Ольга Филатова – Восьмиклассница (страница 39)

Но точно не то, что у них было.

«Она любит его. А он? Зачем он с ней?»

Серёжа делал её счастливой – просто тем, что рядом. Ксюша рассказывала, что они созванивались по вечерам. Говорили обо всём.

«Может, ему правда не наплевать? Сколько они продержатся? Когда мне придётся успокаивать ревущую в три ручья подругу?»

«Он же бросит её. А она будет продолжать его любить. Потому что дурочка».

Я посмотрела на своё отражение в зеркале и решила: «Да гори оно всё синим пламенем». Распустила волосы, накрасилась, оделась, вставила наушники в уши и отправилась в эту скучную, дурацкую школу.

По дороге я живо представляла: сейчас зайду в школу, увижу Ксюшу в слезах, и мы с Лилькой сразу пойдём к Серёже разбираться. Настучали бы ему по голове – и дело с концом. Все были бы довольны… кроме самой Ксюши, конечно.

Но всё оказалось совсем не так.

В раздевалке, на старом ободранном диванчике, сидели Ксюша с Лилей и спокойно болтали. Никаких слёз. Никакой обиды. Я нахмурилась – совсем не то, что я себе по дороге рисовала.

– Привет, – сказала я, вешая куртку на крючок.

– Доброе утро, – Ксюша подняла на меня глаза и мило улыбнулась.

– Оно добрым не бывает, – буркнула я, стягивая шарф.

– Почему же? – она вытянулась, расправила плечи. – У меня, по крайней мере, всё хорошо, – и улыбка её стала уж слишком счастливой.

– И что у тебя такого хорошего? – скептически приподняла я бровь.

– Да всё, – в голосе Ксюши проскользнула нотка высокомерия. – Жизнь прекрасна.

Я встала перед подругами, сдерживая раздражение.

– Расскажешь, что у вас вчера произошло? – осторожно спросила я. – Или это секрет?

– Да нет, ничего, – она махнула рукой. – Посидели в пиццерии, потом разошлись по домам.

– А как же визит к Нагимову? – я удивлённо распахнула глаза.

– Он сказал, что папу в командировку надо проводить, устал, вот и всё, – спокойно ответила Ксюша, поправляя волосы.

– А, ну ясно, – я кивнула, но внутри всё закололо.

Я даже не понимала, радоваться мне или нет.

– Ксюш, ты на меня злишься?

– Нет, – коротко бросила она, глядя в сторону.

– Тогда что? – я подалась вперёд, вглядываясь в её лицо.

– Ничего, – пожала она плечами.

– Нет, ты обычно так не разговариваешь. Что случилось?

– Оль, всё нормально, – вздохнула она, но слишком резко, будто отмахивалась.

– Нагимов что-то сказал тебе? – спросила я с нажимом.

– Не называй его так, – резко бросила она. – У него имя есть!

Я сжала губы.

– И всё же?

Ксюша тяжело вздохнула и наконец посмотрела на меня прямо:

– Когда он провожал меня домой, то рассказал, что ты ему наговорила в ту перемену.

Я закатила глаза. «Блин! Кто его за язык тянул?!»

– Оль, правда, всё нормально, – тихо сказала Ксюша, но голос её был твёрдым. – Просто хватит вести себя так, будто ты моя мамочка. Я сама разберусь. Без тебя.

– Ты теперь так заговорила… – во мне вспыхнуло раздражение, руки сами сжались в кулаки. – Может, ты вообще не хочешь посвящать меня в свою жизнь? Этот придурок теперь стал для тебя авторитетом, и ты повторяешь его слова? Может, я вообще для тебя пустое место?!

С этими словами я схватила сумку и вылетела из раздевалки, хлопнув дверью.

«Как же они меня достали! Их отношениям всего неделя, а я уже мечтаю, чтобы он её бросил. Раз она не понимает элементарных вещей. Не понимает, что я вообще-то за неё волнуюсь. Что мне не плевать!»

Зайдя в класс, я сразу начала искать глазами Серёжу. Внутри всё кипело, а руки слегка дрожали. Когда я его увидела, в голове была одна-единственная мысль – подойти и ударить.

Но я не могла.

Хотелось наплевать на всё – на него, на Ксюшу, на их отношения, на весь этот абсурд. Они не понимали меня. Никто не понимал.

Я молча села на своё место. Наверное, это был единственный урок в моей жизни, в который я по-настоящему вникла. Просто пыталась ни о чём не думать.

***

В пятницу на большой перемене, ко мне подбежала Ксюша. Она выглядела расстроенной.

– Оль, что случилось? Давай поговорим?

Я даже не взглянула на неё. Спокойно собирая вещи, бросила:

– Нам не о чем разговаривать. У тебя есть парень. Вот с ним теперь и разговаривай.

Встала и ушла.

«Никакой дружбы и быть не может, если она даже не пытается понять, что я чувствую».

В субботу Ксюша снова попыталась выйти со мной на контакт, но уже не напрямую. Вместо этого она уговорила Лилю выяснить, что со мной не так.

Лиля подошла ко мне с недовольным лицом, руки в боки.

– Ксюшка рвётся узнать, на что ты обиделась.

– Я ей всё сказала ещё в четверг в раздевалке, – сухо бросила я, даже не поднимая глаз от телефона.

– Я слышала, – протянула Лиля и скрестила руки. – Она всё равно не понимает.

– Ну так объясни ей! – я резко подняла на неё взгляд. – Ты же тоже уже всё знаешь, да?

Лиля закатила глаза и шумно выдохнула.

– Оль, что я должна знать? Я не слышала вашего разговора с Нагимовым. Но согласна, что Ксюша немного переборщила…

– Немного?! – я вскинулась, голос сорвался на крик. В груди закипало. – Она теперь только и говорит про своего обожаемого Серёженьку! Ей плевать на всё остальное! Она перестала считаться с мнением подруг!

Лиля нахмурилась, тяжело вздохнула и развела руками, будто пыталась успокоить меня.

– Да ты сама уже кипятишься из-за каждой мелочи…

– Отлично! – я резко забросила телефон в сумку. – Даже ты меня не понимаешь.

Я подхватила вещи и стремительно вышла, чувствуя, как внутри всё дрожит от злости и обиды.

В понедельник Ксюша предприняла третью, самую глупую попытку – отправить ко мне Серёжу.

На перемене перед последним уроком Ксюша, Серёжа и Лиля стояли в конце класса, что-то обсуждая. Я вошла как раз в этот момент. В классе почти никого не было, поэтому я отчётливо услышала их разговор.