Ольга Дорен – Наташа снова выходит замуж (страница 28)

— Возможно. Но если система выглядит так, будто держится на вашей способности не спать, это не делает её зрелой.

Наташа скрестила руки.

— Вы пришли сюда консультировать бизнес или меня?

— Бизнес.

— Тогда предлагаю не путать.

— Я не путаю. Вы просто оказались в центре схемы.

Она усмехнулась.

— Как удобно. Теперь я не человек, а элемент схемы.

Сергей чуть наклонил голову.

— Разве я это сказал?

— Вы достаточно близко подошли.

— Тогда уточню: вы человек, которого компания использует как элемент схемы.

Пауза получилась такой резкой, будто кто-то выключил звук в коридоре.

Наташа почувствовала, как неприятное тепло поднимается к лицу. Не смущение. Злость. Хотя, если быть честной, не только злость.

Она хотела ответить резко. Очень резко. Так, чтобы Сергей понял, что не стоит трогать людей там, где они сами себя не трогают.

Но из переговорной высунулась Маша.

— Наталья Андреевна, все собрались.

Спасение, подумала Наташа. И тут же разозлилась, что вообще подумала это слово.

— Идём, — сказала она.

Сергей жестом пропустил её вперёд.

Тоже бесило.

Статус по региональной стратегии проходил в переговорной «Нева». Названия переговорных в компании выбирал, видимо, человек, который считал, что если назвать комнату рекой, люди внутри станут течь в одном направлении. На практике в «Неве» обычно спорили, задерживали решения и пили плохой кофе.

За столом уже сидели Маша, Артём, Вадим из финансов, Олег из продаж, представитель производства Ковалёв на экране и два человека из команды Сергея, которых Наташа пока различала по принципу «тот, который с графиками» и «та, которая молчит, но всё замечает».

Пётр Ильич пришёл последним, сел во главе стола и сразу сделал вид, что встреча плановая, спокойная и все здесь взрослые.

Это продержалось три минуты.

— Мы посмотрели региональную разбивку, — начал Сергей, выводя слайды на экран. — Общая рекомендация: не запускать единую коммуникационную модель на все кластеры. В регионах с высокой зависимостью от дистрибьюторов важнее дать партнёрам ощущение эксклюзивности и контроля сроков, в городах-миллионниках — сохранить имиджевое присутствие и не разгонять ожидания раньше подтверждения производственного графика.

— То есть снова ждём производство, — сказал Олег из продаж.

— Не ждём, — ответила Наташа. — Требуем график до пятницы.

Ковалёв на экране зашевелился.

— Коллеги, мы уже говорили, что до пятницы можем дать только предварительный…

— Нет, — сказала Наташа.

В комнате стало тише.

Она даже не повысила голос. Просто поставила слово на стол, как стакан.

— Предварительный график у нас был. Он привёл к письму дистрибьюторам со старой датой запуска. Теперь нужен подтверждённый.

Ковалёв поморщился.

— Наталья Андреевна, производство не может гарантировать то, что зависит от поставщика.

— Тогда укажите риск по поставщику и срок финального подтверждения. Но не присылайте нам документ, в котором из всех конкретных данных только логотип компании.

Олег тихо фыркнул.

Наташа перевела взгляд на него.

— Продажи тоже участвуют. Вчера вы отправили клиентам старую дату.

— Мы работали по утверждённому шаблону.

— Шаблон не является религией, Олег.

Лена бы оценила эту фразу. Полина наверняка записала бы в чат. Наташа сама едва не улыбнулась, но вовремя вспомнила, что находится на статусе.

Сергей стоял у экрана и молча наблюдал. Именно молча, что раздражало отдельно. Он будто специально давал ей пространство разобрать всех по полкам, чтобы потом сказать что-нибудь спокойное и точное.

— Предлагаю зафиксировать, — произнёс он наконец. — У нас три зависимости: подтверждение производственного графика, корректировка клиентских обещаний и новая коммуникационная рамка. Если одна из трёх частей не срабатывает, маркетинг снова будет компенсировать руками то, что должно быть процессом.

Наташа медленно повернула голову.

Вот он опять.

Руками.

Процессом.

Компенсировать.

Всё правильно сказал, зараза.

— Сергей Павлович, — сказала она, — мы сейчас обсуждаем план действий, а не философию корпоративной зрелости.

— Это план действий. Просто с указанием, кто за что отвечает.

Олег поправил часы.

— У продаж и так много задач.

— У всех много задач, — сказала Наташа.

И сама услышала, как это прозвучало.

Та самая фраза, которую она двадцать минут назад внутренне ненавидела у Петра Ильича. Вот так легко чужая система говорила её голосом.

Сергей посмотрел на неё. Не с торжеством, не с «я же говорил». Просто посмотрел.

Наташа разозлилась ещё сильнее.

— Конкретно, — сказала она, открывая ноутбук. — Производство до пятницы, восемнадцать ноль-ноль, присылает подтверждённый график или график с рисками и ответственными. Продажи сегодня до конца дня обновляют клиентские обещания по списку приоритетов. Финансы до завтра считают два сценария условий для дистрибьюторов. Маркетинг готовит коммуникационный контур, но не выпускает его без входных данных от производства и продаж.

Маша быстро записывала.

Пётр Ильич слушал с непроницаемым лицом.

Ковалёв хотел что-то сказать, но передумал.

Олег всё-таки сказал: