Ольга Гудкова – Наследство голубых кровей (страница 5)

Ольга кивнула и уже через минуту соединилась с офисом бывшего мужа Алины.

– Добрый день, могу я поговорить с Игорем Боевым.

– Кто говорит… – она немного растерялась, но тут же решительно произнесла в трубку. – Этого ваш потенциальный клиент, меня зовут Ольга Витальевна Гренуа, – и еще спустя короткую паузу, – хорошо, я подожду.

Игорь ответил по истечении нескольких секунд.

– Алло, это Игорь Викторович, слушаю Вас, Ольга Витальевна, внимательно, – приятным голосом проговорила трубка.

– Игорь Викторович, я Вам звоню по важному делу, касающемуся кражи очень дорогих украшений, ведь ваша фирма может заняться поисками преступника? – Ольга решила сделать вид, что она ничего не знает об их организации.

– Ольга Витальевна, мы предоставляем все виды юридических услуг, и преступника, если повезет, мы вам тоже найдем, ведь у нас работают лучшие сыщики и детективы Москвы, только это не телефонный разговор, я в офисе буду до обеда, в котором часу вы сможете подъехать, чтобы мы все смогли обсудить?

– Я могу подъехать хоть сейчас, – бросив взгляд на часы, ответила она.

– Хорошо, тогда мы с вами договариваемся на одиннадцать, я соединю вас с секретарем, она вам подробно объяснит, как до нас добраться, до свиданья, надеюсь, до скорой встречи, – в трубке заиграла приятная мелодия, это Игорь переключил ее на секретаря, догадалась Ольга. Получив инструкцию, как доехать, Ольга попрощалась и задумчиво посмотрела на телефон, в котором слышались прерывистые гудки. Ей вдруг ужасно захотелось увидеть лично обладателя приятного голоса, с которым она только что говорила.

Своего французского мужа Ольга повстречала, когда работала дизайнером интерьеров квартир, магазинов, художественных салонов. Она занималась оформлением домов довольно обеспеченных людей, следила за тем, чтобы картины и мебель подходили друг другу, и все было на своих местах, чтобы не происходило смешение стилей, и про хозяев не сказали бы, что у них дурной вкус. Дидье, так его звали, был одним из совладельцев небольшой французской компании по производству мебели в стиле эпохи короля Людовика XV, также известном как легкий и изящный стиль рококо. Это мебель небольшая по размерам, со скругленными углами, украшенная резьбой и бронзовыми накладками в виде гирлянд цветов или растений, очень удобна для пользования. Ольга, как единственный специалист в своем дизайнерском бюро, свободно владеющий французским языком, вела все переговоры с фирмой Дидье, когда к ним поступал заказ на изготовление, например, кровати, «как у короля». Однажды один клиент пожелал сделать из своего дома дворец и изнутри, и снаружи. Заказ был большой и Дидье приехал в Москву, как часто это делал и раньше, чтобы лично поговорить с заказчиком, узнать его предпочтения и утвердить эскизы. Проработав несколько дней бок о бок, Ольга почувствовала, что, несмотря на более чем десятилетнюю разницу в возрасте, ее влечет к этому обворожительному иностранцу, внешность которого, хоть и далека от выделяемого ею идеала, все же довольна приятна: ласковые голубые глаза, густые, вьющиеся уже тронутые сединой волосы, всегда со вкусом подобранные костюмы, благодаря которым он выглядел довольно мужественно, несмотря на свой невысокий рост и чуть располневшую фигуру. Через неделю он улетал обратно в Париж, оставив в Москве свое сердце. Так красиво он выразился, прощаясь с Ольгой в аэропорту. Дидье сказал, что «сражен наповал, что сама судьба свела их вместе, что скоро приедет вновь, чтобы забрать ее «насовсем»». Он улетел, но свое обещание сдержал, так начался их роман. Бросая все дела, как только появлялась возможность, он прилетал в Москву, она тоже все свободное время проводила в Париже. Через шесть месяцев они поженились. У Дидье близких родственников не было, он был единственным сыном у родителей, которые умерли, несколько лет назад, поэтому свадьбу играли в Москве. Потом улетели в Париж «насовсем», как когда-то давно обещал Дидье. Семейная жизнь складывалась прекрасно, казалось, что они и, правда, словно созданы друг для друга, но долгим их счастью стать было не суждено: через год Дидье разбился в автомобильной катастрофе. Он возвращался из пригорода от заказчика, была гроза, дождь шел стеной, заливая лобовое стекло, и он не справился с управлением и врезался на полном ходу в припаркованный у обочины грузовик. Он умер мгновенно, от удара, так ей сказали в больнице. Ольга долго не могла оправиться от трагедии. Несправедливость жизни не укладывалась у нее в голове, день и ночь лила она слезы, не понимая, почему, за что случилось такое несчастье. По французским законам через шесть месяцев она вступила в права наследования. Дидье по европейским меркам не был богатым человеком, но был довольно обеспечен. Принадлежавшую ему в фирме третью часть Ольга, не задумываясь, продала партнерам, так как она решила вернуться домой, в Москву. Квартиру оставила, а дом в предместье выставила на продажу. Нотариус, оглашая завещание, сказал, что ей также отошли права на фамильные драгоценности, завещанные Дидье его бабушкой, а теперь вот, так как других родственников нет, они принадлежат Ольге. Он выдал ей ключик и подробно объяснил, в каком банке их можно забрать. Ольга была очень сильно удивлена, так как Дидье никогда не упоминал ни о каких ценностях, она не имела о них ни малейшего представления. Не будучи большим знатоком по части ювелирных изделий, Ольга, увидев драгоценности, поняла, что это не просто украшения, а что-то очень редкое и скорее всего дорогое. В небольшом черном боксе в бархатной коробке лежали: пара сережек в виде изящно переплетенных стебельков роз, кольцо и колье, кулон которого был выполнен в виде чайной розы из желтых бриллиантов, а вокруг шеи нити колье были из изумрудов, обрамленных золотом и усыпанных небольшими алмазами в виде капелек росы. От обилия драгоценных камней на ярком электрическом свету хранилища банка гарнитур ослепительно сиял, Ольга даже зажмурилась.

