Ольга Хельман – Обреченная (страница 2)

Компания мужчин начала между собой перешептываться, а мои глаза полностью продавили мраморную плиту в полу. Если бы я взглянула на них, то они бы сразу разбежались по разным углам. У них не было никакого воспитания, раз позволяли такой жест среди незнакомой девушки.

– Господа, имею большую честь представить вам свою самую близкую подругу. Её зовут Элизабет, – она расплылась в улыбке.

– Хорошенькая, – прошептал один из мужчин другому на ухо.

Это заставило меня содрогнуться от нахлынувшего отвращения. Моё терпение исчерпало свой запас, и я взглянула в лицо этим озабоченным нахалам. Мужчины тут же замолчали, расплываясь в паскудной улыбке. Мне пришлось закусить язык, чтобы не выкинуть какую-нибудь непозволительную дерзость. Все эти мерзкие улыбки и лица вызывали во мне тошноту.

– Ваше ангельское личико скрасило этот вечер в нашей скучающей компании, – сказал один из незнакомцев.

– Может, прекрасная дама решит составить компанию наедине? – рассмеялся другой незнакомец.

Мои глаза распахнулись в удивлении от подобного заявления. Мне сразу же захотелось выбить его вставные зубы, чтобы меньше улыбался. Конечно, я была их всех ниже по статусу, но это не означало, что они могли разговаривать со мной в подобном тоне.

– Ещё как, а потом скинет твою тупое рыло куда-нибудь в реку, – ответила я.

Их улыбки сразу же помрачнели на их отвратительных лицах.

– Девица, ты забылась с кем имеешь честь разговаривать? – разозлился он. – Не уж то шуток не разбираешь?

– Имею честь разговаривать с порочным скотом, – разозлилась в ответ.

В его глазах промелькнул гнев. Словно разъяренный зверь, он замахнулся на меня ладонью. От неожиданности я закрыла глаза. Мой язык снова стал моим же врагом. Но совсем не думала, что это приведет к тому, что мужчина в действительности захочет ударить меня по лицу. Вокруг всё погрузилось в тишину. Не почувствовав ладони на своём лице, я разомкнула глаза и увидела, что герцог Вилмар Дамкелер перехватил его руку, крепко сжимая. От его мрачного взгляда подонок застыл в страхе. Его серые глаза сверкали, как угли в затухающем огне, наполненные зловещим, почти бездушным яростным светом. Они были жестоки, как штормовое небо перед грозой, не давая ни малейшего намёка на теплые чувства. В них была скрыта глубокая злоба, как если бы сам взгляд мог разорвать на части.

– Как смеешь? – сказал он сквозь зубы.

– Ваша Светлость, эту самозванку нужно проучить и показать, где её место. Не уж то я не прав?

– Как смеешь? – повторил он. – Кто дал тебе на это волю? – герцог сжал сильнее его руку.

– Ваша Светлость, ему наверное нездоровится. Не стал бы он поднимать руку на дочь барона, – пытался оправдать его второй мужчина.

– Отец сам бы отпорол её, если бы узнал, как она разговаривает с графами, – ответил подонок.

Взгляд герцога стал тяжелее, словно молот, обрушивающийся на них. Они тут же замолчали. На их лицах снова замелькал страх, когда поняли, что герцог не собирался поддерживать их в происходящем. Дамкелер не нуждался в речи, чтобы повергнуть всех в молчание. Когда его взгляд падал на кого-то, всё вокруг замирало, и даже воздух становился гуще, словно каждый осмелившийся произнести слово рисковал быть подавленным этой тяжестью.

– Ваша Светлость, прошу простить за мою импульсивность, – добавил он.

– С глаз моих долой, – сказал герцог бархатным голосом. – В следующий раз без руки останешься.

Двое мужчин торопливо покинули компанию, скрываясь из моего виду. Я никак не ожидала, что Его Светлость заступится за меня. Его благородство не было кричащим или самодовольным – оно было, скорее, молчаливым, как ледяной поток, что вдруг преградил путь бурному потоку.

Вилмар взглянул на меня безразличным туманным взглядом, который казался таким из-за его серых глаз. Когда он смотрел, казалось, что он видит в тебе все твои слабости и пороки, не скрывая при этом презрения, которое отражалось в каждом движении его зрачков.

Герцог тут же отвернулся от меня, оставляя во мне ощущение зыбкости. У него был отстранённый вид и по-настоящему мрачен. Среди всех он казался самым воспитанным и сдержанным. Дамкелер поступил благородно, но рядом с ним мне было всё также не по себе. Совсем не так, как с этими мерзкими мужчинами. Рядом с ним моя кровь леденела в жилах. От него так мощно исходил холод, что казалось, если к нему прикоснуться, то кожа покроется синим инеем.

