Ольга Дмитриева – Выжившая из Ходо. Наследница некромантов (страница 9)
Ючи медленно кивнул и спросил:
– Что ты собираешься делать?
– Вернуть себе земли и титул. Отомстить Тайджу, Ода и предателю Харуто, – сказала я и почувствовала, как пальцы помимо воли снова вцепились к катану духа. – Я отвоевала у Святого катану учителя, а на горе Оро призвала в клинок его дух. Но у меня нет некромантии седьмого ранга, только пятый. Поэтому пока я буду скрываться.
Ючи снова провел рукой по седым вискам и покачал головой:
– Харуто… Не думал я, что парень настолько с гнильцой.
При звуках имени мужа у меня снова перехватило дыхание – то ли от бешенства, то ли от просыпающейся эльфийской искры. Я прижала руки к груди и попросила:
– Не говори о нем… Просыпается эльфийская магия. Я не владею ей в совершенстве.
Точнее, я ей практически не владею, но говорить об этом не стоило. Ючи согласно кивнул и продолжил:
– Постараюсь. Но некоторые вещи ты должна знать. Тайджу не пощадили никого. Ни ребенка, ни последнего слугу. Они перебили даже охотничьих собак твоего отца. Твой… Сама знаешь кто. Он единственный, кто выжил в ту ночь. Я думал, его свела с ума смерть детей и гибель рода. Он стал одним из псов на службе Тайджу. Я думал, его возвысили за верную службу, а не за…
Ючи с горечью покачал головой. А затем немного торжественно произнес:
– Ты спасла ребенка Мисуто. В очередной раз. Чем я могу помочь тебе, Мия?
Ответила я сразу:
– Дай документы, которые позволят полуэльфийке с демоном свободно путешествовать по Рибену. И будь готов мстить.
Ючи склонил голову, а затем медленно заговорил:
– И еще… Тайджу сожгли Сакуратэншу, а земли поделили с Ода. Император выразил неудовольствие, но не пошел против союза родов. Остальные держатся в стороне, а Мисуто слишком слабы, чтобы ответить. Поэтому тебе придется приложить немало сил, чтобы вернуть утраченное.
Золотая искра, наконец, успокоилась, а слабость прошла. Я неохотно отлепилась от плеча Тьена и выпрямилась.
– Не сомневайся, – заверила его я. – Все равно я сделаю это. Пусть у меня нет некромантии. Я не одна, – с этими словами я покосилась на Тьена. – И у меня есть эльфийская магия.
– Вражеская магия, – напомнил Ючи.
– Нет, – холодно ответила я. – Теперь это тоже моя магия. И я буду пользоваться ей, чтобы покарать тех, кто уничтожил мой род.
Ответить мне старый товарищ не успел. Двор за окном озарила белая вспышка, а затем раздались возмущенные голоса. Им ответили что-то на ломаном рибенском, и этот голос я узнала – Шон. Мы с Тьеном переглянулись и одновременно поднялись на ноги. Что же успел натворить мой брат?
Глава 5. Служанка
Я первая вышла из дома и оглядела двор. Шон выглядел встрепанным и сердитым, но целым. Стэндиш преграждал ему путь и что-то тихо втолковывал. Напротив стоял один из воинов Ючи, имени которого я не знала. А на земле у ног Шона всхлипывала юная девушка. Явно из бедного рода – кимоно во многих местах было аккуратно зашито.
Стоило мне спуститься с крыльца, во дворе воцарилась тишина. Катана духа снова была у меня за поясом, а за моими плечами стояли Ючи и Тьен. Я обратилась к Шону на языке Нуамьенна:
– В чем дело?
– Он безнадежный идиот, – с досадой сказал Стэндиш. – Далась тебе эта девчонка?
– Она не хотела с ним идти, – упрямо ответил Шон.
Девушка в очередной раз всхлипнула и подняла глаза на меня. Я скользнула взглядом по заплаканному и лицу и подумала, что по местным меркам она довольно красива. Неудивительно, что кто-то из воинов положил на девицу глаз. Я покосилась на Ючи и спросила:
– Кто она?
Вперед поспешно выступил пожилой мужчина, судя по одежде – староста. Он отвесил Ючи поклон и быстро заговорил:
– Она не из нашей деревни, господин. Мимо проходила. Путешествует одна, говорит – сирота, нет у нее больше никого.
