подойдешь. Ну, да я присказку вам скажу — произнесете ее вслух, и никакой зверь вам не будет страшен.

До обеда я решила постирать белье. Как я и думала, стирали тут со щёлоком — водным раствором древесной золы — целая кадушка с которым стояла в сенях.

За моими действиям и Нинелла, и Летти поначалу наблюдали скептически. Но я знала, что нужно делать, и умела обращаться со стиральной доской (здесь она была полностью деревянной). А полоскать белье я снова отправилась на реку. А потом ловко развесила его на протянутую между сараем и хлевом веревку.

— Что-то вы, мадемуазель Арлингтон, шибко много для благородной барышни умеете, — с прищуром посмотрела на меня Нинелла. — Или у вас в имении не было служанок? Не похоже. Ручки у вас больно белые да бархатистые, словно вы без перчаток никогда и не хаживали. Разве бы вам позволил кто стирать?

Она говорила это с улыбкой, но ее цепкий, недоверчивый взгляд как будто пронизывал меня насквозь.

Мне ужасно хотелось сказать ей правду. Так хотелось хоть с кем-то быть откровенной. Я была почти уверена, что уж она-то ни за что и никому меня не выдаст. Но рисковать я всё-таки не стала. Может быть, когда-нибудь потом, когда я узнаю ее получше. А пока пусть думает, что хочет.

Глава 15

На следующий день мы отправились в лес сразу после завтрака. И пока мы шли по лесной тропинке, я задала Нинелле те вопросы, что меня волновали.

— А задорого ли можно продать в городе ягоды и грибы?

Она обернулась и покачала головой:

— Нет, того, что выручишь, хватит разве что на то, чтобы купить лишь самые необходимые продукты. Да и откуда же взяться высокой цене, если все, кто живет в деревне, на ярмарку с одним и тем же товаром приезжают? К окончанию торга будешь готов отдать бочонок ягод за медную монету.

Я вздохнула. Это было печально. Не то, чтобы я надеялась на этом разбогатеть, но хотела заработать хотя бы на то, чтобы нам всем тут было комфортно.

Я заметила, что на огороде, что был возле дома, росли только самые простые овощи — картошка, свекла, редька, репа, морковка, капуста да всякая зелень. За огородом было поле с овсом. Но ни пшеницу, ни рожь Нинелла с Летти, похоже, не сеяли, а значит, муку им тоже приходилось покупать. А еще сахар и соль. В хозяйстве были корова и куры, то есть молочные продукты были свои. Но вряд ли женщины занимались рыбалкой и охотой, следовательно мясо и рыба тоже были покупными. И на всё на это требовались деньги.

А ведь еще нужны одежда и всякие необходимая в хозяйстве утварь. В доме было уютно и красиво, но все предметы интерьера наверняка были приобретены еще родителями Нинеллы, а то и ее бабушками и дедушками, а значит, рано или поздно нужно будет их обновлять. Да и сам дом уже требовал ремонта.

— А за счет чего вы платите налоги?

— В прошлом году дикого меда в лесу было мало. Зима суровой оказалась, пчелы померзли. Цена на мёд сильно выросла. А я сумела его добыть. Нашла те дупла, в которых они перезимовали. Выручила тогда на ярмарке достаточно, чтобы и налоги заплатить, и продуктов на зиму купить. Брат-то у меня хорошим бортником был, многому и меня научил. Но раз на раз не приходится.

Дженни тоже пошла с нами в лес, и вот для нее-то он был полон открытий. Она впервые оказалась в лесной чащобе и, задрав голову вверх, с изумлением разглядывала высоченные сосны и ели.

Ее приводило в восторг всё — и перебежавший тропинку ёж, и большой муравейник с тысячами своих обитателей, и стучавший по дереву дятел, и громкий ручей с прозрачный водой. Чего уж было говорить про ягоды, которые она впервые сама рвала с куста?

В лесу было много земляники и красной смородины, которую Нинелла называла кислицей. Земляника была слаще и понравилась Дженни больше, поэтому она стала собирать именно ее, ползая по угору с маленьким плетеным туеском. А мы взялись за красную смородину и довольно скоро набрали по целой корзине.

Потом мы сели на поваленное ураганом дерево и съели по куску пирога с луком, запив его сладким морсом. Мне показалось, что я никогда не ела ничего вкусней!

Когда мы шли через лес обратно, я вздрогнула, услышав хруст ветвей неподалеку. А потом среди деревьев мелькнуло что-то большое и темное. Я вздрогнула и испуганно охнула.

— Медведь???

Но Нинелла спокойно ответила:

— Нет, это лоси. Они почему-то любят есть траву именно на той поляне. Будто мёдом им там намазано. Они большие, но не опасные. Разве что, когда они бегут, нельзя становиться у них на пути, а не то затопчут.

