Ольга Берг – Сделай шаг (страница 48)
– Теперь понял? – сарказм сквозил в голосе Макса, губы растянулись в ехидной ухмылке. Тупица Бэнк. Оттолкнулся от спинки дивана, наклонился к мужчине. Прямо в лицо. – Ей нужны твои деньги, а трахаться она хотела со мной. Ты вроде ещё не стар. У тебя проблемы с членом? – запрокинул голову, дикий смех заполнил гостиную. Дэвис развеселился не на шутку. Больно смешно выглядел мистер Уилл Бэнк в мелкой разборке из-за какой-то шлюхи, которую подцепил в затрапезном городишке Техаса.
Лицо гостя налилось алым цветом. Глаза метали молнии. Того и гляди поразит одна из них. А хозяин дома не унимался. Откровенно потешался над одним из самых богатых и влиятельных людей Лас Вегаса.
– Дик, – рыкнул Бэнк, – объясни этому ублюдку, какие у него теперь будут проблемы, – злость исказила лицо гостя.
Двое накаченных молодых парней подняли мужчину с дивана и, словно на боксерской груше, стали отрабатывать удары. Макс не сопротивлялся, не видел смысла. Он мечтал, чтобы это всё поскорее закончилось, и тогда боль вырвет из противной ему реальности. Но боли не было. Не было ничего. Только кулаки громил мутузившее бесчувственное тело.
Дэвис словно тряпичная кукла лежал на полу собственной гостиной. Теплая жидкость стекала по лицу, застилая глаза.
Женский голос звал его по имени. С трудом приоткрыл опухшие веки.
Отодвигая рукой тонкую ткань, к нему шла девушка. Длинные волосы каскадом темного водопада стекали по плечам. Красивая, теплая улыбка на четко прорисованных губах. Подошла ближе наклонилась. Волосы скользнули вниз, мягко коснулись лица. Макс протянул руку, провел пальчиком по линии скул, округлого подбородка, остановился у уголка губ.
– Лили, ты пришла ко мне, ты простила меня, – шептал окровавленными губами. Шоколадные глаза смотрели нежно, с любовью.
Глава 25
Тело невесомо парило в шоколадном пространстве. Оно укачивало, погружая в сон, где к нему приходила девушка. Нежно гладила по лицу, мягко шептала на ушко его имя, обжигая горячим дыханием щеки.
Блаженство заполняло каждую клеточку. Она здесь рядом. Протянуть руку. Прикоснуться.
Она наклоняется. Ниже. Ближе. Поцелуй. Он ждет поцелуя. Её сладкие губы в одном мгновении.
И вдруг...
Темнота густая, тягучая. Давит на грудь. Сжимает легкие. Не дает вздохнуть. Он задыхается. Открывает рот. Вздох. Темнота проникает в горло, в глаза, в уши, черными щупальцами всасывается в руки, ноги. Он не может пошевелиться. Он не может дышать. Его больше нет. Теперь он сам темнота.
Боли нет. Ничего. Нет ничего.
Нет. Нет. Нет.
Он не хочет.
Он хочет чувствовать. Он хочет свет. Он сопротивляется. Темнота тащит вниз в бездонную черную пустоту.
Нееееет!!!! Безмолвный крик...
Макс резко открыл глаза. Яркий белый свет ослепил. Больно резанул по радужке. Зажмурился. Свет проникал свозь тонкую кожу век. Темноты нет. Медленно приоткрыл глаза. Осматривался из-под опущенных ресниц, привыкая к свету.
Яркому. Теплому.
Взгляд уперся в белый потолок. Медленно скользнул дальше. Сероватые стены. Где он? Приподнял голову. Кровать. С одной стороны медицинское оборудование моргает огоньками. С другой рядом капельница. Тонкие трубочки тянутся к нему. К его руке. Опустил глаза. Из вены торчит игла.
О, черт! Он в больнице.
Тяжелая голова рухнула на подушку. Тихий стон вырвался из груди.
Блять? Как он оказался здесь?
В поисках ответов, медленно повернул тяжелую голову. Туда откуда лился свет.
Окно. Большое огромное. Сквозь стекло яркое солнце. На фоне света силуэт. Девушка. Стоит к нему спиной. Лучи слепят.
Он не может рассмотреть цвет её волос собранных в высокий хвост. Надо позвать. Окликнуть. Разлепил пересохшие губы. Язык отказался подчиняться. Распух. Занял все пространство во рту. Кто она? Подняться, подойти к ней заглянуть в глаза.
Сжал пальцами матрас. Противный писк. Над самым ухом. Девушка оглянулась.
– Привет, – быстро подошла к нему, взяла за руку, на лице напряжение.
Он узнал голос. Родные знакомые интонации. Но их ли он надеялся услышать? Отогнал от себя эгоистичную мысль. Не быть сволочью на больничной койке.
– Как же ты нас напугал, – без укора, а с беспокойством. Нежно коснулась лица, смахнула прилипшую прядь волос. Забота. Он чувствовал её. Приятно.
Макс попытался воспроизвести что-то похожее на улыбку. Сухие оковы сковали рот, причинили боль.
– Ой, прости, – волнение отразилось на лице посетительницы, – ты, наверное, хочешь пить.
