Ольга Дмитриева – Выжившая из Ходо. Наследница некромантов (страница 7)

Первым, кого я увидела, распахнув глаза, был Шон. Он сидел на коленях у моей постели и разглядывал одеяло. Я приподнялась на локте и обнаружила, что через ткань пробивается золотой свет. Усилием воли я собрала золотую искру, и свет погас.

– Что это было? – спросил Шон, стараясь скрыть любопытство.

Ответить я не успела. Тьен появился из кустов и сообщил:

– Нас окружает отряд воинов. Двадцать человек.

Я тут же откинула одеяло и потянулась к оружию.

Бежать не было смысла, поэтому я сунула за пояс катану духа и накинула капюшон. Мои товарищи уже не спали. Ястер разливал по мискам кашу. Крупа, привезенная из Нуамьенна, неумолимо подходила к концу. Моих друзей перспектива питаться рибенской едой расстраивала, меня – нет.

Святой нахмурился и спросил у демона:

– Кто они?

– Не важно, – ответила я вместо Тьена. – Нам все равно нужно вернуть Такео в Мисутонару. Мальчика обязательно будут искать. Думаю, это за ним.

Стэндиш не стал возражать, только задумчиво почесал крестообразный шрам. В Нуамьенне я очень редко замечала у него тот жест. Похоже, память о том, что было в Рибене, терзала охотника гораздо больше, чем он хотел это показать. Ястер передал мне завтрак, и Шон внезапно примостился рядом, продолжая напряженно разглядывать меня. Тьен разбудил Такео и вручил ему тарелку с кашей.

Когда из кустов выступили воины в темно-серых одеждах, мы как раз заканчивали завтрак. Чужаки быстро окружили стоянку. Вперед шагнул капитан с короткой черной бородкой. Такео тут же отставил в сторону тарелку и подбежал к нему с радостным криком. На лице воина отразилось облегчение. Он опустился перед мальчишкой на колено и спросил:

– С вами все хорошо, юный господин?

Такео поспешно кивнул и тут же наябедничал:

– Меня спасли чужестранцы. Точнее, вот эта эльфийка, – маленький пальчик указал на меня. – Но она эльфийка-некромантка, и у нее есть демон.

Я мысленно застонала. Конечно, я понимала, что шила в мешке не утаишь. Но не думала, что открываться придется так быстро. Смысла отнекиваться не было, пришлось сбросить капюшон и встать. Тьен поднялся за моей спиной. Даже без пробужденной некромантии я ощущала исходящую от него угрозу. Черные длинные волосы показывали каждому в этой стране, что перед ними демон. И этот демон был готов защищать свою хозяйку.

Воины со смесью удивления и отвращения разглядывали мои белые волосы и острые кончики ушей. Затем взгляд капитана скользнул по рукояти моего клинка. Он нахмурился, но, прежде чем он успел задать вопрос, я произнесла на чистейшем рибенском:

– Меня зовут Мия. Я убила акашиту, который унес Такео. И я хочу говорить с Ючи Мисуто.

Капитан подозрительно спросил:

– Кто ты такая и как попала в нашу страну?

Стэндиш тут же протянул наши подорожные. Темные раскосые глаза капитана скользнули по его лицу и задержались на шраме. Затем он глянул в документы и медленно произнес:

– Что в очередной раз привело вас в Рибен, господин Рэйман Стэндиш?

При этих словах взгляды рибенцев метнулись к охотнику. Тот не дрогнул и начал весьма правдоподобно рассказывать легенду о похоронах павшего товарища. Пара солдат осмотрели повозку с гробом. Я надеялась, что запечатывающее заклинание, уберегающее от тления, выглядит достаточно убедительно, чтобы содержимым никто не поинтересовался.

Чернобородый капитан выслушал его внимательно, а затем снова повернулся ко мне и нахмурился:

– Это не объясняет присутствие полуэльфийки. В подорожной нет о ней ни слова, как и о демоне. А наличие у нее темной искры не доказано.

Я холодно взглянула на него и спросила:

– Вам нужны доказательства?

Капитан кивнул в ответ. Я почувствовала мимолетное прикосновение Тьена и боль. Похоже, демон использовал частичный переход в другой облик и оцарапал мою руку. Кровь потекла по запястью. Вокруг меня снова заплескалась зелень. При свете дня линии не было видно, но я чувствовала их.

Золотая искра недовольно шевельнулась внутри, и дышать стало больно. Я усилием воли придержала пробуждение эльфийской магии, а затем обнажила меч. Солдаты выхватили свое оружие и замерли, не в силах отвести глаз от лезвия моего клинка. Даже при дневном свете было видно яркое зеленое сияние. Каждому из рибенцев было ясно, что в катане живет сильный дух. И сейчас он был недоволен тем, что его пробудили просто так. Я поспешно вернула клинок в ножны и спросила:

– Теперь верите?

Капитан задумчиво кивнул, но оружие прятать не спешил.