Я перевела взгляд на девушку. Та, похоже, сообразила, что решается ее судьба, и кто сейчас эту судьбу будет решать. Поэтому торопливо отвесила мне поклон, коснувшись лбом земли, и попросила:
– Я сирота, всех моих близких унесла болезнь, а дом пришлось отдать за долги. Только тетка, сестра отца, живет в Сакурато. Я решила отправиться туда.
Шон тут же требовательно спросил:
– Нам по пути?
Я не стала скрывать:
– Да. Не сразу, но мы обязательно заглянем в Сакурато.
Я ждала, что братец потребует взять девчонку с собой. Но он стиснул зубы и опустил глаза. Понимал, что у меня нет причин выполнять его капризы. Винсент негромко сказал:
– Леди твоего положения может пригодиться служанка.
Ючи за моей спиной эхом произнес на рибенском:
– Думаю, в долгом путешествии тебе не помешает прислуга… Раз уж твоему другу приглянулась девушка.
Я оглянулась на него и коротко улыбнулась:
– Два умных человека советуют мне одно и то же.
В глазах незнакомки появилась надежда, а вот ее незадачливый кавалер помрачнел. Я выразительно посмотрела на Ючи. Тот прикрыл глаза, показывая, что со своими воинами разберется сам. После этого я обратилась к девушке:
– Как тебя зовут?
– Амэя, – поспешно ответила она.
– Вечерний дождь, – пробормотала я на языке Нуамьенна. – Хорошее имя.
Затем я снова перешла на родной язык и возвысила голос:
– Что ж, можем взять тебя с собой до Сакурато в качестве служанки. Моей служанки, – добавила я, чтобы не оставить сомнений у девушки, что на ее честь никто не покусится. – Но со мной путешествуют демон, Святой и пара нуамьеннских дворян. Ах да… И еще тебе придется учить его рибенскому.
С этими словами я указала на Шона. Девушка торопливо поклонилась и начала бормотать благодарности. Я подняла глаза на старосту и приказала:
– Найдите девчонке нормальную одежду. И накормите.
Тот перевел вопросительный взгляд на Ючи и умчался только после согласного кивка моего старого товарища. Шон напряженно спросил:
– Что ты предложила ей?
– Остаться с нами служанкой. Подвезем ее до Сакурато. И раз уж я удовлетворила твою прихоть, тебе придется удовлетворить мою.
– Какую? – напрягся юноша.
– Она будет учить тебя рибенскому.
На лице Шона появилось облегчение. Затем я резко приблизилась к нему и тихо сказала:
– Главное, если решишь оказать внимание даме, помни об этом.
Я ущипнула его за острый кончик уха. Шон отдернул голову и проворчал:
– Кто бы говорил…
Но спорить не стал. Я развернулась и направилась обратно в дом вслед за Ючи. Тьен неотступно следовал за мной.
После обеда я распрощалась со старым другом, и мы тронулись в путь. Лошадей я решила не брать, хоть Ючи и предлагал подождать, пока приведут запасных от Мисутонару. Тогда он договорился, чтобы нам дали телегу и крепкую лошадь. Стэндиш очень хотел избавиться от гроба, но я не дала. После короткой перепалки наше прикрытие водрузили на новую телегу под недоуменные смешки ближнего десятка Ючи. Не знаю, что он сказал обо мне своим воинам, но кланялись мне уже с тем же почтением, как и положено главе чужого рода.
Амэя на удивление спокойно отнеслась и к Святому, и к острым ушам Шона. Гроб ее тоже не впечатлил. Девушке выдали новое кимоно цвета сакуры, и она радовалась ему, как ребенок. Шону предстояло править лошадьми, и девушка тут же пристроилась рядом. Его имя она быстро выучила, но произносила с легким рибенским акцентом, превращая в нечто больше похожее на «Щён».
Но моего братца это совершенно не смущало, и первая часть пути прошла в попытках этих двоих объясниться между собой. Амэя с удивительной серьезностью взялась за обучение Шона языку, а юноша терпеливо повторял за ней слова и не отлынивал. Я дремала под их болтовню, пока мы не остановились на развилке. Там я слезла с телеги и какое-то время молча стояла, глядя вдаль. Широкая наезженная дорога уходила к Мисутонару.
– Едем прямо? – спросил Шон.
Я покачала головой: