Ольга Аст – Кровь Первых (страница 34)

– Будь добр, оставь это уличным девицам, которые млеют от твоих мускулов, Кристиан. Со мной такое не сработает.

– За это я тебя и обожаю, колючка. – Настроение впервые за все время пребывания в Дартелии улучшилось, давая мне расслабиться на краткое мгновение.

– В следующий раз попрошу уточнить, какая именно колючка. У роз тоже есть шипы, как и у придорожных кникусов, но одни славятся своей красотой, а другие – полезными свойствами в лекарском деле. – Передо мной сидела прежняя Вив, которая могла часами говорить о травах.

Этой ночью мы вдвоем нашли узкую, не протоптанную дорожку. Но она вселяла в нас крохотную надежду на то, что нам удастся выбраться из непролазной чащи.

– Я попытаюсь узнать что-нибудь еще до нашего отъезда. – Она встала и отряхнула подол платья, приводя его в надлежащий вид.

– Лучше поспи, Вив, а то твои рубины налились кровью. – Я поставил пустую чашку на поднос и мягко улыбнулся, снова почувствовав аромат, исходящий от курильницы.

– В лорде Ланкайетте проснулся поэт.

– О, мне далеко до твоих одухотворенных книг.

За такое высказывание Вив всегда меня била либо увесистым томиком, либо своим острым локтем в бок.

– Мои глаза в порядке, Кристиан. – Она беззащитно обхватила себя за предплечья и тихо добавила: – Спасибо.

– За что? – такой реакции я не ожидал и растерялся, не зная, стоит ли подойти к ней, или сказать очередную глупость. Вив редко показывала свою уязвимую сторону, стараясь быть сильной и достойной короля.

– Только ты и Эмилий всегда сравнивали мои глаза с драгоценными камнями. Другие видели в них только кровь.

Никто из нас не знал, почему ее глаза отливали алым. Вив рассказывала, что они были такими с самого детства. Уже тогда люди сторонились маленькой девочки, считая это болезнью или отметкой темных сил. Я не верил ни в то ни в другое, а Эмилий в первый же вечер пребывания Вив в замке подарил ей из сокровищницы драгоценности с рубинами и приказал сшить платье винного цвета. Он подчеркнул то, что она прятала всю жизнь и чего стыдилась, превратив слабость в красоту и достоинство. Вив не понимала, почему ее внезапно окружили заботой, и чуть не плакала, а я тогда сказал гордо: «Это наше Солнце, привыкай, оно очень теплое, но никогда тебя не обожжет». Но сейчас вслух произнес первую нелепость, что пришла мне в голову:

– Слепые глупцы с конским навозом вместо мозгов. Что с них взять?

В зале, несмотря на раннее утро и распахнутые шторы, горели свечи. Дни быстро становились темными и дождливыми от тяжелых серых туч, поддерживать посмертные костры становилось сложнее. От безрадостных мыслей есть не хотелось, а от запаха блюд становилось только хуже, поэтому я пил медовую воду и страдал от ноющей головной боли.

– Стоит подготовится к вечеру. Мы отправимся в Хельгур с последними лучами солнца. Никто не должен видеть короля Эмилия в неподобающем виде.

Эйна недовольно поджала губы и отвернулась. Советник посмотрел на нее и обреченно вздохнул.

– У вас есть возражения, леди Эйнария? – Алеистер явно сдерживал рвущееся наружу недовольство.

– Да, вы слишком медлите. Скоро полная луна, а мы все еще в Дартелии. – Хельгурка привстала и уперла руки в стол. – И везти Древнего бога в цепях – непозволительно!

– Тебе напомнить, что твой Древний бог сжег часть Дартелии и убил кучу невинных людей? – не удержался я.

Мне надоело изо дня в день видеть одни и те же лица нового Совета в той же самой зале и слушать бесконечные бестолковые споры. Если бы не Нэим в подвале, то я бы давно выбрался за стены замка и помогал бы восстанавливать поврежденные дома. Бездействие и болтовня убивали хуже самого медленного яда.

– Великий бог согласился вернуться на Небеса! – Эйна не собиралась уступать.

– Цепи мы не снимем!

– Тогда Ал обязательно должен сопровождать нас.

Я поперхнулся, а советник, которого бесцеремонно назвали «Алом», застыл с округлившимися глазами и бокалом в руках, так и не донеся его до рта.

– Леди Эйнария, я бы попросил обращаться ко мне, не забывая про статус.

– Но…

– Эйна, не сейчас. – Лаонил покачал головой.

– Хорошо, но это не отменяет того, что Ал… господин советник должен отправиться с нами.

– Боюсь, что такое невозможно. Я не могу покинуть Дартелию на длительное время.

– Оставим брата-медведя и вот их. – Эйна указала пальцем на послушника Беннета и лорда Олдоса Вейта, которые все это время молча наблюдали за нашим разговором.