Я прежде видала лосей, а вот Дженни даже не поняла, о ком именно мы говорили, и долго еще оглядывалась, надеясь разглядеть среди деревьев и кустов большого диковинного зверя.

После обеда все дружно сели перебирать ягоды. Отрывали их от веточек и бросали в высокую кадушку, которую потом Нинелла отнесла в холодный чулан.

В доме было много мужской работы, которую им с Летти приходилось делать самим. И я снова подумала о том, что в хозяйстве совсем не помешал бы какой-нибудь работник мужского пола. Вот только на какие шиши нам было его нанимать?

На ужин Летти приготовила овощное рагу — очень вкусное даже без мяса — но оно тоже было малосолым. И я уже поняла, что соль здесь ценилась на вес золота.

— А капусту вы на зиму солите? — спросила я.

Нинелла кивнула:

— Солим маленькую кадушечку. Если, конечно, на ярмарке соли удается прикупить. Ее издалека привозят, из чужой страны Валернии, с самого морского побережья, до которого ехать много дней и ночей. А когда Эртландия с Валернией воевала, то соль и вовсе невозможно было купить. Я то время почти не помню, маленькая еще была. Но матушка рассказывала, что тогда соль была на столе только у очень знатных и богатых господ.

Я с детства любила соленое и сейчас с трудом сдерживала себя, чтобы не потянуться к солонке. И только осуждающий взгляд Летти заставил меня смириться с недосолом. Но я понимала, что полный отказ от соли мог навредить здоровью. Значит, нам нужно заработать столько денег, чтобы не приходилось отказывать себе хотя бы в самом необходимом. Вот только как это было сделать?

Утром я с удивлением увидела Нинеллу в мужской одежде. Оказалось, она собралась на реку проверять сети, так что на обед у на была уха из налима. Вот только она тоже оказалась пресной, и я всё-таки не удержалась и бросила в тарелку щепотку соли. И сразу же услышала, как Летиция тяжко вздохнула.

Глава 16

На следующий день мы с Дженни снова пошли в лес. Я уже знала, где растут ягоды, и надеялась, что мы не заблудимся. Главное было не сворачивать с тропинки до самого луга, по сторонам которого росли кусты красной смородины.

Пока мы шли, я искала и грибы. Поскольку среди них могли попасться ядовитые, я решила брать все, а потом уже разбираться с Нинеллой, какие из них можно употреблять в пищу. Дженни я тоже предупредила, чтобы, кроме земляники и смородины, она не тащила в рот никаких ягод. А то наверняка тут растут и волчье лыко, и вороний глаз, и паслён.

На обратном пути мы снова приметили лосей на той же поляне. Слова нашей хозяйки про то, что тут им «будто мёдом намазано» еще вчера заставили меня призадуматься.

И лоси, и олени любят соль. Охотники для приманивания зверей даже специально ставят в лесу солонцы.

И сюда они наверняка тоже приходят не просто так. Может быть, поблизости есть соленый ручей, и трава с кустарниками, что растут вдоль него, тоже пропитываются солью.

Но эту мою мысль Нинелла сразу отвергла.

— Во всех лесных ручьях тут пресная вода. Неужели вы думаете, барышня, что мы пропустили бы такой источник?

И чистившая возле печки чугунок Летти тоже насмешливо хмыкнула.

Но всё-таки они не переубедили меня. Даже если соленая вода не выходила на поверхность, возможно, она была под землей. А значит, можно было попытаться ее добыть.

Когда я училась в школе, я однажды выиграла областной конкурс исследовательских проектов с работой на тему соляных промыслов на Севере России. Поэтому эта тема была мне знакома, хотя и только теоретически.

Соль у нас в Поморье добывали не только на побережье Белого моря, но и далеко от морских берегов. Я бывала в Сольвычегодске и Нёноксе, где было много знаменитых солеварен. Я даже примерно представляла, как там всё было устроено — видела картинки в книгах и макеты на выставках.

Иногда соленые источники находились неглубоко, и тогда, чтобы добраться до воды, достаточно было вырыть колодец. Но иногда соленый раствор приходилось поднимать с глубины до двухсот метров. А вот это в здешних условиях уже было проблематично.

И чем глубже залегали такие воды, тем дороже обходилась добыча соли. А ведь ее потом еще нужно было вываривать. А для этого нужны дрова. Большое количество дров.

И всё-таи попытаться стоило. Но прежде следовало кое-что выяснить.

— Скажите, мадемуазель Донован, а кому принадлежит здешний лес?

— Сколько раз я просила называть меня просто Нинеллой? — недовольно откликнулась та. — Не привыкшие мы тут к благородному обращению.

— Тогда и вы называйте меня Аннабел, — сказала я. — А еще лучше просто Анной.

Имя Анна было мне ближе и родней. Так меня назвали мои родители, и слышать его снова мне было бы очень приятно.