Ольга Булгакова – Леди Некромант (страница 73)

Она нахмурилась.

— Джози, прости. Чутье велит молчать.

— Оно вас еще ни разу не подводило, — хмыкнула она. — Придется и в этот раз ему поверить.

Подруга подлила мне в бадью горячей воды и призналась:

— Мне страсть как интересно, чем же командир королеве досадил, раз она ему правду запретила рассказывать. Сколько времени прошло, а она ему все жизнь портит!

Я задумалась об этих словах, но и «чистый разум» не нашел этому приказу королевы приемлемое объяснение, кроме сознательного введения меня в заблуждение. Ее Величество хотела, чтобы я считала брак наказанием.

Пока я парилась, Джози рассказывала о Тэйке и Ердене. Девочка очень переживала из-за болезни отца, это чувствовалось, когда она заходила проведать больного. Так что слова Джози только подтверждали мои собственные наблюдения. Дети сегодня большую часть дня провели в одном помещении под присмотром подруги. Не поссорились, не подрались, но и почти не разговаривали. Джози заняла обоих счетом, дети решали задачи, а потом играли в шашки. Ердену еще нельзя было выходить на улицу, и Тэйка, как ни удивительно, тоже от прогулки отказалась.

— Она славная девочка, — в который раз заверила Джози. — Все образуется, она привыкнет.

Оставалось только надеяться, это произойдет до того, как дар проявится по-настоящему.

Эмоции вернулись, когда я уже была в постели, и главной задачей стало не промочить слезами подушку. Теперь я в красках представляла, каким ужасным был для мужа тот год, и понимала, что он до сих пор не справился с утратами, поэтому в его спальне так мрачно. Я и раньше знала, что Тэйка много значит для Эстаса, но до рассказа сержанта даже не догадывалась, насколько сильна эта связь. Они ведь спасли друг друга.

Еще одна мысль не давала мне покоя. Все не получалось отделаться от ощущения, что Ее Величество понимала, что совершила ошибку, зря наказала мужа, попавшего под горячую руку. Но «чистый разум» уже не действовал, и толком обдумать это предположение не получилось.

Я заснула в слезах, совершенно опустошенная и измотанная, но и во сне не было покоя — кошмары о Хомлене мелькали один за другим. Лишь под утро они сменились видением, в котором смутно знакомый и похожий на мужа Лойзар о чем-то разговаривал с моим отцом.

Глава 45

Утром муж решил, что уже достаточно здоров, чтобы вернуться к работе. Я придерживалась другого мнения и разрешила ему только пару часов позаниматься документами в постели и постоянно наведывалась с горячим чаем. Ерден и Тэйка под присмотром Джози учились в библиотеке. Я же посвятила себя тому, что откладывала с Нового года, — наносила руны постоянного круга призыва.

Кроваво-красные символы сияли в углу комнаты, придавая ей очень зловещий вид. Чтобы нарисовать круг, пришлось передвинуть комод и отогнуть ковер, зато теперь можно не выбегать каждый раз из крепости, чтобы поговорить с Артуром. Он был единственным призраком, которого мне хотелось бы видеть здесь. Мысль пригласить к себе в комнату Айна для более подробных расспросов мне претила. Сержанту нечего делать в Рысей лапе!

Мой милый очкарик соскучился по мне, как и я по нему. Он жаждал новостей и рассказывал о довольно оживленной переписке с Нинон. У сестры все было хорошо. Зимние каникулы она проводила в пансионе, но подруги приглашали ее в гости чуть ли не каждый вечер. И день Триединой, и Новый год сестра встречала не одна. Меня это очень радовало.

Артур горел желанием что-то делать и помогать, пару раз заглядывал в архив, но законник Ее Величества еще не вернул документы. К Новому году кабинет леди Льессир полностью отремонтировали, а уже на следующий день поверенная королевы снова заказывала шелковые обои с золотыми нитями. Артура очень веселило то, что он изобразил проникновение бродячих собак в кабинет. Оставил отпечатки лап, клочки шерсти и какую-то обглоданную кость. Подготовился основательно.

Я слушала хвастовство полупрозрачного хулигана со смешанными чувствами. С одной стороны, каждая его выходка приближала поверенную к мысли вызвать мэтра. Я, конечно, написала ему, но не могла предсказать, когда письмо дойдет по зимнему времени, а потому тревожилась об Артуре.

С другой стороны, мне очень нравилось представлять напуганную, растерянную леди Льессир в разгромленном кабинете.

Друг рассказывал, что в этот раз она чуть не плакала. Приятно, что призрачный рыцарь мстил за меня и мою попорченную кровь. По моему убеждению, поверенная заслужила наказание за то, что натравливала на меня мужа и даже додумалась представить меня убийцей!

