Ольга Аст – Кровь Первых (страница 14)

Над полем боя воцарилась тишина. Люди вокруг замерли и смотрели на меня с опаской.

– Боги не отвернулись от вас, и я – Первый бог Нэим – тому доказательство. Кто не сложит оружие и не сдастся, понесет наказание. – Мой голос разнесся по всей округе, вплоть до стен замка, вселяя ужас и надежду.

– Бог, убить бога!

– Убить их!

– Убить бога!

Что же, у этих людей нет шанса на исправление. Потухшие души уже обречены и бесполезны.

– Вы сделали свой выбор.

Я распростер руки, принимая в свои объятия прекрасный земной мир. Теперь вся сила бога была мне подвластна, и она приятно согревала тело. Всего лишь миг – и жалкие людишки пали замертво. Огонь охватил их тела, очищая землю от заразы.

– Я НЭИМ – БОГ ЭТОГО МИРА!

Глава 7

Прохладный ветер задувал за шиворот просторной рубашки, остужая кожу, нагретую весенним солнцем. Над головой приятно шелестели нежные молодые листья, только набравшие первую силу, а под ногами распростерлись сильные и здоровые токи земли. С того поворотного события прошел почти год. Мир не рухнул от моего появления в божественном обличье, равновесие не было нарушено, а я больше не слышал голоса братьев и не чувствовал нашей связи. Но внутри меня царило спокойствие и уверенность в своем выборе.

После разрушения ипостаси волка, которая служила клеткой для божественной мощи, наша победа стала неизбежной. Серые души – их невозможно было исправить, и они покинули жалкие тела, а остальные признали в Дарие несомненного лидера и избранника Небес, которого спас Древний бог. Теперь, когда он стал продолжением меня, я смог дотронуться до его воспоминаний. После этого все слова и поступки Дария обрели совершенно другой смысл. В моем сердце поселились безграничное уважение и любовь к его сильной душе.

Последствия нашей клятвы оказались самыми невообразимыми для бога. Я больше не мог вернуться к братьям, а все небесные тропы стерлись, как и связь с Лэимом и Сэимом. Но это не расстраивало меня так, как должно. Мне нравилась Земля. Она стала воплощением самых смелых идей и мечтаний. Но все же стоило найти Первые роды́. Только они имели связь с богами, пусть она и была односторонней. Я поделился своими мыслями с Дарием, и мы решили разыскать их, но все попытки провалились. Никто не знал про них, никаких записей или преданий не осталось. Как будто за столько лет Первые роды́ просто вымерли. Пока что мы оставили тщетные попытки их найти. Они отнимали время, которое так требовалось Дарию. Ему предстояло объединить под своим началом людей и лордов по всему континенту. Камень за камнем выстраивая крепость, которая послужила бы центром и началом новому миру. Никто даже не пытался посягнуть на его место, особенно видя Маэль и меня рядом с ним. Народ единогласно провозгласил Дария новым правителем. Конечно, не обошлось и без божественной помощи. Все важные встречи с правящими лордами и военные походы проходили только с моим участием. Нас воспринимали как единое целое. Если на Дария пытались надавить или склонить к какому-то мнению, то мой тяжелый взгляд быстро предотвращал все споры и возражения.

– Пользуешься богом как хочешь, – беззлобно огрызнулся я.

– Да будет тебе, Нэим. – Дарий положил руку на мои плечи, демонстративно притягивая к себе. – Смотри, как лорды робеют от твоего присутствия, народ тебя обожает, а воины почитают, как…

– Как бога, – хмыкнул я. – Дарий, а если я уйду, что ты будешь делать?

Его лицо стало серьезным, и он убрал руку отстраняясь.

– Но ты же не уйдешь? Нэим, нам предстоит так много сделать вместе. И… не знаю, как это объяснить, но после нашей клятвы ты мне стал словно брат по крови. Нет, ближе, ты будто часть меня. Иногда кажется, что даже на расстоянии я могу до тебя дотянуться и знаю, что ты делаешь.

Наши мысли были схожими, но я легко мог приглушить связь так, чтобы она не растворяла меня в нем. Видимо, для человека отделить свои эмоции от чужих представляло проблему. Но в тот момент на поле боя я еще не знал всех последствий. Бог не мог просто исцелить человеческое тело, даже Маэль, хотя она принесла в дар свою душу. Поэтому пришлось сделать Дария частью себя и наделить его каплей божественной силы, настолько, чтобы смертное тело ее выдержало и я смог залечить чужие ранения как свои. Но последствия клятвы стали непредсказуемыми, связав нас самыми сильными узами на Земле.