Чуть заметно кивнул головой. На большее не было сил. Девушка потянулась к тумбочке, что-то взяла в руки. Прохладный носик специальной кружки коснулся губ. Спасительная влага заполнила пересохшее пространство рта.
Дэвис жадно глотал воду. Давно не пил ничего вкуснее. Жидкость заполнила каждую пересохшую клеточку. Принесла облегчение.
– Привет, Ребекка, – прохрипели связки после долгого молчания. Вытащил руку из её пальчиков и накрыл её ладошку. Благодарил.
– Как ты себя чувствуешь? – смутилась, и так было видно его состояние. Как бы извиняясь за неуместный вопрос, провела пальцами по его лбу. – Мы так переживали за тебя.
Ободряюще улыбнулся. Но почему она говорит во множественном числе. Заволновался. Кто ещё здесь? Она? Метнул взгляд по палате. Разочарованно поджал губы, но тут же вернул улыбку на лицо.
В углу напротив его кровати стоял мягкий диванчик, на нем откинув голову на спинку, спал блондин, а на его коленях положив две ладошки под щёку, сопела темноволосая девушка. Брюс Батлер и Вивиан Льюис. Ребекка проследила за взглядом Дэвиса.
– Мы дежурили возле тебя по очереди весь день и ночь, – удивленный неон таращился на блондинку.
– Сколько я здесь? – размытые картинки кружили в памяти.
– Со вчерашнего дня. Как и предполагали врачи, что ты очнешься через сутки, – облегченный вздох. – Надо сообщить доктору, что ты проснулся, – потянула руку к стене у него над головой. По всей вероятности там располагалось устройство вызова медперсонала.
Дэвис не возражал. Он и сам хотел бы выяснить, как долго ему валяться на больничной койке. Но больше всего Макса интересовало то, что произошло до того как он очнулся в этих белых стенах, и правда ли то, что подсовывает ему его память.
– Как я здесь оказался? – взгляд напряженный.
– Ты не явился на репетицию. Не отвечал на звонки. Крис не стал с нами разговаривать. Бросил трубку, предварительно отправил меня в эротическое путешествие.
При упоминание бывшего друга пальцы произвольно сжались в кулаки. Ребекка заметила, но не стала выяснять причину. Они ещё успеют поговорить о директоре по кастингу.
– Козел. Он никогда мне не нравился. Придурок, – злобные нотки в голосе Бекки вызвали одобрительную ухмылку на лице. – Мы поговорим об этом позже.
Соглашаясь, прикрыл веки. Ребекка не отстанет, пока не выяснит все, что произошло с её нерадивым подопечным. А он впервые не собирался ничего скрывать. Ему необходимо выговориться поделиться с кем-то тем, что в сердце, в голове, в мыслях, в душе.
– Когда я приехала к тебе, дверь твоего дома была открыта, – продолжила рассказ девушка. Макс напрягся. – Я вошла и обнаружила тебя в гостиной избитого, с кровавыми подтеками на лице и без сознания.
– Ты была в доме одна? – с надеждой ждал ответа.
– Да… – насторожилась Ребекка. – Не пугай меня Дэвис, – голос дрогнул. – Кто был ещё в доме? – взволнованно передернула плечами.
– Девушка. Ты не встретила там девушку? – недоверие в глазах.
– Нет, Макс, – расстроенно поджала губы. – Ты шептал что-то, когда я нашла тебя, но я не поняла. Прости.
Разочарование тяжелым вздохом вырвалось из груди. Воображение зло пошутило над ним. Уголки губ печально опустились в низ.
Девушка стоящая рядом осторожно дернула за руку. Вопросительно сдвинула брови. Почему её слова так расстроили приятеля.
Говорить о Лили он не готов. Не хотел. Да и не о чем. Он все испортил. Память услужливо вернула неприятные воспоминания. Никто не виноват. Только он. Он.
– Тебе не за что извиняться, Бекка.
– Я нашла в доме фотографии, – блондинка внимательно смотрела в голубые глаза. Если в них отразится недовольство, то она сейчас же прекратит расспросы о причинах, по которым он оказался в больнице. Но предупредит, что ему рано или поздно придется рассказать правду.
Макс знал этот взгляд Ребекки. Выдохнул. Предстоят объяснения.
– Мистеру Бэнку не понравился мой отказ от предложения, – девушка дернула бровью. Ответ не принят. – Он приехал выразить недовольство неудачной фотосессией с его подстилкой, – удовлетворённый кивок менеджера, и взгляд предлагающий продолжить объяснения. Другого выхода нет. – Его друзьям тоже не понравились снимки, – неудачно пошутил Дэвис. Шутка не нашла поддержки. Ребекка хмурила брови. – Да ладно тебе, Бекка, – приподнял голову, но она тут же упала на подушку, – я вполне нормально себя чувствую, – неодобрительно вздохнула, – скоро буду, – согласно моргнула. – Теперь скажи мне, что здесь делают Брюс и Вивиан? – скосил взгляд на парочку.
Проигнорировала вопрос.
– Макс, надо сообщить…
– Никому не надо сообщать, – резко перебил, – никакой полиции, – громко напрягая связки. Закашлялся.
– Дэвис, – настаивала блондинка. Негодование в глазах.