Ольга Белозубова – Самый (худший) лучший муж (страница 57)

Шатенка надувает губы, но быстро меняет гнев на милость.

— У, какой суровый. И сильный.

Я с недоумением смотрю, как она ведет указательным пальцем от моего плеча вниз и многозначительно выдает:

— Люблю силу. — И кладет этот палец на свою нижнюю губу, приоткрывая рот и поигрывая плечами.

«Ну ты еще раздеваться тут начни...»

— Иди потанцуй! — раздраженно приказываю я.

Друг отрывается от своей рыжей и недоуменно пялится на меня.

— Иди, — кивает он ей, и девицы выпархивают наружу.

— Что на тебя нашло? — интересуется он, как только дверь закрывается.

— Ничего. Я не виноват, что ты выбрал каких-то... не пойми кого. Одна тупая, как пробка, вторая та еще шалава, третья нажралась как свинья с одного бокала, четвертая... ну ладно, промолчу. Это у тебя что-то со вкусом случилось.

— Угу, понятно, — хмурится друг, опрокидывает в себя очередную порцию виски и интересуется: — Говоришь, у тебя с твоей совсем все?

— Совсем все, — киваю я.

— И на развод подал?

— Не успел еще, дел много, замотался вконец.

Макс умолкает и качает головой.

— М-да-а-а, друг...

— Что такое?

— Да так, не бери в голову. — Он шутливо салютует мне бокалом. — В следующий раз постараюсь оправдать твои ожидания.

Э нет. В следующий раз выбирать буду я сам, чтоб наверняка.

Хотя зачем мне ждать следующего раза? Стоит только выйти из кабинки, как я окажусь в цветнике — здесь точно найдется из кого выбрать.

— Я на охоту, — коротко бросаю другу и двигаюсь к выходу.

— Ну давай, — ухмыляется Макс и салютует мне бокалом.

Я двигаюсь к барной стойке сквозь разношерстную толпу, и вскоре лениво скольжу взглядом по танцующим девушкам.

Останавливаюсь на одной. М-м, какой великолепный образчик женской красоты: какая стройная талия и длинные ноги, жаль, она стоит ко мне спиной. Я отлипаю от барной стойки, намереваясь подойти к ней, и замираю на месте: образчик поворачивается ко мне, и волшебный образ меркнет. Так и хочется сказать: «Гюльчатай, закрой личико». Это ж надо иметь такую фигуру при таком лице.

Ищу дальше. О, вот вроде ничего так девушка — стройная блондинка, симпатичная. Снова ставлю свой бокал на барную стойку, однако к ней вдруг подходит мужчина, и эта парочка уплывает в закат. Ну что, логично, что она тут не одна.

Во мне просыпается спортивный азарт. Быть не может, чтобы я сегодня ушел отсюда ни с чем, тут ведь не меньше сотни девушек.

Даю себе полчаса на успешные поиски и продолжаю сканировать помещение взглядом. Как назло, диджей включает следующий трек, и танцпол погружается практически во мрак, освещаемый лишь вспышками стробоскопов*.

Мне нравится эта будто замедленная съемка и спецэффект рваных движений танцующих, но только не когда нужно выбрать жерт... девушку.

Как тут сосредоточиться, когда толком ничего не различить?

Я поджимаю губы и смотрю в центр танцпола, пытаясь выхватить хоть что-то, и тут замечаю ту, которой здесь быть никак не должно.

Пару секунд лишь пялюсь на нее. Не может быть.

Те самые афроамериканские кудри, такие разве забудешь! Я не мог обознаться, да и телосложение то же. Ниже плеч ничего не вижу, но помнится, у Элины в нашу первую встречу была ровно такая же идиотская прическа.

Как назло, она ну никак не хочет повернуться ко мне лицом, знай наяривает, танцуя ко мне спиной. Вспышки мешают рассмотреть точнее, но что тут рассматривать — понятно и так, как моя женушка «страдает» в одиночестве!

Это она, видно, специально такую прическу делает, чтобы ходить по клубам неузнанной. Но меня не обмануть.

Чувствую, как изнутри поднимается злость, и с силой сжимаю стакан.

Будто мало этого, к ней со спины подходит какой-то высокий мужик, прилипает к ней, и они двигаются в такт. Она поднимает руки вверх и двигает ими в такт музыке, а его ладони скользят от ее запястий и ниже, ниже, еще ниже...

Мне толком ничего не видно, но тут и гадать нечего, где сейчас блуждают его руки. По телу моей жены. Ну давай, мужик, ты еще прямо на танцполе ей платье задери и того-с.

Скрежещу зубами, уже не сдерживаясь. Так вот чего она кольцо отдала, вот почему не вернулась! У нее, похоже, таких дураков, как я, воз и маленькая тележка. Недолго горевала. А рисовала себя таким одуванчиком... Тьфу.

Серьезных отношений она ждет и хочет, видите ли. Настоящих. Наглая лгунья! Вижу я, что ей нужно на самом деле.

Больше не медлю, ставлю стакан на стойку так, что часть жидкости выплескивается, и размашистым шагом двигаюсь к танцующей парочке. Значит, такой серьезности ей надо?

Пропихиваюсь к Элине сквозь танцующую толпу, вскоре оказываюсь рядом и отрываю ее от этого недосамца. Рычу не своим голосом:

— Ты совсем охренела?

И резко отпускаю руку, как только понимаю, что обознался. На меня ошарашенно смотрит совершенно не знакомая мне девушка.

Да, прическа один в один, но теперь я понимаю, что она выше, да и талия не такая тонкая, как у Элины.

— Мужик, я не понял, тебе проблемы нужны, что ли? — грозно хмурится кавалер девушки.

Я поднимаю ладони в примирительном жесте:

— Прошу прощения, обознался.

Разворачиваюсь и двигаюсь к выходу из клуба — хватит с меня на сегодня приключений.

Глава 33

Марк

Оказывается, существует очень простой способ избавиться от мыслей о человеке — им я и пользуюсь.

Уже неделю живу в таком режиме и вполне себе доволен.

С утра пораньше еду на работу, там загружаю себя делами по полной программе, а вечером тренируюсь до полной потери сил с таким азартом, что даже мой тренер удивленно разводит руками и спрашивает, какая муха меня укусила.

Зато по возвращении домой меня хватает только на то, чтобы принять душ, и обессиленно рухнув на кровать, забыться сном.

И почему я не догадался сделать так раньше?

Работает ведь, я больше не думаю об Элине. Почти. Уверен, еще каких-нибудь две-три недели, и мысли о ней окончательно исчезнут.

Я паркую машину на стоянке у работы, выхожу на улицу и ощущаю вибрацию мобильного в кармане.

Достаю телефон — мама.

— Здравствуй, сын, как твои дела?

— Ты только за этим звонишь в такую рань? Нормально у меня дела. Лучше всех.

— Я рада. Звоню, чтобы пригласить в гости завтра вечером. Заметь, приглашаю заранее. Приезжай к восьми. — Она с досадой вздыхает и нехотя добавляет: — С Элиной.

Столько времени прошло, а мать до сих пор упрямо отказывается называть Элину моей женой.

Я тяну с ответом несколько секунд — она еще не в курсе, что мы поссо... расстались. Однако какой смысл скрывать, все равно узнает рано или поздно.

— Я приеду один, мы с Элиной поссорились.

— Вот как? Кхм... Что ж, ладно, один так один. Не забудь, в восемь.