Теперь все свободное время Дарий проводил в моей компании. Советовался по поводу стратегии, делился своими мыслями и строил планы. Долго сопротивляться его доверию, откровенности не получалось, и моя настороженность ушла, позволив ответить ему тем же. Ночами мы любили выбираться в леса, где я показывал ему тонкую паутину из нитей жизни, которая переплеталась с корнями деревьев и пульсировала под нашими босыми ногами. Луна освещала тропы, доступные лишь взгляду бога, и тогда лунная ночь наполнялась моими рассказами про небесный сад. Порой они были пронизаны тоской, но в основном светом и знаниями. Дарий всегда внимательно их слушал и в моменты, когда говорить становилось тяжело, понимающе молчал рядом, просто положа руку на мое плечо. Благодаря ему я стал лучше понимать людей, не переставая удивляться их стойкости и желанию жить. Нас называли братьями, но я предпочел думать иначе: мы стали единым целым, продолжением друг друга, двуручными клинками, которые переплавили в обоюдоострый меч.

Сейчас Дарий был вынужден оставить нас с Маэль в замке лорда Мэддока, а сам отправился контролировать постройку крепости. Я же не мог надолго бросить Древо Жизни, пока оно еще нуждалось в подпитке.

В день великой битвы, пока Дарий праздновал победу со своими воинами, упиваясь вином, мы с Маэль нашли болото. Если бы выдумки людей про Преисподнюю и наказания стали реальными, то они выглядели бы именно так.

Болото окружала совершенно черная растительность – а когда-то это была напитанная влагой зелень. Но теперь она сгнила, а скрюченные деревья, покрытые липкой слизью, распространяли резкий запах плесени.

Я чувствовал под ногами глубокое болото, мертвые тела виднелись повсюду. Некоторые даже не успели утонуть в вязкой жиже и вспухшими кожаными мешками мерно покачивались на ее поверхности. Но невидимые человеческому глазу черви добрались до всех. Они ползали и пожирали плоть, становясь все длиннее, чтобы потом протянуть свои гнилые тельца к чистым землям. Позади послышался сдавленный полувсхлип, и в следующий момент Маэль вывернуло прямо на гнилую почву. Я понимал ее, даже меня замутило от такого мерзкого зрелища.

Маэль поймала мой взгляд и, вытерев рот рукавом, сказала:

– Со мной все нормально. Что нам нужно сделать? Залезть туда? – она решительно указала в сторону булькающей жижи.

– Не стоит, для тебя это будет опасно. – Я огляделся.

Без ипостаси волка мне было легко отслеживать обрывки земных нитей. Подходящее место нашлось всего в паре шагов, и, не обращая внимания на вонь и грязь, я опустил ноги в болото. Оно не могло меня поглотить, хотя черви уже подползли и пытались залезть на кожу. Маэль аккуратно достала ветвь из-за пазухи и вопросительно посмотрела на меня.

– Воткни ветвь сюда и удерживай, чтобы жижа не смогла ее засосать.

Она присела на корточки и в точности выполнила все указания. Маэль наморщила нос, пыталась дышать через раз, подавляя тошноту, но другого способа не существовало. Я не хотел привлекать Дария, а тем более ждать, пока он вдоволь попразднует.

Мне пришлось одновременно вливать свою силу в ветвь и подтягивать здоровые земные нити к отросшим корешкам. Такое действие требовало полной сосредоточенности и сильно изматывало. Теперь я понимал, почему Сэим и Лэим делали это вместе.

Посадка Древа отняла много сил, но у нас получилось и с первыми лучами солнца в земле уже прочно сидело молодое деревце. Почва возле него начала очищаться от гнили, а черви быстро ползли прочь, прячась в телах.

На протяжении нескольких месяцев мы приходили к Древу, и я вливал свои силы, формируя новые нити жизни, пока они не окрепли настолько, чтобы искоренить заразу и освободить души.

Древо выросло крепким и прекрасным. Оно уже не нуждалось в частых подпитках, но я все равно не мог надолго оставить его, постоянно проверяя, чтобы земные токи были здоровыми. Еще год-два, и Древо сможет удерживать равновесие без божественной помощи, а еще через десятки лет – станет вечным исполином-хранителем. Тогда это место приравняется к святой земле – Хельгуру.

– Тебе не холодно? – приятный голос согревал своим звучанием.

– Я все еще бог, Маэль, пусть и в человеческом облике.

Меня ничуть не пугал пронизывающий ветер, даже наоборот, он делал все происходящее реальным. Тело хорошо справлялось с изменениями погоды и было устойчиво к людским заболеваниям. Поэтому первое время я отказывался надевать обычную одежду и продолжал ходить в привычной тунике и без обуви. Но заметив, что Маэль постоянно отводит взгляд от моего тела, Дарий не выдержал и принес мне штаны, рубашку и плащ.

– Это самые большие, которые удалось найти. Потом пошьем тебе достойные одеяния, но прошу, Нэим, хватит ходить полуголым и смущать народ. Ты так всех моих воинов ввергнешь в уныние. Повезло, что из женщин тут только Маэль.

– Разве мой облик отличается от вашего? – я не понимал, зачем мне нужна их одежда, ведь она служила защитой для слабых тел.