Ольга Гуцева – Сексуальное соглашение (страница 59)
— Нет, я спросила про день убийства.
И тут вся краска разом схлынула с опухшего лица мужчины, он встрепенулся и заелозил на своем пыльном кресле:
— Я… Я не понимаю!
— А мне вот все понятно. — спокойно ответила девушка, отвернувшись к окну, выходившему на кирпичную стену: — Красавица — жена, но совершенно не приспособленная к обычной жизни. Все эти счета, страховки, аренда… Вы ведь были ее опорой, так? Устраивали быт, заботились о ней…
— Да. — осторожно выговорил Дон. — Я вел дом.
— А она не ценила. — Эльза снова повернулась к обмякшему в кресле мужчине, — гуляла от вас. В окошко выпрыгивала. Но вы терпели. Не отказываться же от привычного уклада из-за какого-то там оборотня! Ведь все заработанные деньги Лорелея все равно несла в дом! А потом что-то изменилось…
Мужчина снова заерзал, кресло под ним заскрипело, а детектив наморщила лоб:
— Изменилось… Из-за смерти любовника? Ваша Рори, наконец, оправилась, очнулась, огляделась по сторонам… И поняла, что больше не может жить в этой дыре, так?
Подозреваемый резко сжал подлокотники, так, что пальцы побелели. Девушка продолжила давить на болевую точку:
— Что она сказала вам в тот день, Дон? Что уходит от вас? Бросает работу? И теперь вы сами должны будете оплачивать аренду этой крысиной норы?
Внезапно Дон отчеканил:
— Я ни слова не скажу без адвоката!
«Черт!» — ругнулась про себя Эльза, но вслух продолжала напирать:
— А вы уже все сказали, Дон. На допросе, забыли? В день убийства вы были…
— ЗДЕСЬ! — истерично взвизгнул подозреваемый, продолжая цепляться за свое кресло, как утопающий за соломинку: — Я сидел здесь! Читал! Газеты!
Он наконец-то разжал пальцы (не без труда, надо сказать), затем сделал несколько явно автоматизированных движений: сначала, почему-то, пошевелил пальцами в воздухе, потом потянулся к пыльной стопке газет и журналов:
— Я. Читал. Как всегда. Каждое утро. — процедил он и снова повторил свое «автоматизированное» движение.
И этим окончательно себя сгубил.
Потому что Эльза вновь проследила за его рукой взглядом, почему-то опустила глаза вниз, на ковер, а потом сладко улыбнулась:
— Дон, а вы не хотите сознаться в убийстве? Ведь чистосердечное признание…
— У МЕНЯ ЕСТЬ АЛИБИ!!!
Детектив улыбнулась еще шире, с пониманием:
— Дон, а ведь мы нашли ее. — она указала глазами на пустое место на ковре. — Ту самую лампу. Шнуром от которой вы задушили Лорелею…
Договорить она не успела. Потому что одутловатый неповоротливый Дональд Твайс с молниеносной скоростью вскочил с кресла и вцепился девушке в горло…
— Стронг, у меня была к тебе всего ОДНА просьба. — прохрипела Эльза.
— Извини. — хмуро ответил Тим. — Я смотрел на этого сморчка и совсем забыл, что ты любого можешь довести до белого каления.
Разговор происходил в патрульной машине, стремительно мчащейся в сторону полицейского участка. И это обстоятельство здорово подсобило Стронгу, так как его напарница быстро переключилась с расправы над любовником на расправу над задержанным:
— Мы должны выбить четкое признание в убийстве.
Мужчина напомнил:
— У нас есть нападение на полицейского…
— Мало! Тем более, этот гад скажет, что я его спровоцировала.
— И любой судья ему поверит. — согласился Тим и поинтересовался: — А все-таки как ты узнала? Про лампу?
— Повезло. — честно ответила та. — Он все время делал это навязчивое движение: щелкал невидимым выключателем и брал со столика газету. А я и раньше понять не могла, как он читает в этих потемках? В этот момент опустила взгляд и увидела, что на ковре остался «круг» — след от ножки лампы, видимо, она стояла на этом месте много лет. Вот и дошло, почему этот Дон так зациклился на своей версии, что он сидел в этом темном углу и читал… Видимо, во время разборок с супругой он также озверел, схватил шнур и напал на нее.
— А как ты поняла, что Лорелея собралась от него уходить?
— А никак. Наобум сказала. Мне надо было как-то его разозлить. Обычно в таких случаях я намекаю, что мужик импотент, но это Твайсу и без меня прекрасно известно…
Тут машина остановилась возле участка, и Эльза встрепенулась:
— Действовать надо быстро!
— Ты поаккуратнее. — придержал ее за локоть напарник. — Голова не кружится?
— Ты преувеличиваешь влияние своей харизмы, Стронг. — прохрипела детектив, выходя из машины.
Чуть (совсем чуточку!) пошатнувшись, она вписалась в дверной проем отделения полиции и обратилась к первому попавшемуся полицейскому (это был Паркер):
— Инспектор здесь?
— Ага… Ты чего это, Коулд?
Девушка отмахнулась и повернулась к Стронгу, который давал указания конвоирам Твайса:
— В комнату для допросов… Эльза?
— Иди с ним. — махнула рукой та. — Выбей из него признание…
У мужчины появилось нехорошее предчувствие:
— Эй, а ты чем собираешься заниматься?
— Перехвачу Флеммина, как только он ломанется чинить нам препоны, а он ломанется…
— Стоп, а почему ты? Давай я его задержу…
— Стронг! — хрипло рассмеялась Эльза. — После последнего твоего «задержания» в моей постели кто только не побывал! Боюсь, второго раза я не переживу. Иди, воздействуй своей харизмой на этого сморчка, а я займусь инспектором.
Напарник хмуро заметил:
— Учти, что на этот раз спасать тебя будет некому.
— Для детектива ты плоховато разбираешься в людях, Стронг. — усмехнулась девушка. — Инспектор меня и пальцем не тронет.
— Думаешь, побоится?
— Побрезгует! Мы же с Твайсом всю пыль с пола собрали, пока кувыркались у него на ковре… Инспектор побоится костюмчик запачкать… Паркер, закрой рот, муха залетит.
Все еще стоящий возле нее Паркер настолько обалдел от полученной информации (в постели Коулд кто только не побывал, она только что кувыркалась с кем-то на пыльном ковре), что даже не сразу отреагировал. А когда понял, что все еще стоит рядом, то поспешил ретироваться. От греха, так сказать. Говорят же, от долгого воздержания пользы не жди! Вот озверела баба…
Глава 14
Эльза не ошиблась — не прошло и пяти минут, как к комнате для допросов метнулся Флеммин. Но не тут-то было!
— ТЫ!!!
В обычной ситуации инспектор едва повернул бы голову в сторону девушки, но когда увидел занесенный кулак, то моментально остановился и отпрянул назад:
— Детектив! Что вы себе позволяете?!
— Ты меня подставил!!!
— Не понимаю, о чем вы! — ответил Коннор, отступая еще дальше.
Краем глаза он высмотрел стоящего неподалеку Паркера и крикнул ему:
— Позовите кого-нибудь!