Ольга Белозубова – Капкан для (не) Весты (страница 3)

Вместо этого взял вправо, а вскоре припарковался.

Решил так: если Веста нуждалась в помощи, то это был очень странный способ о ней попросить. Наверное, она привыкла, что ей всё доставалось на блюдечке с голубой каемочкой, судя по одежде, но с Максом такой номер не пройдет.

— Выходите. — И кивнул на дверь.

Глава 3

Веста в отчаянии наматывала круги по своей небольшой двухкомнатной квартире.

Представить только — сообщить куче гостей о том, что свадьбы не будет!

Такая подготовка: заказанный ресторан, музыка, цветы, развлечения, еда и прочее и прочее — и всё коту под хвост.

Ну как в глаза смотреть людям и что говорить? В том, что будут шушукаться за спиной, Веста не сомневалась. И никак не могла решить, что хуже: жалость окружающих или их же осуждение — билась-билась за жениха, да так и не добилась. Видать, с изъяном невеста-то...

Каждый раз, когда представляла толпу, которая тыкала в нее пальцами, ей хотелось забиться в уголок и закрыть голову руками. Или подняться и бежать. Бежать куда глаза глядят, лишь бы не чувствовать затылком всех этих взглядов.

А ведь сообщить всем об отмене свадьбы придется! Прожить всю жизнь с человеком, который ни в грош тебя не ставит, она не собиралась. Да, сердце кровоточило, сжималось до боли в ребрах, иногда грозило разлететься на осколки, но это всё ничего... Переплачет, перестрадает, переживет.

Ведь переживет?

Где-то Веста читала, что на это нужна половина времени, которое люди провели вместе. Только вот как считать — с момента, когда Прохор сделал предложение? Или с того дня, когда влюбилась в красивого мальчишку? Веста вздрогнула и передернула плечами — это ж сколько ей тогда страдать? Более пяти лет? Ну нет!

Прохор этого точно не заслужил. Она справится. Со всем справится.

Вон, сегодня уже начала. Пережила то, что ее высадил из машины таксист, точнее не таксист, и как на нее смотрели окружающие. Веста вспоминала эту ужасную сцену, и вина вместе со стыдом вгрызались в нее с удвоенной силой. Это ж надо было наговорить незнакомому человеку всё то, что она наговорила! Впрочем, он тоже хорош. Но не завез никуда, на центральной улице высадил, и на том спасибо.

Она села на пол в зале, на большой мягкий ковер, и снова расплакалась. Мозг услужливо подсовывал то счастливые сцены с Прохором, то те, где были намеки на притворство жениха, то сцену телефонного разговора.

А самое ужасное — что приходилось это всё носить в себе. Танька, лучшая подруга, попала в больницу. Ей недавно сделали операцию, поэтому тревожить ее Веста не решилась.

Лаура не брала трубку — отдыхала на очередном курорте. Список близких подруг на этом подошел к концу.

Конечно, был еще отец. К нему-то Веста и собиралась наведаться. Он точно подскажет, что делать, утешит. Эта мысль и грела несчастную невесту.

Она вздохнула: телефон разрывался. Гадать, кто звонил, было не нужно. Прохор собственной персоной. Но ответить не могла. Во-первых, не знала что сказать, а во-вторых, боялась, что разревется и станет в его глазах еще более жалкой.

Раздался звонок в дверь. Веста встрепенулась — она никого не ждала, но встала и поплелась к двери. Заглянула в глазок и охнула. Тут же отпрянула, прикрыв рот ладонью.

— Сладенькая, открой дверь, я знаю, что ты там!

Прохор. Да еще и сердитый, похоже. Брови сдвинуты, губы поджаты.

Веста недоумевала: предатель же он. Отчего тогда злится?

Она протянула руку к дверному замку, да так и застыла. Сердечко хотело верить, ждало, что жених вот-вот скажет что-то, и все страхи и опасения развеются, словно дым от костра на ветру. Но разум твердил: дурочка, даже не вздумай слушать его, а если уж решишься, так хоть вилку захвати с кухни!

«Была не была, — решила Веста. — Поговорить с ним всё равно придется, так зачем откладывать».

И открыла дверь.

Глава 4

— Веста, ты куда исчезла?

Получив короткое доходчивое сообщение: «Катись к Анжеле», жених застыл на том месте, где его и застала злополучная эсэмэска. Сразу начал звонить, но трубку исчезнувшая невеста ожидаемо не брала. Пришлось ехать к ней домой.

