Ольга Булгакова – Магия обмана. Том 2 (страница 24)

— Лучше, чем я опасалась.

Он глянул на меня искоса, чуть заметно усмехнулся:

— Значит, все же плохо?

Я вздохнула и призналась. С кем же быть откровенной, если не с ним?

— Он подарил моим родителям деньги. За меня.

Лорд Адсид помрачнел и зло крутанул ручку кофемолки.

— Сказал, конечно, что это древняя традиция, — отведя взгляд, тихо добавила я.

Он промолчал, а кофемолка остервенело дробила зерна.

— На дом смотрели? — через пару минут лорд Адсид резко поменял тему.

— Да, — просияла я. — Это доходный дом, вы знали?

Он покачал головой и выглядел немного удивленным:

— Неожиданно дорогой подарок… Я из надежных источников знаю, что Его Величество собирался одарить вас куда скромней.

— Еще пару дней назад этот дом принадлежал князю Оторонскому. Потом его отдали в распоряжение короны, — поделилась я сведениями.

— Как любопытно, — хмыкнул собеседник, поставив джезву на зажженную мной горелку. — Мне сказали, вы сегодня встречаетесь с родителями.

— Да, в полдень, — кивнула я.

— Мой законник тоже подойдет в «Голубятню». Нужно проверить бумаги. Если передача собственности осуществлялась дважды за такой короткий срок, писари или королевские законники могли что-то упустить из виду. Тем более, насколько я понимаю, вы хотите передать родителям право распоряжаться этим новым имуществом.

Он хмуро взирал на свой будущий кофе и чуть покачивал джезву. Почему-то это меня задело. Глупо, конечно, но мне хотелось, чтобы лорд Адсид говорил со мной, а не с собирающейся на поверхности пенкой.

— Лорд Цорей тоже предложил мне услуги доверенного законника.

— В самом деле? — опекун удивленно вскинул бровь и задумчиво добавил: — Какой неожиданно настойчивый юноша.

То, что лорд Адсид моими же словами охарактеризовал аристократа, меня позабавило. Собеседник заметил мою веселость, тепло улыбнулся:

— Он был бы польщен вашим доверием.

— Возможно, — покладисто согласилась я. — Но, кажется, он привязался ко мне чуть больше, чем следовало бы. К сожалению.

— Вы так говорите из-за помолвки? — пытливо посмотрел на меня опекун, приподняв над пламенем закипевшую джезву.

Я покачала головой, не зная, в какие фразы лучше всего облечь ответ.

— Он приятный юноша, мы хорошо поладили, но…

На язык просились слова о том, что первое время я не чувствовала искренности молодого лорда, что порой казалась себе рядом с ним любопытной зверушкой, повадки которой он хотел изучить. Εсли бы я не познакомилась раньше с лордом Адсидом и не понимала, чем вызван интерес ко мне лорда Цорея, возможно, я считала бы внимание юноши лестным. Однако молодой аристократ во всем проигрывал моему магическому опекуну, и это очевидное различие уже нельзя было сгладить.

— Но? — лорд Адсид погасил горелку и оставил кофе отстаиваться.

Я посмотрела на янтарное кольцо, напоминающее чудесный медовый дар опекуна, и выпалила:

— Мне кажется, я для него трофей. Перспективная восьмерка, хорошая родословная, знания этикета, неплохой алхимик. Преподаватели меня хвалят, оценки высокие опять же… Для него я — набор удобных характеристик, за которыми он не видит личность. Если бы этими же качествами обладала другая девушка, интерес ко мне у него и не возник бы. Сейчас он проявляет настойчивость, потому что задета его гордость. Он ухаживал, старался, но на выборе леди Арабел это не сказалось. Им движет ущемленное самолюбие, я даже могу предположить, что Его Величество каким-то образом повлиял на других знатных студентов. Ведь вы предсказывали появление нескольких поклонников, а появился только он один. Я склонна доверять вашей оценке происходящего и думаю, без вмешательства Его Величества у лорда Цорея были бы соперники.

К концу этой тирады я смутилась окончательно. Кажется, ничто на свете не могло заставить меня оторвать взгляд от янтарного кольца лорда Адсида. Чувствуя, как с каждым ударом сердца ярче разгораются щеки, ясно осознала, что опекун никогда не относился ко мне так, как лорд Цорей. Для лорда Адсида я была личностью, которую не разбить на угодные и неугодные черты.

— Вашим рассуждениям не отказать в логичности, — похвалил собеседник, спокойно наливая себе кофе. — Понятно, что вам кажется закономерным непроходящее желание лорда Цорея тем или иным образом устроить свидание с вами.

— Я видела его вчера мельком, — внимательно рассматривая кофейную гущу на дне своей чашки, призналась я. — И надеялась, вы сможете объяснить одну странность.

— Постараюсь, — бесстрастно пообещал лорд Адсид.

