Ольга Гордеева – Приговоренные к вечности. Часть 1. Остаться в живых (страница 18)

Вот и камни. Теплые… перья прекрасно защищают от холода. Черная гордая птица сворачивается на верхней площадке башни и погружается в сытый, глубокий сон.

****

— Кто на этот раз? — спросил я, кутаясь в узорчатый халат и прикрыв глаза — смотреть на невозмутимую физиономию Шандра было невмоготу. Остаточный след экстаза божества, вырвавшегося поохотиться, все еще чувствовался: тело было полно энергии, голова немного гудела, плечи ныли от резкой смены габаритов. А еще меня подташнивало от воспоминаний — человек всегда хорошо помнил, что и как именно делал бог.

Я приполз домой только сегодня ночью, два дня проболтавшись в юго-восточной башне, расположенной на острове посреди теплого южного океана, и принял человеческий облик только час назад.

— Низкоразумные, — коротко ответил мой друг и помощник. — Старик и девчонка. Девчонку нашли довольно далеко от деревни, от нее почти ничего не осталось, опознали с трудом.

— Родственники остались?

— Родственники считают, что сами принесли жертву Вечному Ворону, — Шандр налил чаю в большую цветастую чашку и потянулся за сладостями из его родного Ар Шамаля. — Охота Ворона над их землями, как известно, приносит плодородие и здоровый приплод. Ты не хочешь перестать страдать и заняться делом? Мастер Путей Ар Лессена тебя уже третий день спрашивает, у него там что-то аж с тремя старыми шеадрами, посоветоваться нужно, а я, как ты знаешь, в ваших тонких материях дуб дубом.

— Решетки там менять надо, — раздраженно буркнул я. — Регулярно, не дожидаясь, пока они сыпаться начнут. Тоже мне, проблему нашли. Сейчас, оденусь по-нормальному, и поднимусь наверх, в кабинет. Пусть ждет.

Глава 8. Рамьен

— И когда они примут решение?

— Через несколько дней.

— На него можно повлиять?

Юлька залюбовалась Сашей. Столько было в нем холодной решимости! Под его взглядом Нэсте сникла, съежилась, на глазах превратившись из опасной красавицы в нашкодившую и побитую кошку.

— Не знаю, — промямлила она. — Нас с вами даже не позовут. Все решится за закрытыми дверьми.

— Кто будет решать?

Нэсте вяло пожала плечами.

— Наверно, глава Двуликих моего клана и Хозяин клана. Может быть, Грейг. Не знаю.

— Глава Двуликих и Хозяин клана — не одно и то же?

Нэсте недовольно поморщилась.

— Глава клана — самый сильный, самый мудрый и опытный Двуликий одной расы. Его выбирают среди своих, а Эрлен — утверждает. Хозяин — это ассар. Человек, по-вашему. Чаще всего бренн, у вас их правителями называют. Ну или сам Вечный. Глава Двуликих подчиняется Хозяину, но хозяева с главами почти всегда прекрасно уживаются. Часто хозяин вообще не лезет в дела Двуликих, поручая управление главам кланов. Понятно теперь?

— Сойдет, — бросил Саша. — Теперь конкретнее: кто твой Хозяин, кто глава твоего клана и можно ли повлиять на их решение в отношении тебя.

— Мой Хозяин — Вечная Эрлен, — сказала Нэсте с печалью и гордостью в голосе. — Я подчинена ей напрямую. Обычно я получаю приказы от Грейга, главы Двуликих Лессена. А глава клана… это сильный, умный, опытный райзе, но спорить с ней он не станет, он ведь тоже ее зависимый.

Румянцев оторвался от толстого манускрипта, напичканного непонятными чертежами и схемами, и уставился на Нэсте с настороженно-кислой миной на физиономии.

— А мы? Что будет с нами?

— Про вас все уже решено, — ответила Нэсте с уверенностью. — Вы остаетесь в общине, вас попытаются пристроить к чему-нибудь полезному. Вам бояться нечего. Не нарушайте основных правил и будет вам счастье.

— А тебе? — жалостливо спросила Юлька.

— Накажут, — отрезала она. — Убить — не убьют, я все же ценный сотрудник, а вот наказание… что ж, придется его как-то пережить.

Саша порывисто вскочил на ноги и заметался по комнате.

— Грейг может повлиять на твою судьбу?

— Он, конечно, имеет большую власть, — задумчиво сказала райзе. — Может быть, он и заступится за меня. Но я не уверена.

— А если я попробую поговорить с самой Эрлен? — спросил он яростно.

— Не надо, — испугалась Нэсте. — Будет только хуже.

Не дослушав их спор, Юлька накинула куртку и вышла в окружавший Рамьен парк. Замок причудливо сочетал старину и современность: за массивными каменными стенами находились залы и комнаты, сохранившие свои вычурные старинные интерьеры и оборудованные по последнему слову современной техники. Принципы работы большинства предметов обихода ставили Юльку в тупик, несмотря на старательные объяснения Румянцева, который мгновенно заинтересовался здешней теорией сил и стихий, на которой все держалось, и который сумел достаточно быстро в ней разобраться. Юлька же, сдавшись вникнуть, приняла многое на веру, а некоторыми вещами и вовсе искренне восхищалась — например, утюгом в виде ладошки, гладящим холодом, ящиками для хранения продуктов на основе стазиса, в которых еда не только не портилась месяцами, но и сохранялась горячей или холодной, или бумагой, изготовленной из переработанных промышленных отходов.

