Ольга Гуцева – Сексуальное соглашение (страница 27)

Мужчина тут же поднялся из-за стола:

— Я тебя отвезу.

Анни округлила глаза:

— А как же Эльза?

— Я ей доверяю. Кроме моей футболки, она вряд ли что-нибудь отсюда заберет.

Та фыркнула:

— Да у тебя и брать больше нечего! А вообще, спасибо, но я тоже пойду.

Сестра Тима огорчилась:

— Как? Я думала, вы останетесь на ночь….

— Анни!!!

Детектив же усмехнулась:

— Спасибо за предложение, но я предпочитаю ночевать у себя.

Женщина вздохнула:

— Ну, тогда мы вас подвезем до дома…. Тим, а что это за пятно у тебя на руке? Кровоподтек?!

— Бытовая травма. — коротко ответил тот.

Эльза хмыкнула:

— Удар подносом — бытовая травма?

— Мочалкой.

Анни огорчилась:

— О, господи, Тим…. Как же ты умудрился? Не понимаю, как твое начальство не боится доверять тебе пистолет?

Глава 7

Утро нового рабочего дня началось неважно. И, по мнению Эльзы, все испортил Стронг. Для начала он заявился к шефу полиции с радостным известием: «Дело закрыто!». Доподлинно неизвестно, что разозлило начальника больше: то, что подчиненный упомянул всего одно дело, хотя заявлено было четыре, или то, что на вопрос о трех оставшихся заданиях, отмахнулся: «Да эта бабка чокнутая! Только людей от работы отвлекает». Не поспособствовало улучшению настроения шефа и то, что первое дело «закрылось» всего лишь на основании показаний Стронга и Коулд, что некая девушка ушла с фейри добровольно, из чего детективы сделали вывод — это повсеместная практика. Причем, для подобного вывода им не понадобились личные данные даже той единственной свидетельницы, которая у них была (читай, случайно на пути попалась). Но нет, подчиненные просто поговорили с ней, не составили никакого протокола и вернулись восвояси, объявив, что, раз тут ерунда какая-то, то и остальные дела их внимания не стоят. Вот как-то так.

Два часа спустя. Деревня «Сизая заводь».

— Знаешь, по-моему, шеф преувеличивает.

— А, по-моему, он чересчур снисходителен. — холодно ответила Эльза. — Тебе и выговор можно было объявить…. Надо же было до такого додуматься!

— Слушай, давай не будем. — поморщился Стронг. — Мне и так мать вчера полночи мозг компостировала….

— На предмет? — полюбопытствовала детектив.

— Что мне снова сделают выговор и теперь-то уж точно понизят в звании.

Девушка нахмурилась:

— Полагаю, это не связано ни с вчерашним чаепитием, ни с нашим делом.

— Не связано. Так, семейные разборки. Ну, чего делать будем? Та девица ведь, на самом деле не говорила свое имя?

— Ты ее на самом деле не спрашивал.

— Эй, я проявлял великодушие! Мог бы и к ответственности привлечь за нанесение вреда здоровью полицейского! Ну, ладно, как искать-то ее будем?

— У нас же есть фотка. — ласково напомнила Эльза.

— Та, с подносом? Эльза, ну мы же не будем ее людям показывать!

— Лично я — буду, а ты как хочешь.

— Эльза….

— Да, ладно-ладно, успокойся. — сжалилась над ним детектив. — Вон твои вчерашние секьюрити идут, у них и спросим.

К ним действительно приближалась стайка местных ребятишек:

— Эй, мистер, где ваша машина?

— Дома оставил. — честно ответил Стронг, ибо, после общения с шефом, служебную ему не дали, а свою Тим пожалел. Пришлось добираться на такси.

Девушка быстро спросила:

— Ребят, где нам найти девушку, что вчера с фейри обручилась?

— А, Морин? Тык в реке, к мужу пошла жить.

— А родители ее? — спросил мужчина.

— А вона ее мамка белье в реке стирает! — ответил старший пацанчик и тут же заклянчил:

— Ой, мистер, а мелочь не найдется?

Мать вчерашней девушки оказалась грузной женщиной лет под сорок, краснолицей, усталой. Она сидела на берегу, полоща белье в мутных водах, но было видно, что давно огрубевшие от тяжелой работы руки холода уже не чувствуют. Ну а рядом с женщиной сидел ребенок лет трех, неопределенного пола: растрепанные волосы длинные, до лопаток, одет в какие-то грязно-серые одежки, вроде бы, мальчишеские, но играет старой тряпичной куклой. Личико миловидное, только уж больно чумазое. Видимо, еще не дорос, чтобы присоединиться к ватаге местных пострелят.

Эльза окликнула женщину:

— Добрый день. Полиция. — и продемонстрировала значок.

Лицо незнакомки посуровело, она плотно сжала обветренные губы. Одной рукой лихо выудила белье (вроде бы, постельное) из реки и шлепнула на землю перед собой, а второй притянула чадо к своей латанной-перелатанной юбке:

— Чего надобно?

— Как мы можем к вам обращаться, мэм? — вежливо спросил Стронг.

Она окинула его хмурым взглядом и нехотя ответила:

— Мамаша Гооло. Вам чего?

— Милый ребенок. — попытался подлизаться Тим, но мешало то, что он так и не определил его пол.

Мать тоже определению не способствовала, подтолкнув ребенка:

— Иди, Джейми, поиграй.

«Черт, кто такие унисексовые имена дает?».

Детектив же начала допрос:

— Госпожа Гооло, мы по поводу Морин.

Тут допрашиваемая сразу показала, что дочь в обиду не даст: она уперла мощные кулаки в бока:

— По какому делу вам дочь моя понадобилась?

— Мы встречались с ней вчера. — ответил мужчина.

— Ага!!! — женщина не без труда поднялась на ноги. — Ты тот самый! Извращенец!