Ольга Белозубова – Капкан для (не) Весты (страница 43)

М-да... сыграли, что называется. И всё же душа неустанно тянулась к мужу, тело жаждало тепла, а сердце — любви.

«Нет! — сама себе возразила Веста. — Надо привыкать к жизни без него...»

Мысли прервал телефонный звонок.

«Иван Альбертович».

Он звонил ей чуть ли не каждую неделю и каждый раз радовался хорошим новостям — не в пример отцу. Тот ведь всего единожды позвонил за всё время, и то, чтобы сообщить об отлете сестер обратно в Англию, но это она и без него знала.

— Да, Иван Альбертович! — как можно бодрее отозвалась Веста.

— Здравствуй, деточка, здравствуй. Ну как ты сегодня? Как дела твои? Как Максим?

Неожиданно даже для самой себя Веста всхлипнула.

Иван Альбертович тут же переполошился.

— Веста, что случилось? — испуганно вопросил он.

— Я... он... мы...  — сквозь всхлипывания пробормотала она.

— Ты где? Где Максим?

— Я дома, у себя... Я ушла от Максима, — огорошила Жигунова-старшего Веста.

— Жди, скоро буду!

Вскоре раздался звонок в дверь. Веста открыла и увидела обеспокоенное лицо несостоявшегося свекра.

Тот зашел внутрь, не стал рассусоливать, сразу просил:

— Что такое? Вы поссорились?

Веста шмыгнула носом, открыла рот, но вместо ответа горько расплакалась.

Ничего не понимавший Иван Альбертович обнял ее, начал гладить по волосам.

— Тшш, тише, тише, девочка моя, я тут, я с тобой... Всё будет хорошо, тшш, всё будет хорошо...

Когда Веста затихла и немного успокоилась, они прошли в кухню и сели за стол.

Жигунов-старший печально вздохнул.

— Рассказывай, дочка, что случилось у вас.

После длинной тирады Весты он почесал затылок и протянул:

— Ну дела... А Максим о ребенке знает? — уточнил он.

— Нет! — взвилась Веста, даже со стула вскочила. — Он четко дал понять, что дети ему не нужны.

— Да не суетись ты, я ж просто уточняю. Лезть не стану, это ваши с мужем дела, разбирайтесь сами, но помочь помогу, — хмуро отмахнулся Иван Альбертович и задумался.

Потер подбородок, прокашлялся и твердо заявил:

— В общем, так. Ребенка поднимем, это не проблема. Моя всесторонняя помощь и поддержка у тебя есть. Я только рад буду с дитем понянчиться. Что с работой думаешь? Я могу тебе предложить место в своей компании, но после рождения ребенка.

— А пока мне что, дома взаперти сидеть? Я беременна, но не больна! — обиженно буркнула Веста.

— Зачем дома? — помялся, но в итоге ответил Жигунов-старший. — Знаешь что? А не переехать ли тебе пока ко мне?

Веста округлила глаза.

— Да я про городской особняк, ты не думай!

Иван Альбертович замахал руками.

— Уж конечно не стал бы селить тебя в один дом с Прохором, ты чего? Я стар, конечно, но с мозгами всё в порядке. У меня открытие филиалов намечается, нужно будет организовывать приемы. Так вот я как раз собирался искать нужных людей. На ловца и зверь бежит, да? — улыбнулся он. — Вот и поможешь. Уж кто-кто, а ты в этом точно собаку съела, да и компанию старику составишь. К тому же под присмотром будешь.

Веста поморщилась.

— Ну что ты куксишься, как маленькая, а? Тебе теперь не только о себе думать надо. А ну как плохо станет или еще чего, а тут люди рядом, подсобят. И я на что-нибудь сгожусь.

«Он прав, я как-то об этом не подумала...» — осенило Весту.

И она кивнула.

— Можешь хоть завтра ко мне перебираться, комнат много, выберешь любую. Только ты у Максима в сотрудниках числишься ведь? Уволиться надо.

— О, это я быстро! Думаю, он без отработки меня отпустит, — фыркнула Веста.

И не угадала.

Глава 61

На следующий день она заявилась в офис, полная уверенности, что заявление мигом подпишут и помашут на прощание ручкой.

Каково же было ее удивление, когда прямой руководитель, Нестеров Денис Петрович, с которым они, кстати, быстро сработались, покачал головой и заявил:

— Веста, даже если бы я хотел отпустить тебя сразу, то не смог бы. Приказ сама понимаешь кого. — И указал пальцем вверх.

Веста поняла.

«Придется отрабатывать».

Она вздохнула в недоумении.

«Зачем это ему? Меня помучить решил? Отомстить так за то, что ушла?»

Хоть хрустальный шар доставай, иначе как понять помыслы мужа?

Муж... Да, недолго ему осталось быть таковым. Развести их должны быстро, вряд ли возникнут проблемы. Вот отработает Веста, а потом с ним в загс и сходит.

Сразу с этим вопросом подойти попросту не решилась, вдруг начал бы нервы трепать, доставать. А ей нервничать нельзя...

«Две недели, всего две недели, и всё, — успокаивала она сама себя. — Вряд ли мы будет часто видеться».

Ошиблась и тут.

***

«Да что ж такое-то! — закатила глаза Веста. — Смотрите-ка, зачастил, когда б такое было?»

Первая неделя отработки заканчивалась, а Максим словно прописался в их кабинете. То и дело заглядывал к Нестерову, и каждый раз поедал взглядом Весту.

А та кипятилась и пыхтела про себя: «Ну чего тебе надо? Хочешь что-то сказать — подойди да скажи!»

Сама, впрочем, тоже не подходила. Пару раз и вовсе пришлось срочно менять направление, когда замечала в другом конце коридора мужа.

Ну что она ему скажет? О чем им беседовать? Если Максим не передумает, то говорить решительно не о чем.

Идею все-таки сообщить о ребенке она отвергла сразу. Принуждение еще никогда никому не приносило счастья. Да и Максим достаточно четко выражался, она не дура, поняла с первого раза. Точнее, с двух, если считать тот разговор, когда она подняла эту тему.

Меньше всего на свете ей хотелось, чтобы муж согласился жить с ней из жалости и смотрел на их ребенка как на нечто мешающее жить — так, как смотрел на нее отец. Не такой судьбы она желала маленькому человечку, что с каждым днем рос внутри нее.

Нет уж, унижаться и просить принять ребенка не станет. Не заслужила ее малышка такой участи. Она заслужила безусловную любовь и счастливую семью, даже если та будет состоять из них двоих.

К концу недели Веста взвыла.