– Я бы тоже попросил леди Эйнарию соблюдать приличия и манеры, принятые в высшем обществе. Однако должен согласиться с ней, господин Алеистер, – внезапно вмешался лорд Олдос. – Их должен сопровождать представитель Дартелии, который не опозорит нас перед королем Арнмундом. Боюсь, в данной ситуации только вы сможете с этим справиться. Мы позаботимся о Дартелии в ваше отсутствие. Поверьте, хуже уже не станет. Особенно если лорд Вальтерсон согласится нам помочь.

Джеральд с каждой нашей встречей становился все мрачнее и злее. Создавалось впечатление, что он все силы тратит на то, чтобы обуздать зверя, рвущегося наружу. Это напоминало моменты, когда Этан сдерживал Нэима. В этом ли заключалась сила Первых родов? Я украдкой бросил взгляд на Лаонила, но он вел себя образцово и был чрезвычайно спокоен.

– Я собирался вернуться в родовой замок. – Джеральд скрестил руки на груди и отодвинулся от стола.

– Лорд Вальтерсон, осмелюсь напомнить, что вы сами яростно утверждали, что ваша сестра там со всем справится. – Лорд Олдос постучал пальцем по краю тарелки.

– Так и есть.

– Значит, вы могли бы подольше задержаться здесь и помочь нам установить порядок. Ведь род Вальтерсонов долгие десятилетия служил короне и лучше многих знал, что происходит за стенами замка.

– Я больше не подчиняюсь недостойным королям. – Его кулак с грохотом опустился на столешницу. Ничем хорошим обычно это не заканчивалось.

Дерьмо, нам было необходимо, чтобы Джеральд остался здесь. Если он отправится к себе в замок, то встретится с Сигурдом и предупредит о Вегардах. Я переглянулся с Вив и подпер голову кулаком, оттопыривав согнутый палец. Верно расценив мой знак, она слегка задрала подбородок и обратилась к Джеральду:

– Лорд Вальтерсон, вы не обязаны оставаться в Дартелии, поскольку не подчиняетесь приказам нового Совета. Не мне это говорить, но помогите им хотя бы в память о короле Бардоулфе, которому вы приносили клятву.

Я хотел завопить, что нужно было сказать про Этана, но по изменившемуся лицу Джеральда понял – Вив попала в цель.

Преданность Вальтерсона прежнему королю для меня оставалась загадкой. Может, Барди спасла жизнь Джеру или дорогому ему человеку?

– Хорошо, я останусь до возвращения советника Алеистера в Дартелию, но не более того. Я присягну на верность лишь достойному правителю.

– Что же, – Алеистер выглядел немного растерянно, – прекрасно, значит, я полагаюсь на вас. Надеюсь, что к вам присоединится сын лорда Фритствита, который должен прибыть со дня на день. А вместо капитана Дарела останется лорд Вальтерсон.

Больше всего такому решению радовалась Эйнария. Она сияла, как начищенный до блеска поднос. Похоже, мы играли по их правилам.

За высокими каменными стенами замка были слышны предсмертные хрипы города. Жители кричали, спорили и взывали к богам. В воздухе витал запах гари. Дартелия стала огромным посмертным костром. Если верить в возрождение, то на выжженной земле через какое-то время снова начинает пробиваться зелень. Но возможно ли такое в стране, покрытой гнилью, словно черным склизким ковром?

Лошадь обеспокоенно мотала головой и стучала копытами по камням. Животные всегда чувствовали опасность лучше людей и хотели сбежать из гиблого места. Из стойла вышла Вив, ведя под уздцы серую кобылку. Через седло были перекинуты две сумки, набитые под завязку. Сама она, игнорируя неодобрительные взгляды мужчин, надела штаны и не стала скрывать их платьем. Такую Вив я обожал – маленькую, хрупкую и опасную. Она могла легко убить любого врага – хватило бы одного плавного движения рукой – и даже бровью не повести.

К нам подошел советник с прибывшими хельгурцами. Девять человек, да еще и стража Дартелии во главе с мужчиной в дартелийской форме с особыми знаками отличия. Посчитав количество стражников, я чуть не выругался в голос – совершить побег будет намного сложнее, чем казалось.

– Лорд Ланкайетт, – Алеистер привлек мое внимание, – вы с господином Лаонилом и охраной приведете… бога. Всю необходимую одежду для него оставили там же.

Я бы предпочел компанию знакомого Вальтерсона, которого успел немного изучить, чем хмурого и огромного хельгурца.

– Что же, идем, новообретенный брат, за вашим богом. – Я хлопнул Лаонила по плечу и, поправив меч под плащом, прошел первым, стараясь не обращать внимания на огромную гору, двинувшуюся за мной.

На входе в подвал были аккуратно сложены теплые вещи, кусок чистой ткани, а также стоял большой кувшин, от которого исходил легкий пар с травянистым ароматом лаванды. Вручив Лаонилу все, что лежало на полу, и приказав охране дожидаться нас здесь, я зажег факел и стал спускаться, освещая местами обвалившиеся ступеньки.

Все это время хельгурец молчал и только громко сопел, но когда распространившийся по темнице огонь осветил поморщившегося Нэима в клетке, Лаонил не выдержал. Он с грохотом поставил кувшин на пол и припал на одно колено. Бог лежал на боку и, оттолкнувшись связанными руками от пола, принял сидячее положение.