В тот же момент я ощутила тепло на руке, в том месте, где только что была царапина, и некромантия уснула. Забыв о противниках, я поднесла запястье к глазам. Кожа была совершенно чистой. И тут я осознала, что за утро меня ни разу не побеспокоила рана на животе. Я поспешно опустила руку и повторила:

– Я хочу говорить с Ючи Мисуто и буду благодарна, если вы нас к нему проводите.

Бородатый, наконец

– Отпустить вас я все равно не смогу. Может, вы для того и спасли юного господина, чтобы к отцу его подобраться. Ни Святому, ни эльфам на земле Мисуто не рады. Господин Мисуто сам разберется, что с вами делать. Зовите меня капитан Кубо. Собирайтесь и следуйте за нами.

Стэндиш тихо передал его слова Шону и остальным. Один из воинов взял Такео на руки, другие окружили нас и повели прочь. Разговаривать с нами никто не хотел. Словарного запаса моих товарищей хватало на «здравствуйте, спасибо, извините», несмотря на уроки Стэндиша. Винсент, кажется, понимал чуть больше остальных, но помалкивал.

Я попыталась разговорить воинов, которые шли рядом с нами. Но те отмалчивались и косились на мои острые уши. Только после обеда самый молодой из отряда тихо сообщил мне, что Ючи отправился за демоном, который утащил его сына. Отрядам надлежало встретиться в деревне у подножия Волчьей горы. Ребенок и повозка замедляли наш ход, поэтому прибыть туда нам предстояло утром следующего дня.

Мы продвигались к цели до заката. Такео несли все воины по очереди, но мальчик все равно вымотался и устал. Поэтому на закате мы остановились на ночлег у небольшой реки. Кубо не терял бдительности – нас повсюду сопровождали солдаты. Несмотря на враждебную обстановку, спала я как младенец. Родная земля и сидящий около моей постели Тьен были самым лучшим снотворным. Стэндиш не пытался отозвать демона – похоже, сейчас охотника устраивало то, что меня охраняют.

Утром я испросила у капитана дозволения искупаться. Тот немного подумал и согласился. А затем несколькими пассами установил вокруг реки сигнальное заклинание и ушел. Я сбросила одежду и, наконец, смогла рассмотреть себя. От раны на животе остался тонкий белый шрам, который не доставлял никаких неудобств. Следы других ран практически исчезли. Значит, я была права – каким-то чудом во сне я смогла применить то, что читала в эльфийской книге. И золотая искра помогла мне излечиться.

Я с удовольствием вошла в ледяную воду и долго плескалась в ручье. А когда повернулась чтобы выбраться из воды, то обнаружила, что не одна. Стэндиш стоял на берегу и держал в руках какой-то сверток.

Я стояла по шею в воде, но его присутствие неприятно удивило. Я холодно спросила его:

– В чем дело?

– У меня кое-что есть для тебя, – бесстрастно сообщил охотник. – Думаю, сейчас это будет к месту.

С этими словами он положил сверток на камень рядом с моей одеждой, развернулся и ушел. С минуту я слушала отдаленные голоса солдат и своих друзей, а затем создала поисковое заклинание. Охотник ушел. Только после этого я медленно вышла из воды. Меня разбирало любопытство. Что же принес Святой?

Глава 4. Старый товарищ

Я осторожно развернула сверток и не поверила своим глазам. Святой принес мне кимоно. Черное, с широкими рукавами, которые едва не доставали до земли, и вышивкой из золотистых пионов. К нему прилагался золотистый парчовый пояс с узором из мелких цветов. Поверх него лежали две длинные шпильки для традиционной рибенской прически, снова с золотыми пионами.

Забыв обо всем, минуту я смотрела на это великолепие и теребила медальон в виде медного пиона у себя на шее. А затем начала неспешно одеваться. Про обувь Святой тоже не забыл – я с удовольствием надела местные сандалии. После этого я быстро собрала белые волосы в пучок с помощью шпилек и сунула за пояс катану духа. Для подобного одеяния она не была предназначена. Но в своей прошлой жизни я носила ее всегда. В знак того, что я старшая дочь, и наследую отцу.

Когда я вышла из-за кустов, на несколько мгновений все на поляне потеряли дар речи. В глазах мужчин, обращенных на меня, был восторг. Кубо первым справился с собой и придал лицу суровое выражение, но вынужден был признать:

– Держитесь как чистокровная рибенка.

Я одарила его легкой улыбкой и не стала ни подтверждать, ни опровергать его слова. Такео подбежал ко мне и посмотрел снизу вверх. Кажется, местная одежда окончательно примирила мальчишку с моим существованием.

– Ты очень красивая, Мия, – сказал он, восторженно оглядывая мое одеяние.

Я улыбнулась и подала мальчику руку. Тот ухватился за мою ладонь. Кубо нахмурился, но не стал забирать мальчика, а позволил ему идти рядом со мной. Лучше и быть не могло. Мужчины уже собрали вещи, и мы отправились в путь. Впереди шел капитан. Я шагала следом, держа за руку Такео. С двух сторон от меня шли рибенские воины, а за спиной я чувствовала пульсацию демонического источника Тьена. Мои друзья и остальные солдаты потянулись за нами.