Ольга Хараборкина – Тайна заброшенного маяка (страница 27)

Его взгляд остановился на разбитом бокале, и в следующий момент тот склеился, впорхнув в руку мага. Себастиан задумчиво на него посмотрел и поставил на тумбочку, туда перекочевала и закрытая бутылка.

— Вот поэтому я не могу, да и не хочу вас убивать, Аннета. Вокруг вас сжимается кокон из интриг. И чужак умело стягивает нити. Вы муха, из которой в конце концов выпьют соки.

— Надеетесь, поймать его, когда он будет лакомиться, — цинично заметила я.

— Не надеюсь, Аннета. Поймаю, — процедил лорд. — У Блэкстоуна может быть только один хозяин.

Маг сравнил город с паутиной, со своей вотчиной, забавно. Но даже без его признания я прекрасно знала, кто здесь самый страшный хищник.

— Если так, то почему вы убили всех, кто хоть как-то мог пролить свет на личность чужака?

— Убил, но не сразу. Вместе с Гнилым Гилли было двое. Их я уже допросил, пока вы приходили в себя. Да, вам придётся заменить ковер внизу, я распоряжусь, — только сейчас обратила внимание, что белая сорочка мага в бурых пятнах. И теперь становилось ясно, что это была не его кровь.

Сочувствовала ли я бандитам? Нет, и дело даже не в моей чёрствости. Просто они бы меня не пожалели, так почему я должна?

— Где Бендер? — отсутствие механоида настораживало.

— Боитесь, что он увидит ваш маленький талисман? — уколол меня Блэкхард.

— Ну вы-то насмотреться не можете, — огрызнулась я в ответ.

— О да! Всё думаю, как вы его таскали, если даже грузчики взвыли, поднимая сюда чемодан.

— Слышали про рывок воли? Дорога до Блэкстоуна — его воплощение. И всё в пустую. — Честно поделилась я наболевшим. Про звенья рассказывать не собиралась, с ними у меня оставался шанс на побег. Конечно, это будет мучительная жизнь, но выбирать не приходилось.

— «Последняя надежда». Вы не находите, что это символично, Аннета? — Блэкхард провел пальцами по выбитой надписи на якоре. А мне показалось, что он коснулся моей голой кожи. Невольно передернула плечами, чтобы избавиться от этого чувства. Но маг продолжал гладить якорь, а я ощущала тепло его пальцев сначала в районе шеи, потом ниже… Кого я обманывала? Мне нравилось это.

— Для вас якорь именно она, — услышала слова Блэкхарда, выныривая из своих переживаний. — Знаете, весь экипаж этого судна погиб вместе с пассажирами при невыясненных обстоятельствах. Трупы людей принесли на берег волны, вместе с носовой фигурой. Женщиной без лица. Обломки корабля так и не нашли, хоть и искали долго.

— Ценный груз?

— Для обычных людей нет, а для мага — последняя надежда на возрождение способности повелевать потоком. Осколки родового алтаря до сих пор покоятся в трюме. Морингтон продаст душу, чтобы хотя бы узнать примерное положение затонувшего судна, — предвкушающе произнёс Себастиан.

— Я понятия не имею, где оно, — попыталась сразу разрушить алчные планы мага.

— Но вы же скажите мне, где вы открыли свои очаровательные глазки впервые.

— Нет.

— Аннета, вы раните меня в самое сердце своим отказом, — Блэкхард картинно приложил руку к груди. — Позже когда начнете доверять мне… — он оборвал фразу на полуслове, увидев мой жест.

Я невольно потянулась к горлу, где должно было быть колье. Но трусливого змееныша там не оказалось.

— Я снял его. Свою задачу сторож выполнил, — уведомил меня Блэкхард.

— Попугал, подушил и трусливо поджал хвост.

— Вы забыли про слежку.

— То есть вы все-таки нарочно отпустили меня, и разыграли гнев перед Александром.

Упоминание преподобного разозлило лорда, поток в очередной раз выдал мага.

— Что касается Бейли, то никто не смеет тянуть руки к тому, что принадлежит мне.

Сейчас я должна была воскликнуть, что не вещь и хозяина у меня нет. Блэкхард ждал, а я молчала. Он просто провоцировал меня. К тому же у мага появился новый рычаг воздействия — якорь.

Себастиан в два шага подошел к кровати, чтобы сесть рядом со мной. После чего взял мою кисть и прижался к ней губами. В этом поцелуе я почувствовала и восхищение моей выдержкой, и клеймо обладания. Попыталась вырвать руку, но он держал крепко.

— Бейли натолкнул меня на мысль, что чужак сам не подойдёт к вам, — говоря со мной, Блэкхард не забывал ласково гладить мою ладонь. — Поэтому решил рискнуть и дать вас похитить Гилли. Он отлично подходил на эту роль. Но в одном я просчитался. Гилберт хорошо подучился за последние два года и смог замести следы.

