Ольга Белозубова – Капкан для (не) Весты (страница 11)

— А-а-а, — протянул вдруг Макс, — тогда понятно, почему такая каша в голове.

Веста как раз подносила ложку с овсянкой ко рту, да так и замерла.

Интуиция не подвела: скучать он ей точно не даст.

«Когда там у него отпуск заканчивается? Скорее бы!»

Глава 15

— Что значит «след оборвался»? Что значит «делаем всё возможное»? — Снежный Роман Викторович побагровел от злости и орал так, что проходившие мимо его кабинета сотрудники резко ускорялись.

Кабинет босса был огорожен стеклянными стенами. Таким образом директор пытался показать, что ему нечего скрывать от сотрудников. Но в данном случае те предпочли бы обычные стены и обычные же двери.

Попасть под горячую руку не хотелось, поэтому, попросту говоря, они и уносили ноги подальше от кабинета.

Кто или что вызвало его гнев на этот раз, они вряд ли знали, да и ни к чему такое знание. Главное было понятно и так: босс не в настроении, и лучше не попадаться ему на глаза, пока неистовая буря не минует.

Только вот буря не только не миновала, но и грозила достичь вселенских масштабов.

Начальник службы безопасности, Грядкин Николай, и двое его людей стояли напротив рабочего стола Снежного и принимали гнев босса на себя. Грядкин обводил взглядом кабинет и молчал.

Роман Викторович вскочил с черного кожаного кресла и с силой треснул кулаком по столу.

— Я вас спрашиваю! Николай Иванович, не вы ли мне обещали, что девочка тут же сломается, оказавшись в чужой стране без денег? Что сразу попросит забрать ее оттуда и согласится на что угодно? — прогремел он.

— Роман Викторович, ей явно кто-то помог, и это лишь вопрос времени — выяснить кто. Дайте нам несколько дней, всё сделаем, отчет предоставим, дочь вернем, — отчеканил ровным тоном Грядкин.

— Вы мне в прошлый раз сказали, что это плевое дело! — никак не мог успокоиться Снежный. — И что? До свадьбы, которую и так перенесли, всё меньше времени, а невесты нет! Или вас в платье нарядить и под венец отправить?!

На лице Грядкина дрогнули желваки, но он тем же спокойным тоном ответил:

— До свадьбы вернется. Мы уже вышли на ее знакомую, Ингу Ковачевич. Именно у ее бывшей квартиры след Весты и оборвался. Но она непременно свяжется с подругой в скором времени. Выследим, Роман Викторович, не извольте беспокоиться.

Снежный недоверчиво покосился на Грядкина, снова сел в кресло и буркнул недовольно:

— Головой мне отвечаете! Если с ней что-нибудь случится... — Он не договорил.

— Наши люди уже прочесывают город, обходят хостелы и возможные места для ночлега, опрашивают людей. Найдем! — уверенно отрапортовал Грядкин.

Снежный помрачнел и нахмурился. Устало потер переносицу пальцами правой руки, потом ею же махнул сотрудникам:

— Идите, работайте.

Оставшись в кабинете один, он откинулся на спинку кресла и начал размышлять.

Да, Грядкин попытался убедить его в том, что с Вестой всё в порядке. Только это не успокаивало его ни на йоту.

Ему и в голову прийти не могло, что обычно послушная дочь взбрыкнет, и не просто взбрыкнет, а еще и улетит. И мало того, что улетит, так еще и без денег умудрится справиться. Конечно, это не может продолжаться сколь-нибудь долго, но и до свадьбы не так много времени.

«Вернется, — пытался сам себя убедить Снежный. — Ведь и Прохора любит. Успокоится и вернется. Что с этих женщин взять? Эмоции непостоянны, как погода».

Только червячок сомнений грыз его душу.

Свадьба должна состояться. Слишком многое зависело от этого. И сделка удачная, и важные люди приглашены.

Что скажет Жигунов, если свадьба сорвется, Роман Викторович даже думать не хотел. Такого позора партнер, пусть и давний, не простит — слишком ценит свою репутацию.

Прохор. А ведь он не позвонил будущему тестю, чтобы узнать, как Веста.

Даже не постарался вернуть невесту, сделать хоть что-то.

«Пора с ним поговорить».

Как ни странно, трубку будущий зять взял сразу. Бодро отозвался:

— Добрый день, Роман Викторович!

