Ольга Дашкова – Русская жена Горца. Развода не будет (страница 2)
Рядом фотография с тетей, моей единственной родственницей, которая осталась со мной после похорон. Тетя Вера была младшей сестрой мамы, работала бухгалтером в строительной фирме и всю жизнь прожила одна.
«Мужчины – они все одинаковые, Полечка, – говорила она, когда я спрашивала, почему она не вышла замуж. – Любят до первой трудности, а потом ищут кого-нибудь помоложе и поглупее».
Тогда мне казалось, что тетя слишком цинична. Теперь я думаю, что, возможно, она просто была реалисткой. Год назад рак забрал ее за три месяца. Быстро и жестоко, не дав даже возможности как следует попрощаться.
Я помню последние дни в больнице, тетя Вера держала меня за руку и шептала: «Не будь такой, как я, Полина. Не бойся любить. Одиночество – это не выбор, это приговор».
А теперь я сижу в своей, точнее, в нашей с тетей Верой квартире и понимаю, что стала такой же, как она. Учеба, работа, дом, сериалы по вечерам. Рядом никого, кроме Маши – единственной подруги, которая не исчезла после смерти родителей. Все остальные как-то незаметно растворились, испарились из моей жизни. Наверное, смерть пугает даже тех, кто просто находится рядом с ней.
Звонок телефона вырывает из мрачных мыслей. Машка, конечно же.
– Поль, ты опять сидишь дома, пока вся Москва гуляет на улице в такую погоду? – возмущается она. – Там такая красота, дождь уже закончился! Солнышко, тепло, все цветет!
– А где мне еще сидеть? – закрываю окно, падаю в кресло. – У меня завтра важный день на работе.
– Да ладно! Какой важный день? Ты работаешь в архиве музея, там каждый день одинаковый, – Маша вздыхает. – Поль, завтра годовщина смерти тети Веры. Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, но это нездорово.
– Ничего я не думаю, – вру. – Просто устала.
– Устала в двадцать лет! В мае! Когда все вокруг цветет и пахнет! – она явно входит в раж. – Слушай меня внимательно: завтра сразу после работы приезжай ко мне. Женька приготовит шашлык на балконе, а я достану бутылку вина, которую мы должны были выпить в мой день рождения.
Женька. Машин старший брат, который почему-то всегда рядом, когда мне плохо. Который приносит лекарства, когда я болею, и чинит все, когда это ломается или перестает работать.
Женька, который смотрит на меня так, будто я самое дорогое, что есть в его жизни. И который терпеливо ждет уже три года, надеясь, что я когда-нибудь посмотрю на него не как на старшего брата подруги.
– Маш, не надо...
– Надо! – перебивает она меня. – Полина, ты живая! Тебе двадцать лет, ты красивая, умная, у тебя есть своя квартира и работа, тебе легко дается учеба. Хватит хоронить себя заживо!
Молчу, глядя на свое отражение в зеркале напротив. Светлые волосы собраны в небрежный пучок, лицо бледное, глаза грустные. Когда я в последний раз по-настоящему улыбалась? Когда в последний раз делала что-то просто потому, что хотела, а не потому, что надо?
– А знаешь что? – голос Маши становится мечтательным. – Давай куда-нибудь съездим! Устроим себе настоящий отпуск. Сочи, Анапа... Или вообще, давай махнем в Турцию! Сейчас как раз сезон начинается!
– У меня нет денег на Турцию.
– А на Кавказ можно? – внезапно оживляется она. – Поль, а что, если поехать на Кавказ? В Дагестан, Чечню, Северную Осетию... Представляешь, горы, чистый горный воздух, совсем другой мир! И сейчас там как раз самое красивое время – все цветет, еще не жарко!
– Ты с ума сошла? Одни девчонки на Кавказе?
– А почему бы и нет? – Маша явно входит во вкус. – Мы же не в девяностые живем! Там же курорты, санатории, экскурсии. И потом, подумай: горы в мае, когда все цветет, национальная кухня, красивые мужчины в папахах...
– Маша!
– Что «Маша»? Ты когда в последний раз видела красивого мужчину? А когда в последний раз с кем-то целовалась? – она делает паузу. – То-то же. Женька не в счет, он как брат.
От упоминания о поцелуях что-то сжимается в груди. В последний раз я целовалась с Димкой Воробьевым на выпускном, это было тысячу лет назад, в другой жизни. До смерти родителей, до того, как мир стал серым и неинтересным.
– Подумай, – продолжает Маша. – Просто подумай. Недельку, максимум две. Съездим, отдохнем, подышим горным воздухом. Сейчас там самое лучшее время, не жарко, все зеленое, красивое.
После того, как мы закончили разговор, долго сижу с телефоном в руках. Кавказ. Почему бы и нет? У меня есть отпуск, есть немного денег, тетя Вера оставила небольшие сбережения, я так к ним и не притронулась. И есть острая необходимость выбраться из этой квартиры, которая все больше напоминает красивый склеп.