Он был готов сидеть под железной дверью столько, сколько понадобится, но ждать даже не пришлось.

«Отличное начало. Дело в шляпе», — решил про себя Прохор и мысленно потер руки.

— Ты себе представить не можешь, как сильно я переживал!

С этими словами жених и шагнул внутрь. Протянул свои лапищи к невесте в коротком шелковом халатике, да только та отпрянула так резво, будто он нож в нее пытался всадить.

— Я звонил тебе миллион раз, почему не отвечала? — Он осуждающе покачал головой.

— Что тебе надо? Говори и уходи! — прохрипела Веста.

Видимо, голос от переживаний осип. Или слёз — вон как глаза опухли.

— Давай пройдем на кухню? — склонил голову на бок и сложил руки в молельном жесте Прохор. — Я всё объясню!

Веста нахмурилась, потом обняла себя руками и окинула жениха взглядом сверху донизу. Помолчала, а потом тихонько сказала:

— Пошли.

Усадила Прохора за стол, а сама будто специально села так далеко, чтобы не мог даже дотронуться. Он усмехнулся про себя — знал, как на нее действовали его прикосновения. Наверное, и слова бы не понадобились, затащи он ее в койку.

Однако приглашение прогуляться до большой двуспальной кровати Веста точно не оценила бы. Пришлось пользоваться словами.

— Ты словно испарилась, я даже сказать ничего не успел, — начал он, но его обычно кроткая невеста взбеленилась.

— В смысле сказать?! А что еще можно добавить к тому, что я услышала?!

Прохор закатил глаза.

— Девочка моя, а тебе не пришло в голову, что это всего лишь розыгрыш?

Глаза Весты округлились, она даже рот приоткрыла. Жених тут же воспользовался ее растерянностью, развел руками и заговорил сбивчиво:

— Это всё Ванька предложил, будь он неладен. Я перед свадьбой, — опустил голову Прохор и втянул носом воздух, — засомневался, подумал, что ты со мной только ради статуса... Помнишь, ты не так давно неделю подряд отказывалась со мной встречаться?

Веста кивнула — помнила.

Жених тогда как раз ехал к ней с работы, как вдруг она позвонила и сообщила об аллергии на новый крем. Прохор ничего не понял, но Веста начала рассказывать ему о красных пятнах по всему лицу, опухших глазах... Она не хотела, чтобы любимый лицезрел ее такой «красивой», и сама-то, мол, себя в зеркале пугалась.

— Так вот, я сделал вид, что поверил, развернулся и покатил домой. А сам так испугался, что ты передумала! И замуж если и пойдешь, то только ради денег и связей. В общем, Ванька придумал этот план. Он ждал, когда ты пройдешь мимо моей комнаты, а мне оставалось только твое имя упомянуть и разыграть спектакль.

Веста прищурилась.

— Он же и наблюдал за твоей реакцией. По ней и собирались оценить, как ты ко мне относишься. — Прохор развел руками. — Знаю, идиот. Прости, что сомневался. Мне...

Он громко сглотнул и уставился на Весту своими синими глазами. Честными-пречестными.

— Мне правда стыдно. Даже не знаю, что сказать в свое оправдание. Ты — моя вселенная, моя драгоценная девочка... Надо было просто с тобой поговорить, но я боялся тебя потерять... Так боялся, что действительно чуть не потерял. Скажи, что не потерял?

И Прохор улыбнулся одной из своих самых сладких улыбок, от которых на его щеках появлялись ямочки. Их Веста просто обожала.

— Теперь я знаю, что любишь меня. Но не успел ничего сделать, ты вскочила и унеслась, даром что на каблуках. Ванька ко мне сразу ломанулся, только пока я выбежал на улицу, тебя и след простыл. А потом ты трубку не брала.

Прохор махнул рукой и вздохнул.

Веста нахмурилась, скрестила на груди руки.

— Телефон проверить дашь?

— Конечно! — воодушевился Прохор.

И правда, чего б не дать, если всё ненужное уже почистил.

Веста взяла протянутый ей телефон, покрутила в руках, а потом встала и направилась к двери на лоджию.

— Прохор... — прищурилась она. — Я, может, и наивна, но не дура.

Она открыла дверь и метнулась к окну. Прохор только и успел, что вскочить с места и увидеть, как его телефон совершил незабываемый кульбит и исчез.

— Уходи! — воскликнула Веста в запале и даже покраснела.