реклама
Бургер менюБургер меню

Ольга Филатова – Восьмиклассница (страница 40)

18

– Да она меня сразу пошлёт, – буркнул Серёжа. – Если даже вы вдвоём не смогли с ней поговорить…

«Умно рассуждает, надо признать».

Как только они заметили меня, тут же замолчали и уставились в мою сторону.

«Господи, как же это глупо!»

– Оль, стой! Давай поговорим! – крикнула Ксюша.

Но я вышла из кабинета, даже не обернувшись.

«Если это продолжится, я вообще перестану ходить в школу».

Во вторник во время урока мой сосед по парте, Паша Крылов, вдруг негромко сказал:

– Ты в последнее время совсем не общаешься со своими друзьями.

Я подняла на него взгляд.

– Тебе показалось. Именно в последние дни они достали меня сильнее всего.

– Ну так если достают, зачем с ними дружишь?

Я удивилась.

– Ну, вот скажи, – начала громким шёпотом я. – Есть две подруги. У одной появляется парень. Она треплется о нём постоянно. А потом происходит недомолвка, и подруги ссорятся. Первая подруга перестаёт считаться с мнением второй, а вторая, естественно, обижается. Хотя всего лишь волнуется и хочет помочь. Но первая этого не понимает. Что делать второй, если она хочет сохранить дружбу?

– Ничего себе, у вас прям «Санта Барбара»! – Паша удивлённо посмотрел на меня своими большими серыми глазами и поправил очки.

Я улыбнулась. Со стороны это и правда выглядело забавно.

– Слушай, я, конечно, не эксперт в отношениях… – он занервничал, покраснел. – И у меня их вообще пока не было… Ну ладно, неважно! Но, по-моему, откладывать сложный разговор в дальний ящик – плохая идея. Разве не проще разобраться сейчас, понять друг друга, чем сидеть и дуться? Если эти две подруги действительно были близки, что им мешает помириться?

Я смотрела на него с открытым ртом.

– Паш, я никогда не думала, что ты такой… рассудительный.

Он снова покраснел, стал перебирать тетради, что-то искать в пенале.

Я усмехнулась.

– Спасибо тебе за совет. Надеюсь, подруга номер два к нему прислушается.

– Да не за что. И всё, не отвлекай меня от урока! – пробурчал он и уткнулся в учебник.

«Теперь я поняла – с Ксюшей просто нужно поговорить. Мне. Мы не сможем помириться, если я продолжу делать вид, что её не существует».

Разве стоит терять подругу из-за парня? Для чего же вообще нужны подруги? Они поддерживают друг друга в сложные моменты и дают советы, а не отворачиваются. И, как сказал Крылов, если дружба была настоящей, что мешало нам снова найти общий язык?

Кто из нас был неправ? Может, Ксюша, а может, и я со своей гиперопекой. Я ведь могла только советовать, но не вправе решать за неё.

«Это её жизнь, её выбор и её грабли. Если ей понадобится помощь, я всегда буду рядом, но больше не стану её упрекать».

Когда мы возвращались из школы, я шла позади всей компании – Костя Ромашечкин, Мишка Онисимов, Серёжа Нагимов, Ксюша Саурова и Лиля Журавлёва. Главная парочка держалась за руки, но выглядели они уже не так счастливо, как раньше. Больше говорили мальчики, а девочки молчали, даже не улыбаясь.

– Ребят, подождите! – окликнула я их.

Все обернулись. У Ксюши в глазах застыла такая боль, что мне стало стыдно.

– Новикова, чего хотела? – резко спросил Костя. «А ему-то я что сделала?»

Я глубоко вдохнула:

– Хотела извиниться перед друзьями.

Ребята переглянулись, явно не ожидая такого поворота.

– Я, правда, вела себя глупо, – голос предательски дрожал. – Ксюш, прости меня. Я никогда не хотела тебя упрекать, просто переживала за тебя… и, наверное, не доверяла Серёже.

Я перевела взгляд на Нагимова.

– Серёж, и ты меня тоже прости. Я постараюсь изменить своё отношение.

Потом посмотрела на Журавлёву:

– Лиль, перед тобой я тоже виновата. Ты вообще ни при чём, а я сорвалась на тебя. Простите меня все. Я очень хочу, чтобы всё было, как раньше.

Мишка присвистнул:

– Ого… Оль, это точно ты?

Я невольно улыбнулась.

– Оль, ты первый раз за долгое время назвала меня по имени, – усмехнулся Серёжа.

– Мы все переборщили, – тихо сказала Лиля.

– Оля-я-я! – Ксюша бросилась ко мне с таким отчаянным порывом, что я едва устояла на ногах. – Прости меня! Я так испугалась! Думала, что ты больше не хочешь со мной общаться. Я буду рассказывать тебе всё-всё… Только, пожалуйста, больше не обижайся!

По щекам текли слёзы. Лиля подошла и тоже обняла нас.

– И ты меня прости, если я сказала что-то не так, – прошептала она.

– Ну всё, потоп! – рассмеялся Серёжа. – Давайте я вас тоже обниму!

Он тут же навалился на нас троих, а Ромашечкин с Онисимовым разразились хохотом.

– Уйди! Тут только девочки! – возмутилась Ксюша, отпихивая его локтем.

– Блин… Ну меня обнимите тоже!

– Перебьёшься! – дружно ответили мы.

И все засмеялись.

Глава 16

В среду, как и обещали, провели мероприятие по здоровому образу жизни. Все готовились, и я тоже. Но когда я, за день до этого, показала Людмиле Михайловне содержание своего выступления, она потребовала переделать всё, что было написано лично мной, а не скопировано с интернета. А я старалась… В итоге, вместо того чтобы весело гулять с друзьями, пришлось пораньше отправиться домой и переписывать текст заново.

Перед выступлением мы репетировали целый урок. Я хорошо выучила текст, и даже Людмила Михайловна меня похвалила.

– Если сегодня плохо выступите, каждому двойка и по литературе, и по русскому! – грозно предупредила она.

– Ну, Людмила Михайловна… – протянули мы в один голос.

– Хватит ныть! Учите текст на переменах!

Ребята поворчали, но на переменах всё же повторяли свои речи.

Самое забавное случилось в актовом зале. На сцене все справились отлично – без запинок, чётко и уверенно. Но наш класс, сидевший в конце зала, всячески пытался нас рассмешить. В результате мы улыбались, как дураки, но, к счастью, это восприняли хорошо. Нас даже похвалили за позитив!

Мы заняли первое место среди восьмых классов, и в награду нам вручили огромный пирог. Какое же это было счастье – голодные, уставшие, мы набросились на него сразу, как только вошли в столовую. Все говорили вперебой, смеялись, жевали, руки тянулись со всех сторон.

И вдруг у меня в кармане завибрировал телефон.

– Да? – я прикрыла ухо ладонью. – Ой, извини, тут слишком шумно. Подожди секундочку!

Я выскочила в коридор. После седьмого урока школа уже почти опустела, и меня накрыла непривычная тишина.