Больше всего ей нравился сад. Огромный, казавшийся запущенным, но на самом деле ухоженный, он таил в своей глубине множество скульптур. Там, в тени хвойных и лиственных деревьев, чем-то похожих, но на деле не похожих на родные, скрывалось все удивительное многообразие здешних Двуликих рас. Статуи Двуликих имели два облика — человеческий с одной стороны и звериный — с другой. Юльке нравилось их разглядывать — так она с удивительной легкостью стала узнавать в обитателях Рамьена ту или иную расу. Обнаженный, мускулистый гранитный райзе с мерцающими глазами, в боевой ипостаси, опасный и хищный. Саша был потрясен, когда узнал, что райзе — искусственный конструкт, продукт местной генной инженерии. Лэйсе из черного мрамора, задумчиво сидящая на камне; ее вторая, кошачья ипостась смотрела в сторону парка, тогда как человеческая — на замок. Добродушный локки, лохматый, лобастый, окруженный детьми-щенками. Кицу с плутоватым выражением на вытянутой лисьей морде. Тонкий, изящный нигиец, отлитый из металла, крадущийся по тропинке; в его зверином облике было что-то змеиное. Чешуйчатый хвостатый вард, полуящер-полузмей, с сумкой через плечо и весьма ехидным выражением на морде. Вервы-волки, диковатые и в камне, и в жизни, и многие, многие другие.

Были здесь и люди — элезы, дети Ар Элес и Ар Лессена, похожие на европейцев. Ирнанцы, дети Ар Ирнана, напоминавшие скандинавов, высокие, широкие в кости, светловолосые и светлоглазые. Шаамы, дети Ар Шамаль, схожие с арабами, смуглые, черноволосые, темноглазые. Камарды, уроженцы Подлунных земель, высокие, грубо сбитые, белокожие и пепельноволосые. Смуглые, черноволосые и синеглазые, с правильными чертами лица и исключительно красивыми, гармоничными телами, уроженцы островов — иллирийцы и айоры.

У статуи очередного двуликого обитателя Шеннон-Ара Юльку нагнал Румянцев.

— Ну их к черту, — буркнул он на немой Юлькин вопрос. — Эта рыжая тварюка только ругаться умеет. А ведь хорошо прикидывалась там, у нас…

— Я до сих пор понять не могу, почему нам нельзя вернуться и зачем она нас сюда притащила, — проворчала Юлька.

— Нас убьют, если узнают, что мы со Старой Земли, — в голосе Румянцева прозвучала печаль. — Там, у нас дома, никто не должен знать о существовании земель за Гранью и уж тем более о существовании порталов-порогов.

— Тот локки, что пришел за нами, говорил иное, — возразила она.

— Это чтоб мы не дергались по дороге.

— Когда они откололись?

— Где-то тринадцать тысяч лет назад.

— И никто с нашей стороны до сих пор их не обнаружил, — продолжила она с насмешкой. — Не думаю, что статус-кво вдруг изменится. Кстати, а как они объясняют катаклизм?

— Ну, у них тут разные теории раскола… Есть геофизическая — та же, что у нас объясняет всемирный потоп и почему мамонты вымерли. Есть теория, что причиной катаклизма стали неосторожные научные эксперименты, вышедшие из-под контроля. Есть божественная — мол, столкнулись в смертельной схватке двое могущественных богов-Вечных.

— В общем, они сами не знают, — хмыкнула Юлька с насмешкой.

— Давно дело было, — парировал Румянцев. — Надо сказать, уровень науки тогда был такой, что ни мы, ни они до сих пор его не достигли. В результате сформировалось несколько отдельных земель-параллельных миров, между которыми были лакуны-проходы, которые постепенно затянулись, но ученые нашли способ сохранить некоторые из них, исследовать и научиться самим строить подобные.

— А боги откуда взялись? Ну эти, которые тут всем правят? Вроде Эрлен и Ворона?

— Сложно сказать. Считается, что божества, обитавшие на Старой земле, после катастрофы ее покинули и поселились здесь, в этой части пространства, но потом то ли снова ушли, то ли уснули, передав и разделив свою силу между другими Вечными сущностями, пришедшими им на смену. Собственно, это и есть нынешние Вечные.

— Интересно, они и правда бессмертные или это некая условность?

Чем больше Юлька узнавала о мирах Ар Соль, тем сильнее озадачивалась их противоречивостью. Внешне патриархально-средневековые, с их метаморфными расами, живыми богами и кажущейся анархичностью, на самом деле они были высокотехнологичными, со строгой иерархией и жесткой верховной властью.

— Условно-бессмертные. Если носитель какой-то из Вечных сил умирает, через некоторое время на его месте появляется другой и обретает ту же самую силу. У них только имена меняются. Наша Эрлен — Эния, Верховного Вагабра зовут Ваэль, Лануэль-кошку — Лани…