Герцог внушал страх. Мне было страшно заговорить с ним при любых обстоятельствах. Наверное, это было из-за того, что он здесь выше всех по статусу и происходил из самой влиятельной семьи. Раньше мне не доводилось стоять настолько близко с подобными людьми, в чьих руках была большая власть. Вилмар был воплощением холода и величия, его присутствие словно наполняло пространство неприступной тенью. Высокий и стройный, с чертами лица, выточенными с каменной строгостью, он излучал такую суровую аристократичность, что даже воздух вокруг него замирал. Всё в нем казалось таким же недоступным и пугающим, как сам зимний холм, покрытый снегом.

– Благодарю, Ваша Светлость, – сказала я. – И прошу прощения, что стала участницей столь неприемлемой ситуации.

– Такие шутки недозволительны в адрес юной люди, но вам не стоит так резко реагировать на наглых мужчин. Вы не кошка, у вас одна жизнь, а не несколько, – усмехнулся он.

Мне стало легче, что я не попала под гнев герцога. Я действительно была благодарна ему, ведь до этого за меня никто не смел заступаться.

– Ваша Светлость, надеюсь эти гости не испортили ваше настроение? – спросил муж Люси.

– Не волнуйтесь, его и так не было.

– Могу ли я как-то на это повлиять?

– Не стоит.

– Ваша светлость, смею ли я сменить тему и задать любопытный вопрос? – спросила Люси.

– Конечно, миледи, – он едва заметно улыбнулся.

– Я слышала, что вы ищите жену? – намекнула она.

Мое сердце перевернулось от этого намека. В груди мгновенно похолодело. Словно комок, сжимающий её горло, не давая ни выдохнуть, ни вздохнуть. От этой несуразной ситуации мне хотелось испариться в воздухе. Я не желала становиться темой для разговора и не искала никаких знакомств на этом мероприятии, тем более с герцогом. Ведь чем дольше стояла здесь, рядом с ним, тем сильнее испытывала неуют, который пытался вытеснить меня из моего же тела. Его статус был ощутимо выражен и давил очень сильно на каждого из присутствующих. Я не знала, как позволительно вести себя и обращаться с герцогами. Но ещё больше не знала, куда смотреть – на пол, на стены, или, может быть, просто закрыть глаза и не видеть, не слышать этого момента. В груди, где прежде было тепло, теперь разливалось неприятное ощущение стыда, такое глубокое, что казалось, оно охватывает меня полностью.

– Верно, – он повернулся к нам с лукавой улыбкой. – Если это намек, то боюсь, что ваша подруга не в моих предпочтениях, – ответил он бархатным голосом.

Всё внутри взорвалось, как потухший вулкан, из которого вдруг вырвался поток гнева. Как он мог так просто и равнодушно отмахнуться от меня, словно я – девушка, не достойная его внимания? Этот презрительный ответ был как удар, заставивший мою гордость, до того молчавшую, вдруг восстать.

Благородство исчезло с его лица. Мне показалось, что он был здесь самым сдержанным и воспитанным. Я ошиблась. Его чрезмерная прямолинейность прозвучала как оскорбление. Он не подобрал слов, они стали грубы, но его тон оставался весьма вежлив, хоть и был притворством. Его достоинство тут же испарилось в воздухе.

Вилмар обвел меня серыми, пустыми глазами, в которых не таилось безразличие и надменность. Но в которых скрывалась брезгливость от происходящего, такая же брезгливость, как у меня. Ему совсем было не интересно здесь находиться, его мысли были погружены во что-то иное. Герцог больше не смотрел в мою сторону. Ему было достаточно секундного взгляда, в котором не было и малейшего интереса.

Я почувствовала себя так, будто меня только что пристыдили перед всеми. В этот миг я бы отдала всё, чтобы раствориться, исчезнуть из этого унизительного взгляда, чтобы не видеть, как я стала объектом обсуждения, как его холодные серые глаза, возможно, заметили мое смущение.

Меня не волновало его мнение, но мое самолюбие было немного задето, он пошатнул его всего лишь одним словом и быстрым взглядом. В его руках было слишком много власти, чтобы уметь управлять другими и ими же эмоциями.

Моё чутье не обмануло меня – он такой же самомнящий, напыщенный сноб, как и все здесь, и к тому же безжалостный нарцисс, которому чужды чувства других. Может быть, и к лучшему, что такие, как он, не управляют в династии.

– Это был не намёк, а всего лишь вопрос. Интересно, кого вы ищите? – выкрутилась Люси.

Каждое слово подруги разрезало меня, а взгляд герцога – холодный, не мигающий – только усиливал это смущение, словно я была не человеком, а лишь частью какого-то странного спектакля, в котором вовсе не хотела участвовать.

– Красивую и юную даму, – коротко он ответил.

Мое лицо горело от красных пятен стыда, а сердце колотилось так, будто могло выскочить из груди. Весь мой внутренний мир казался на грани разрушения, а желание скрыться было настолько сильным, что, кажется, в следующий момент я могла просто испариться, если бы только могла. Всё, что она чувствовала в этот момент, – это глубокое желание исчезнуть, сбежать от этой мгновенной неловкости, что растекалась вокруг меня, как масло по горячей сковороде.