От просьб не усердствовать с погромом Артур отмахнулся. Его куда больше заинтересовало задание. А их в этот раз было даже два. Требовалось не только заглянуть в королевскую сокровищницу и проверить записи в книгах дворянских родов, но и наведаться в банк.

Там в сейфе хранились бумаги на недвижимость и опекунство, а еще деловая переписка отца. В свое время я просто положила туда все, что было, а разобрала только бумаги о его долгах, потому что они требовали срочных действий. Сейчас чутье подсказывало мне, что среди прочего найдутся письма того самого Лойзара, облик которого принимала сущность и который был так похож на моего мужа, что сам наверняка был Фонсо. Возраст этого мужчины и видение о разговоре с моим отцом наводили на мысль, что я когда-то была знакома с отцом лорда Эстаса. Такую догадку стоило проверить, чем Артур обещал заняться уже сегодня.

Первая неделя нового года закончилась, вместе с ней прошел и запрет на книги и на вечернюю сказку. Тэйка все еще казалась подавленной и виноватой, но, чувствуя, что отец ею доволен, чаще улыбалась и воспрянула духом.

Эстас и в самом деле не находил поводов для жалоб. Тэйка искренне раскаивалась и понимала, что виновата в долгой папиной болезни. Это придавало заверениям, что подобная побегу выходка никогда не повторится, особенную сердечность и пылкость. И Эстас отметил, что леди Кэйтлин оказалась права. Дочери нужно было осознать всю серьезность последствий.

Вообще в эти дни Тэйка вела себя вполне прилично и, хоть еще сторонилась леди Кэйтлин, потихоньку начинала общаться с Ерденом. И ей, и мальчику это шло только на пользу. В целом обстановка в доме стала более мирной, спокойной. Полностью исчезли даже намеки на капризы. Эстас изначально не ждал, что дочь сразу откроется и раскрепостится, и изменения радовали.

Отец Беольд после службы долго разговаривал с Тэйкой о побеге, о ее страхах, об отношении к мачехе. После этого разговора дочь была тиха и задумчива, а через пару дней сама заговорила с леди Кэйтлин и попросила ее рассказать о магии вообще и о некромантии в частности.

Благодаря Триединую за то, что она подсказала годи правильные слова, Эстас с интересом слушал жену. Леди Кэйтлин объясняла охотно, доброжелательно, приводила примеры. Она не пугала, но подчеркивала важность серьезного отношения к магии, необходимость учиться и контролировать дар. Рассказ леди Кэйтлин пронизывала мысль, что волшебство — не игрушка, а дар дан не для забавы. За неверное использование силы придется расплачиваться. И накажут не только люди, но и Триединая.

Тэйка и Ерден внимали, другого слова не подобрать. Эстас наблюдал за дочерью и мальчиком и снова чувствовал себя в мираже будущего, к которому нужно стремиться. Семейная пара, дети, спокойный разговор в библиотеке. Будущее, напоминавшее о прошлом, когда он сам был ребенком, когда были живы родители и братья. Удивительно, но только в обществе леди Кэйтлин оживало непередаваемое и почти позабытое ощущение семейного уюта и душевности. На сердце становилось светлей, а огромная дыра в груди, которую не заполняла даже Тэйка, затягивалась.

Обязательную поездку в Хомлен Эстас из-за болезни и по просьбе леди Кэйтлин отложил на последний десятый день и совместил с путешествием в Астенс. Нужно было найти людей, которые передали бы письмо родным Ердена, и рассказать командующему о госте в крепости. До начальника слухи еще, к счастью, не дошли, поэтому его мнение о ситуации основывалось на словах командира Фонсо.

Ердена, учитывая необычные способности, решили оставить под присмотром леди Россэр, единственного на весь Хомлен и округу мага. Родственников мальчика, когда они объявятся, командующий войсками округа разрешил принять в крепости, но обязал на всякий случай связать магической клятвой. Чтобы каганатцам не пришло в голову описать устройство Рысьей лапы и подсобного хозяйства соотечественникам.

Беседа с командующим вообще прошла очень удачно. Начальник прочитал отчет, остался им доволен и не поскупился на похвалу. Будто в противовес вполне приятному общению с командующим, возникли сложности с поиском купцов, которые согласились бы взять письмо.

Знакомый офицер городской стражи сказал, что в ближайшее время на восток поедут двое итсенских купцов и трое каганатских. Судя по документам, все пятеро ехали не туда, куда нужно было Эстасу. А на почту Каганата рассчитывать не приходилось. Эта служба была у соседей плохо налажена, и почтальоны вполне могли доставить письмо только летом. Или даже летом следующего года.

Записав адреса, Эстас решил заглянуть к торговцам с утра. Время было уже позднее, а появление на пороге человека в военной форме не радует никого, что в свою очередь увеличивает риск отказа. Но дневное время, молитвы Триединой о помощи и вежливость тоже не помогли — все пятеро отказались взять конверт.