Открываю ноутбук, начинаю искать информацию. Махачкала, Грозный, Владикавказ. Красивые фотографии гор в весеннем цвету, отзывы туристов о том, как прекрасен Кавказ в мае, информация об отелях. Пока я читаю, за окном выглядывает солнце, освещая комнату теплым светом, и в груди что-то шевелится – что-то похожее на интерес к жизни.
Может, Маша права. Может, пора перестать существовать и начать жить. Май – это лучшее время для путешествий. Все цветет, воздух чистый, температура комфортная.
Звонок в дверь прерывает мои размышления. Я не жду гостей, но иду открывать. За дверью стоит Женя с букетом тюльпанов и пакетом продуктов.
– Привет, Поля. Маша сказала, что ты сегодня грустная, вот я и решил... – он протягивает цветы. – Принес все для пасты с овощами. Подумал, что сейчас весна, и нужно есть что-то легкое и полезное.
Женя на четыре года старше меня, работает программистом в крупной компании, снимает хорошую квартиру в центре. Он мог бы жениться на ком угодно, он симпатичный, умный, добрый. Но уже три года он ходит вокруг меня, как загипнотизированный. Приносит цветы на каждый праздник, помогает с ремонтом, готовит, когда я болею. И ждет. Терпеливо и безнадежно ждет, когда я отвечу на его чувства.
– Проходи, – беру тюльпаны, вдыхаю их свежий аромат. – Спасибо за цветы.
– Не за что, – он проходит на кухню и начинает доставать продукты. – Как дела? Маша сказала, что предложила тебе поехать в отпуск.
– Пока только думаю, – ставлю тюльпаны в вазу, наблюдаю, как парень ловко орудует ножом, режет овощи. – Женя, а что ты думаешь о Кавказе?
Он замирает на секунду, потом продолжает резать помидоры.
– В каком смысле?
– В смысле туризма. Отдыха. Стоит ехать? Сейчас же самое красивое время.
– Не знаю, – он пожимает плечами. – Я там не был. А зачем тебе именно Кавказ? Можно съездить в Питер, в Казань. Или за границу.
В его голосе слышится что-то, что заставляет меня внимательнее посмотреть на него. Женя избегает моего взгляда, сосредоточенно помешивает соус.
– Ты против?
– Я не против. Просто... – он наконец поворачивается ко мне. – Просто не хочу, чтобы ты уезжала далеко. И надолго. Особенно одна.
Вот оно. То, о чем мы никогда не говорим вслух, но что повисает в воздухе каждый раз, когда мы остаемся наедине. Его чувства, мое равнодушие, его надежды, моя неспособность полюбить.
– Женя...
– Не надо, – он поднимает руку. – Не надо ничего говорить. Я знаю, о чем ты думаешь. И я не тороплю. Просто... просто будь осторожна. Кавказ – это не Подмосковье. Там свои правила, свои традиции.
Мы ужинаем в тишине. Паста с весенними овощами получается легкой и вкусной. Женя рассказывает о работе, о том, что в их компании в мае дают дополнительные выходные, чтобы сотрудники могли отдохнуть в хорошую погоду.
Я слушаю вполуха, думая о горах, чистом воздухе, о том, что где-то есть мир, совершенно не похожий на мою серую московскую реальность. После ужина он помогает мыть посуду.
– Если решишь ехать, – говорит он на пороге, – звони каждый день. Пожалуйста, звони обязательно.
Когда дверь за ним закрывается, возвращаюсь к ноутбуку. Билеты до Махачкалы, гостиницы, экскурсии. «Лучшее время для посещения Дагестана – май-июнь, когда горы покрыты зеленью, цветут рододендроны и азалии, а температура комфортна для походов», – читаю я в одном из отзывов.
Чем больше я читаю, тем больше мне хочется попробовать. Другой мир, другие люди, другая я. В полночь я закрываю ноутбук и иду спать. Но сон не идет. Я лежу в темноте и думаю о том, что завтра исполнится год, как я осталась одна.
Год потраченной впустую жизни, год серых дней, год ожидания непонятно чего. А за окном шелестит листвой молодая липа, пахнет сиренью и теплом. Весна. Время обновления, время новых начинаний.
Может, пора что-то изменить.
Может, пора поехать в горы. Именно сейчас, в мае, когда все цветет и пахнет надеждой.
Глава 2
– Полина, проснись! Мы приземляемся! – голос Маши врывается в сон, открываю глаза.
За иллюминатором вместо бескрайних полей и лесов средней полосы открывается совершенно другой мир. Горы. Настоящие горы – не картинка в интернете, не фотография на заставке, а живые, дышащие исполины, покрытые зеленью и устремленные в небо острыми пиками. Солнце садится где-то за хребтами, окрашивая небо в нежно-розовый цвет, а вершины сияют золотом.
– Боже мой, – шепчу, прижимаясь к стеклу. – Как же красиво...
– А я что говорила? – Маша торжествующе улыбается. – Лучше, чем все твои сериалы дома!
Самолет заходит на посадку, и под нами появляется Махачкала. Город раскинулся между горами и морем, и от этого зрелища захватывает дух. Каспийское море сверкает в лучах заходящего солнца, а горы кажутся стражами, охраняющими этот удивительный край.