Ольга Гордеева – Изгибы (страница 7)
— Она была прекрасной женщиной.
Я медленно повернулась к незнакомцу. Мужчина лет пятидесяти, может чуть старше. В глаза бросились тонкие усы и гладко выбритые щеки, лишь лёгкие морщины выдавали возраст. Тёмные солнцезащитные очки с тонкой оправой, безупречно сидящий на упитанной фигуре чёрный деловой костюм. В руке он держал чёрную трость с рукоятью в виде волка, а из-под шляпы проклевывалась седина. Он выглядел словно Марлон Брандо, он же дон Вито Корлеоне из фильма «Крестный отец».
— Вы кто? Вы знали маму? — я свела брови и смахнула слезы с щеки.
— Да. Мы учились вместе, на одном курсе. Недавно встречались… Хотели увидеться ещё раз… — он резко замолчал. — Что с ней произошло?
— Сердце остановилось, — ответила я, шмыгнув носом. — Как вас зовут?
В этот момент у него зазвонил мобильный, и он на секунду отвлёкся. Я внимательно следила за каждым его движением. Он отодвинул телефон от уха, вытащил из внутреннего кармана пиджака визитку и протянул мне.
— Позвони, если нужна будет работа или что-то ещё. Я помогу, — сказал он, резко развернулся и, прихрамывая на левую ногу, направился к выходу, продолжая разговор по гаджету.
Пока ехала в такси домой смотрела на визитку. Чёрную. Матовую. На ней был написан один номер телефона и электронная почта.
Обращаться к нему за помощью я уж точно не собиралась.
Не зацикливаясь, я закинула визитку в сумочку и прислонилась виском к стеклу, глядя как здания сменяют друг друга.
Мысли водили хоровод в голове.
Все шло по банальному плану — золотая медаль, институт, красный диплом, работа, муж, и, конечно, дети.
Я всегда делала то, что хотели другие. То, чего от меня ждали. Единственное, что я по‑настоящему оставила для себя, — танцы. Я продолжала заниматься ими, хоть мама и была далеко не в восторге, когда узнала.
Главным для неё было то, что я работала там, куда она меня устроила. А когда в моей жизни появился Давыдов, о моем увлечении она и вовсе перестала вспоминать.
Когда я решила представить его маме и рассказала, что он успешный бизнесмен, она сразу сказала:
Я любила своего мужа.
Но иногда мне казалось, что это совершенно не моя жизнь. Будто я её не заслужила. Будто потеряла своё «я». Свой стержень.
Я была услужлива во всём — всё, что он пожелает. Иногда ловила себя на вопросе:
Но я отгоняла его.
Ведь мама постоянно его нахваливала, как и все вокруг.
«Идеальный» мужчина.
Может, «моим мнением» просто стало привычка соглашаться с ней? Так было проще всего.
Сейчас я в точке ноль.
Нет никакой ответственности.
Никаких обязательств.
Я будто стою в пустом, выжженном бескрайнем поле, по которому гуляет только ветер.
Это свобода?
Или мой личный ад?
Зигзаг жизни. Острый. Душераздирающий.
Болезненный на каждом пике.
Я в невесомости. В гравитации.
Без целей. Без смысла.
Возможно, всё случившееся привело меня к переосмыслению того, чего хочу именно я. К тому, чтобы наконец услышать себя.
Я ведь снова собиралась пойти ради брата на нелюбимую работу. А надо ради себя. Это уже привычка — делать что‑то для других.
Я точно знаю: хочу танцевать.
Каждый день.
Из года в год.
Бесконечное количество времени.
И не чувствовать боль, которая заглатывала меня как беспощадная акула маленькую беззащитную рыбешку.
Наверное, брат прав. Мне действительно нужно продолжать заниматься тем, чем я горю уже давно.
Возможно, однажды я даже открою свою школу танцев. Хотя я могла это сделать и раньше! Но мой бывший муж не позволил.
Любовь. Это ли проявление чувств?
Любить так, как раньше, я больше не хочу.
Хочу любви, как в книгах — когда тебе приносят весь мир на блюде.
Когда секс не превращается в обязанность со временем, а каждую ночь вы сгораете от страсти, как восковые свечи. Таете друг для друга. Как в первый раз.
Хочу быть в его сердце.
Мыслях.
Взгляде. Хочу видеть этот блеск в глазах.
Всю жизнь. Бесконечно.
Хочу, чтобы мы могли молчать и всё понимать без слов.
И для этого даже не нужно, чтобы он имел банковские счета с двенадцатью нулями. Мужчина, который искренне и по-настоящему любит, сделает тебя счастливой и без них.
Хочу, чтобы мы отдыхали вместе, а не друг от друга.
Чтобы когда я болела, он был рядом со мной — в отличие от моего мужа, который оставил меня и уехал на всю ночь на встречу в клуб. Потом ходили сплетни, что его видели в объятиях одной из моих подруг. Но, конечно, я поверила ему, а не слухам.
Хотя, может быть, я просто не хотела снова тревожить семью. Разрушать картинку идеальной жизни. Хотела видеть маму счастливой и гордой своей дочкой.
Или, возможно, я действительно любила его и потому не стала ни в чём разбираться.
Спустя какое‑то время после всей этой истории он помог купить маме новую квартиру, и она без конца восхищалась своим замечательным зятем. А я старалась не связывать эти события между собой.
Моя прошлая жизнь словно лист бумаги, залитый чёрными чернилами последних событий.
Но я переворачиваю эту страницу и начинаю так, как хочу я.
По‑настоящему.
Искренне.
Я постараюсь стать сильнее. В этот раз буду слушать только себя.