Воспоминание о вчерашнем видении наяву воскресило образ лорда Такенда, напугавший меня ночью. Сердце тревожно забилось, и я поторопилась спрятать руки на коленях, чтобы не показать дрожь. Как правильно говорить о непонятных проявлениях дара, не представляла, а потому выбрала единственно действенный способ: набрать побольше воздуха и сказать правду.

Лорд Адсид внимательно выслушал, задал уточняющие вопросы и, задумчиво кивая, поинтересовался, что же мне такое приснилось ночью. Рассказ ему не понравился, это чувствовалось, хотя внешне опекун оставался совершенно спокойным. В то же время лорд Адсид не считал мои сны чем-то пустым и бестолковым. Он даже обмолвился, что делал записи о них.

— Но чем они объясняются? — робко спросила я, подняв глаза на сидящего напротив ректора.

Οн постучал пальцами по подлокотнику, встретился со мной взглядом:

— Тем, что вы потомок Пророка, госпожа Льяна.

Я недоверчиво нахмурилась, покачала головой:

— Не может быть. Вы же сами говорили, что непохоже! Насколько помню, леди Арабел тоже так считает.

— Теперь правильно говорить «считала», — как-то невесело усмехнулся он. — Леди Арабел изменила свое мнение и называет все эти видения и сны доказательствами вашего родства с Пророком. К сожалению, это не защищает вас от брака. Не отменяет помолвку. Не улучшает ваше положение ни на пушинку. Узнав о необычной наследственности, наши союзники лишь крепче вцепятся в вас.

— А… А Его Величество…

— Ему было бы, конечно, лестно иметь в своем распоряжении и Пророка, пусть ослабленного, но развивающегося, и опытную Видящую. Однако никакие желания правителя не избавят вас от кровной клятвы помолвки, — красивый голос лорда Адсида прозвучал мрачно, подчеркивая неоспоримость неприятной истины. — Вы ведь чувствуете ее зов, не так ли?

Я кивнула. Зов ощущался сильно. Настолько, что хотелось купить лошадь и собирать сумки.

— Поэтому пока будет лучше, если об особенностях вашего дара не узнают посторонние. Я уговорил леди Арабел сохранить наши догадки в секрете. Еще мне нужно поговорить с вашими родителями, — переплетя пальцы, подытожил он. — Есть вопросы о вашей семье, на которые они дадут более полные ответы, чем вы.

— А что вы хотите знать? — полюбопытствовала я, хотя догадывалась, что лорд Адсид не скажет.

Он тепло улыбнулся, отрицательно покачал головой.

— Я вам доверяю, госпожа Льяна, но некоторые вещи вы не можете помнить в виду вашего возраста.

Уточнить я не успела — лорд Адсид предложил заказать завтрак.

ГЛАВА 15

— Нам стоит вернуться к вопросу о деньгах, — обсудив со старшим слугой завтрак, опекун подошел к рабочему столу и выдвинул нижний ящик. — Высокомерие и заносчивость княжны Оторонской принесли больше добрых плодов, чем может показаться на первый взгляд.

Я нахмурилась, не вполне понимая, что он имеет в виду, а лорд Адсид тем временем достал из ящика увесистый с виду кошель.

— Не знаю, слышали ли вы, но в незапамятные времена, когда вам только предстояло ответить на вопросы по этикету, я наложил взыскание на некоторых девушек.

Ректор весело улыбнулся, а я вспомнила его слова в мою защиту. Он ведь знал правду о моей родословной и, видимо, уже тогда предполагал, что я, обладательница самого сильного дара, действительно могла бы выиграть. В таком свете фраза об оправе для драгоценных каменьев играла другими красками.

— Поскольку девушек, позволивших себе недопустимое поведение, было много, сумма вышла внушительная, — пояснил лорд Адсид. — Хватит и на то, чтобы обустроиться в столице, и на удобную одежду для путешествия.

Упоминание скорого отъезда в одно мгновение испортило мне настроение. Я отвела взгляд и невпопад призналась:

— Я часто вижу чешую на его лице.

Эти слова опекуна насторожили, но, как мне показалось, не слишком удивили.

— Думаю, это связано с тем, что вы видите в нем угрозу, — задумчиво заключил лорд Адсид. — Хотя, учитывая их успешное влияние на вас, вашу неестественную восторженность, столь трезвая оценка жениха неожиданна.

— Не могла не заметить, что вы стараетесь не упоминать его имя, — я исподлобья смотрела на усаживающегося напротив собеседника.

— Возможно, вам это не очевидно, но вы сами не произносите его, а обходитесь заменами имени.

По тому, как в усмешке приподнялся левый уголок его рта, стало ясно, что это наблюдение доставляло лорду Адсиду удовольствие. Отчего опекуна радовала такая мелочь, я не понимала, а потому смутилась.

— Мои родители, как вчера выяснилось, условились при мне его имя не называть.

— О, даже так? — в глубоком баритоне ещё явственней послышалась улыбка. — Никогда не сомневался в их догадливости.

— Жаль, мне ее не хватило…