— Да какой же он добрый, Прохор? — Снежный даже слегка опешил: Жигунов-младший говорил таким тоном, будто всё в порядке и переживать решительно не о чем. — Ты с Вестой когда последний раз общался?

— Ну... — будто задумался Прохор, — в тот день, как поссорились.

— И тебе не интересно, где Веста и что с ней? — повысил голос будущий тесть.

— А чего мне переживать? Я и ей сказал, и вам скажу: приползет сама, — саркастично заметил Прохор.

Роман Викторович потерял дар речи, но лишь на секунду. А потом взорвался:

— Ах ты щенок! Да как ты смеешь так со мной разговаривать!

— Роман Викторович, вы не нервничайте так... В вашем возрасте это вредно, давление поднимется, все дела... Я в курсе, что свадьба не отцу нужна, а вам.

В трубке послышался смешок, а затем Прохор многозначительно добавил:

— Точнее, я знаю насколько, — сделал он ударение на последнем слове, — она вам нужна. А раз так, сами с дочерью и разбирайтесь. Мне это на хрен не упало.

И положил трубку.

— Гаденыш! Да как он смеет?! — взревел Снежный, размахнулся и швырнул телефон на стол. Тот проехал по полированной поверхности и остановился в миллиметре от края столя.

«Откуда Прохор знает и что именно?» — эти вопросы пришли позже, но прочно засели в голове Романа Викторовича.

Глава 16

Максим сидел за столиком во дворе у бассейна.

Он крутил в руке зеленое яблоко и через стеклянные двери наблюдал за тем, как Веста мыла полы в гостиной-столовой после завтрака.

«Кто же ты?» — донимал его один и тот же вопрос.

Богатая штучка, капризная и язвительная, у которой на уме только магазины, салоны и вечеринки? Или всё же нет?

Она орудовала шваброй как ни в чем не бывало. И не то чтобы Макс был экспертом в этом деле, но даже он заметил, что, во-первых, тряпку в руках Веста держала не в первый раз. Крепко, а не на вытянутой руке с отогнутыми пальчиками. А во-вторых, не видела в этом ничего зазорного: на лице ни тени брезгливости или отвращения, плечи расслаблены, движения уверенны и методичны.

Казалось, она... «Да ну, наверное, показалось...» — подумал он. Показалось, что она наслаждалась процессом.

Брови Макса поползли вверх. Это не девушка, а сплошной сюрприз! Ведь очевидно, что она с роскошью не на «вы».

В их первую встречу Веста показала и зубки, и командирский тон, но теперь в его присутствии смущалась, и Максим гадал: какая из них настоящая?

«Жених предал, отец лишил денег, она тут совсем одна с совершенно пустым кошельком, ты представляешь?» — вспоминал он слова сестры.

«Что именно с тобой случилось, Веста? О чем думал твой отец?»

Теперь разобраться хотелось не только с женихом, но и с отцом, который оставил ее одну, в чужой стране, без денег. Каким-то невероятным чудом она вышла на Катарину. А если бы нет? Где бы она была теперь?

Макс заскрипел зубами. Как отцу вообще пришло в голову отпустить ее и лишить средств к существованию? Впрочем, не отпусти он ее, они вряд ли встретились бы. Правда, Макс пока не решил, хорошо это или плохо.

Веста Снежная... Фамилию ему сообщила сестра: видела паспорт Весты. Неужели это та самая Снежная, дочь владельца автомобильной компании «Оникс»?

Он достал телефон и ввел ее имя в строку поиска. Поисковик тут же щедро поделился информацией. Заголовки один лучше другого: «Свадьба перенесена на две недели! Что это? Начало конца или новый старт?», «Дочь Снежного бросила жениха у алтаря?», «Снежная королева отказала жениху!», «Снежная невеста сбежала?», «Безутешный жених отказывается от комментариев...» и так далее.

При этом всё обставлено так, будто всему причиной именно невеста. Странно, Катарине Веста рассказала совсем другую версию.

Максим твердо решил: поручит своим людям разузнать всё, что можно, об этой девушке. И о ее женихе.

Он тут же написал и отправил письмо с пометкой «срочно» детективу, услугами которого неоднократно пользовался.

Судя по заголовкам статей, у него не так много времени до свадьбы, которую не отменили. А раз не отменили, значит, отец уверен: дочь вернется. То есть Веста попросту сбежала. Вопрос в том, знает ли владелец «Оникса» о том, где дочь? Это нужно выяснить. Максим не хотел, чтобы люди Снежного ворвались в дом к его сестре и перевернули тут всё вверх дном.