Ольга Хараборкина – Тайна заброшенного маяка (страница 18)

— Значит кто-то свободно ходит между мирами? — потрясенно спросила я. Маленький огонек надежды в душе разгорался все ярче.

— Даже не думайте на этом заработать, мисс Верлен, — истолковал моё молчание по-своему лорд.

— Убьёте? — вопрос сорвался с моих губ легко, даже обыденно. Человек привыкает ко всему.

— Да, — кивнул он. — Накопителей в Тетисе хватает, и я до сих пор склоняюсь к мысли, что заброшенный маяк намного безопасней рабочего.

— Тогда зачем вы меня наняли?

— Вас нанял не я, а городское управление в лице мистера Купера, — маг скривился, будто отведал что-то кислое. Особая любовь Блэкхарда к градоначальнику для меня уже давно не была секретом после эпизода у кабинета последнего.

— Хорошо. Два вопроса. Вы знаете кто убил Райн? И что вас связывает, господа? — узнав это, для меня многое встанет на свои места.

— Бендер, налей-ка мне еще бренди, — попросил Энджелстоун, до этого момента он молчал, слушая нашу беседу.

Когда янтарный напиток закрыл дно стакана, старик произнес:

— Что ты знаешь о подселенцах? — тихо спросил он. — Их еще называют блуждающими душами.

Сердце предательски пропустило удар, чтобы забиться чаще. И я, облизав в миг пересохшие губы, произнесла:

— Ничего.

Ложь далась легко, будто и не была ею. Привыкла скрывать правду, и надеюсь она умрёт вместе со мной и ещё очень нескоро.

— Среди вас накопителей ходят слухи, так что не лги, — приказал старик. Его взгляд буквально пригвоздил меня к стулу.

— Это всего лишь сказки, — как можно беспечнее сказала я. — Будто душа выгорает и её место занимает чужая.

— Всё верно, — кивнул он. — Эти люди несут разрушение нашему миру, они волки в овечьей шкуре.

Энджелстоун говорил и говорил. Слова, пропитанные верой и яростью, заставляли по-новому взглянуть на владельца ломбарда. Для старика это была священная война, в которой он не только потерял ноги, но и семью.

— Я охотник за головами, девочка, — признался Энджелстоун.

— Ричард говорит правду, мисс Верлен. Конечно, он уже сам не бегает в поисках чужаков, но газеты, письма и просто слухи, которые он собирает, отлично помогают в этом дел. А после приходим мы, выжигая очаг заражения, — жестко произнес лорд Блэкхард.

— Очаг заражения? — дыхание перехватило, и вопрос прозвучал приглушённо.

— Эти люди несут прогресс, убивая саму суть нашего мира. Они болезнь, которую следует уничтожать.

— С вами все ясно, мистер Блэкхард. Вы же маг. Но… — мой растерянный взгляд переместился на Энджелстоуна.

— Да, я инженер и даром меня Равновесие не наделило. Прогресс ради прогресса ведет в пучину хаоса, Аннета, — задумчиво сказал старик. — Истинные открытия, умами нашего мира на стыке науки и магии никогда не нарушат законов бытия.

Часы оповестили о наступлении вечера. Время пролетело совершенно незаметно, и я решила подвести итог услышанному сегодня.

— Вас двоих, джентльмены, объединяет желание спасти мир от неких подселенцев, которые сами того не ведая, могут его разрушить. Вот только я не пойму одного…

— И чего же, мисс Верлен? — усмехнулся Блэкхард.

Стоя у окна в лучах заходящего солнца он выглядел, как палач небес, который завораживает своей холодной и опасной красотой. Чёрные волосы лорда окрасились в багряные оттенки, придавая его облику ещё большую схожесть с карающей десницей, которой нет дела до простых смертных.

— Допустим, только допустим, что все сказанное правда. Тогда вам, — кивнула я старику, — нет причин помогать мистеру Блэкхарду… — я запнулась. — Если только в городе нет этих подселенцев.

— Всё верно. Человек, протолкнувший проект верфей и воздушного порта, нанявший убийц для мисс Райн и желающий сделать из вас послушную марионетку — чужак, жаждущий объединить миры.

— И кто же это?

Блэкхард скупо улыбнулся и сказал:

— Вот это я и хочу узнать, Аннета.

В поврежденном глазе лорда заклубилась тьма, чтобы полностью затопить его чернотой. А у меня в голове крутилась только одна мысль. Зачем, черт возьми, я подписала проклятый договор? И как мне выбраться из происходящего живой и не раскрыть им, кто я на самом деле?

Глава 10

Восход. Я в первый раз встречаю его на смотровой площадке рядом с артефактом. Раньше время, как волшебная пыль, исчезало, и я не замечала красоты Тетиса в ежедневной суете. Но не сейчас. Сейчас хотелось смотреть на бесконечное море, уходящее за горизонт, и ни о чем не думать. Но выходило плохо. Мысли, как пчелы в улье, жужжали и путались, и в голове творился хаос. Откровения двух мужчин загнали меня в угол из которого я не представляла, как выбраться. Забавно то, что в Блэкстоун я переехала с надеждой начать новую жизнь, мой чистый лист в книге судьбы, где моей рукой будет написана история, но ничего не вышло. Объявился другой сочинитель!