Завершив все свои дела в Париже, она вернулась в Москву. Драгоценности с использованием услуги банка, имеющего международные филиалы, перевезли в московское представительство, поводов куда – либо одевать такое богатство у нее не было, а просто хранить их дома было страшно. Неожиданно ей пришла в голову мысль, что ответственность за эти сокровища давит на нее, и она решила их продать. Но как подступиться к этому делу толком не знала, вот поэтому и обратилась к экспертам, чтобы, заручившись документами от них, уже потом обо всем рассказать подругам, и вместе с ними придумать, что делать дальше. Сейчас Ольга без устали корила себя, что сразу не поделилась всем с Алиной, а просто без объяснения выяснила у нее адрес компетентной фирмы. «Если бы она поступила иначе, драгоценности не покинули бы пределов банковского хранилища, и сегодня никто бы не пострадал. – От этих мыслей сердце Ольги готово было разорваться, она ругала себя всю дорогу, пока ехала в офис бывшего мужа подруги».

А ведь предупреждал их вчера вечером седой премилый старичок по имени Леопольд Константинович Бюнсон, являющийся главным экспертом в оценочном бюро, что эти украшения таят в себе угрозу, и отвезти их лучше сразу обратно в банк. Невозможно передать словами, как сожалела Ольга, что не приняла всерьез его советы, что не поверила его предположениям о том, что, судя по внешнему виду изделий и возрасту камней, комплект, вероятно, имеет очень интересную историю и стоимость его может быть значительно выше, чем у ювелирного изделия с подобными алмазами, если удастся выяснить все о бывших владельцах драгоценностей. Ведь интерес к ним ценителей необыкновенно возрастет, если украшения ранее принадлежали кому-нибудь из оставивших свой след в истории людей.

Воспоминания преследовали Ольгу всю дорогу до офиса бывшего мужа Алины, в галерею которой она должна была подъехать после встречи.

Офис оказался не просто несколькими комнатками, а занимал два этажа большого, стеклянного здания, которое на утреннем солнце сверкало, возвышаясь над домами, словно огромный ледяной айсберг, миллионами солнечных зайчиков, отражающихся от каждого окна.

Ольга поднялась на нужный этаж и остановилась на входе у стола, за которым сидела довольно красивая молодая девушка с аккуратно убранными в пучок светлыми волосами, в строгих очках с прозрачными стеклами в черной оправе.

– Добрый день, – девушка вежливо посмотрела на нее с приветливой улыбкой, – Вам назначено?

– Да, к Игорю Боеву, на одиннадцать.

– Ольга Витальевна, – бросив едва заметный взгляд на экран монитора, произнесла девушка, – присядьте, пожалуйста, я предупрежу Игоря Викторовича.

Подняв трубку одного из нескольких аппаратов, стоявших на столе, она произнесла: – к Игорю Викторовичу Ольга Витальевна.

Она опять мило улыбнулась Ольге и пригласила ее проследовать за ней. Ольга встала и пошла за высокой стройной фигурой секретарши в очень деловом, но, несмотря на это, подчеркивающем все достоинства ее фигуры, темно-сером костюме.

В конце длинного коридора, по сторонам которого мелькало множество открытых и закрытых дверей в разные комнаты, их взору предстала приемная, отгороженная от остального пространства матовым стеклом. В ней за большим столом сидела еще одна не менее привлекательная девушка и тоже в очках, только стекла в них были совсем без оправы, отчего очки не бросались в глаза.