Мою руку, наконец, отпустили.

— Он ваш старый знакомый?

— Был! — лаконично ответил маг.

В его голосе я услышала торжество. Поединок магов с применением потока и с использованием оружия один на один среди аристократов считался дуэлью. Вот только в первом случае секундантов не было. Подобные мероприятия не так контролировались Короной, приобрел специальную бумагу и вперед. Всё дело в том, что для магов жизненно важно использовать поток, совершенствоваться и сражаться. Для них это равносильно дыханию. Поэтому никто не смел ограничивать одарённых.

— Он ведь из благородных? Неужели у вас было разрешение?

— Аннета, — укоряюще сказал Блэкхард. — В особняке Нортонов живых не осталось, а дом же слишком далеко от города, чтобы кто-то почувствовал возмущение потока, поэтому это будет наш маленький секрет.

Что-то очень много общих тайн у нас с Блэкхардом, и я ничего поделать с этим не могу. Всё больше и больше невидимых нитей привязывает меня к магу и к проклятому городу.

В комнате снова повисла тишина, но никто из нас не обращал на это внимания. Мне казалось, что нам нравится сидеть рядом и молчать. Но с другой стороны, очень хотелось расспросить Себастиана, пока на него напал приступ откровенности. А ещё я жаждала снять платье, расшнуровать тугой корсет и смыть грязь того подвала. Ноги, по которым бегали крысы, не милосердно зудели, и приходилось бороться с желанием почесать их. Из размышлений меня вывел странный звук, раздавшийся снаружи: скрежет и удары, последующие за ним.

— Что это? — вздрогнув спросила я.

— Бендер выполняет мой приказ, — подошёл к окну маг.

— Какой?

— Скинуть трупы в море, привязав к ногам что-нибудь тяжелое. По-видимому, он решил отколоть камней от скалы. Море всегда хорошо скрывает и свои и чужие тайны.

— Они что-нибудь сказали?

— С чужаком общался только Хриплый, — недовольно произнёс Себастиан. — Да и тот всегда прятал лицо за шарфом и использовал искусственную гортань.

Я понимающе кивнула. Очередная безделушка на стыке магии и науки, прибор способный воспроизводить человеческую речь. Нечто подобное применялось при создании механоидов. Неудивительно, что подселенец знал об этом изобретении. Я сама в первый год очень интересовалась прогрессом, пытаясь найти выход из ловушки, в которой очутилась.

— По их словам, Хриплый поспорил с чужаком из-за сроков. Контрабандист боялся, что не успеет объединить здешние группы любителей легкой наживы до появления новых.

— Вместе с прогрессом придут и люди, — понимающе кивнула я. — И начнётся передел сфер влияния.

— Так и будет, — кивнул маг. — Рабочие поселения уже разворачиваются на месте строительства.

— Себастиан, зачем столько проблем? Почему бы просто не сломать артефакт и не уничтожить маяк?

— Раз у нас теперь доверие, — Блэкхард повернулся ко мне лицом, — и вы беззастенчиво пользуетесь моим именем, скажу.

— Так почему?

— Аннета, неужели вы думаете, что маяк единственный в своем роде. По всему Тетису раскиданы подобные машины. Всё дело в потоке. Для примера возьмём паровой котёл. Что произойдёт, если не спускать пар?

— Давление внутри будет расти.

— Дальше? — поощрил меня маг.

— Лопнет.

— Верно. Накопление потока в Тетисе ведёт к его разрушению. Раз в определённый промежуток времени, как бы сказал преподобный Бейли, наступает Судный день. Это может быть, что угодно — великий потоп, восстание мертвых или же вечная зима. Мир начинает лихорадить и человеческая цивилизация вновь встаёт на колени.

— Выходит, что брешь в пространстве искусственного происхождения?

— Маяк — это клапан, через который уходят излишки магической энергии.

Всё верно поток — это великая сила. Он может, как созидать, так и разрушать, и когда им никто не управляет, исход очевиден. Значит, Тетис уже не раз переживал закат человеческой цивилизации. И вот почему здесь так чтят Равновесие! Сам мир заставляет людей балансировать над пропастью.

— Теперь, когда мне известна ваша тайна, Аннета, я могу подтвердить свои догадки. Все подселенцы потенциальные операторы машин, искривляющих пространство.

— Маргарет… — не договорила я.

— Ее отец был одним из вас, у Энджелстоуна в коллекции есть его нож. Энергетика дочери Райна подходила маяку, и потому она здесь работала.

— Тогда зачем нас убивать?

— Не все знают о своём предназначении, да и не каждый справится, — рассудительно заметил Блэкхард. — И тогда они начинают придумывать себе миссию, нарушая хрупкий баланс между магией и наукой. Второй Земли, Аннета, здесь никогда не будет. Поток, не сдерживаемый магами, уничтожит всё.