Холодный ветер с моря заставил поежиться. Или же это мысли вызвали озноб? Чтобы я себе не придумала, уже ничего нельзя изменить. Блэкхард оплел меня паутиной, словно паук бедную муху. Подозреваю он нарочно рассказал мне некоторые детали, чтобы еще крепче привязать к проклятому маяку, будто мне не хватало якоря. Но тайны, почему смотрителем может стать не каждый накопитель, маг так и не открыл. Вероятно лорд и сам не знал, и умело скрывал это. Как я поняла из объяснений, Блэкхард всего лишь хранитель Равновесия и палач для тех, кто посмел его нарушить.

Осознание того, что хожу по натянутой нити, которая вот-вот лопнет, не поддерживало боевой дух. Мое присутствие в Тетисе уже нарушало баланс — это смертельный приговор в глазах лорда и старика-ломбардщика. Я — потенциальное зло. Смешно, если бы не было так грустно. Стоит только Блэкхарду и Энджелстоуну заподозрить во мне подселенца и… Что и, думать не хотелось.

Нашла лучшую долю называется! Работа живой приманкой меня не прельщала, тем более она всегда гибнет в конце. В своём рвении поймать чужака Блэкхард запретил мне почти всё, даже покидать маяк разрешалось лишь в обществе мага, либо механоида. Для правдоподобности! Ха-ха! Правдоподобности! Он предложил всем говорить о моей влюбленности в него, конечно ведь сам Блэкхард из камня. Он позволял себе лишь мимолетные увлечения, в коем числе и оказалась я. Проводник даже успел пустить слух, якобы мисс Верлен отдала ему свое пылкое сердечко. На мое праведное возмущение он сухо заметил, что не стоило лазить по грязным подворотням, а потом виснуть на нем прилюдно. Почему он не воспользовался иллюзией? О, я знала ответ. Уже тогда обаятельный негодяй знал, как поступит в будущем.

Теперь даже если я останусь в живых после завершения этой истории, в Блэкстоуне у меня нет будущего. Незамужняя мисс встречается с лордом, да все досужие сплетники перемоют мне кости до блеска. Репутация падшей женщины навсегда прилипнет ко мне. Вот так лорд решил за меня, аргументируя тем, что жизнь дороже и не время для детских капризов. Это все понятно, но… Всегда существует но. У мага здесь дом, положение и прочее, а я даже мечтать о подобном не могу, чтобы потом не было мучительно больно. Не уверена, что получится остаться в Блэкстоуне, хотя может у меня и не возникнет подобного желания. Что не говори, а городок утонул во лжи и лицемерии.

Ещё меня мучил вопрос — как именно они собрались ловить чужака? Не думаю, что неизвестный злодей просто придет и постучится в мою дверь, а Блэкхард распахнет ему смертельные объятия. Нет, это все фантазия. Выходило, что мужчины нарочно забыли рассказать мне о грандиозном плане, либо его не существовало и в помине. И я склонялась ко второму варианту. Они терпеливо ждали попутного ветра и ошибки противника. Опять же торопить события Блэкхарду не имело смысла, потому как он пытался оспорить решение о строительстве порта через палату лордов. Но что на Земле, что здесь — чиновникам требовалось топливо в виде добровольных пожертвований и время, чтобы эти подарки возымели нужный эффект.

А мое положение с каждой минутой проведенной рядом с ними, из просто плохого превращалось в ужасное и требовало немедленных действий. Чем больше я общалась с джентльменами охотниками, тем быстрее увеличивалась вероятность моего раскрытия. Не думаю, что мужчины будут колебаться, когда узнают, кто я. Блэкхард сам признался: нерабочий маяк, пока лучшее решение. От этих мыслей становилось совсем паршиво, а сожаление о потерянной возможности, еще сильнее отравляло душу. Почему я не приняла предложение мистера Кулиджа?

— Мисс, вы стоите на ветру, — механический голос Бена больше не вызывал радости, и теперь я видела в нем тюремщика, а не защитника.

— Уйди, — приказала я, даже не обернувшись.

— Мисс… — Клянусь, в этом слове прозвучал укор.

— Пошел прочь, — злость на свою глупость кипела внутри, норовя вырваться на свободу. Я заключила сделку с дьяволом, который еще и нажился на моем горе. Интересно, если начать портить печати при зарядке артефактов, наш договор будет расторгнут? Действительно, надо назначить цену за подделки, а то в результате я останусь ни с чем. А откажет, больше ничего наполнять потоком не стану, предварительно сломав печати на тех вещах, которые у меня на руках.

— Зря вы так, мисс Верлен, — укоризненно прогудел механоид.

— Ты что же это, учить меня будешь? — внутри вскипела злость.

— Ричард Энджелстоун хороший человек, — заметил Бендер.