Ольга Аст – Кровь Первых (страница 15)

– Да ты хоть знаешь, как выглядишь? – присвистнул Дарий. – Да любой мужчина по сравнению с тобой облезлой собакой покажется. Так что советую одеться и стать хоть немного похожим на нас, смертных, Великий бог.

Вещи были неудобными, сползали и противно натирали кожу, пробуждая нестерпимое желание их снять. Но мои мучения того стоили: Маэль перестала прятать взгляд и остальные тоже заметно оживились. Кто бы мог подумать, что какие-то куски ткани могут так повлиять на людей.

Спустя время я привык к человеческим одеждам и для удобства стал убирать волосы в хвост. Но от обуви часто отказывался. Сапоги мешали мне отслеживать земные токи, и я носил их только в особых случаях. Вот и сейчас благодатная почва ощущалась намного лучше, соприкасаясь с голыми ступнями.

Маэль с легкой улыбкой наблюдала за тем, как я обустроился в выпирающих корнях Древа, будто в уютном кресле. От нее исходила легкая тревога, которую она тщательно прятала, не позволяя ей хоть как-то отразиться на лице.

– Что-то определенно тебя беспокоит.

Я протянул руку и провел пальцами по ее щеке. Не скажу, что в обличье волка было плохо, но так легко прикоснуться к Маэль и почувствовать бархатистость ее кожи сделалось возможным только благодаря человеческому телу. В ответ она прикрыла глаза и прерывисто вздохнула. По-прежнему прекрасная и чистая душа.

– Совсем нет. Но почки на деревьях уже распустились, а Дарий все еще не вернулся.

– Твой будущий муж строит новую страну, не удивительно, что он задерживается. Поверь, Маэль, с ним все в порядке. Жив и более чем здоров.

Она кивнула и с любопытством посмотрела на мои колени.

– Так и не скажешь, чем ты увлечен последнее время?

Я провел рукой по исписанному свитку. От Маэль не могло быть тайн, но этот труд вызывал во мне несвойственные богам неуверенность и волнение. До сего дня на Земле не существовало ничего подобного.

– Здесь содержатся истинные знания. С помощью них я обучу людей пользоваться благами природы, поддерживать равновесие и жить в гармонии с этим миром.

В глазах Маэль заплясали искорки, будто солнце взошло на ярком весеннем небе. Она хотела прикоснуться к свитку, но, внезапно нахмурившись, отдернула руку.

– Это похоже на…

– Мою кровь. – Я кивнул, подтверждая ее догадку. – Только так слова обретут силу. Нет ничего могущественнее на земле, чем кровь бога.

– Нэим! – ее лицо озарила яркая улыбка. – Так ты же пытаешься создать свой мир при помощи слов. Ты – творец слов.

Такие мысли никогда не посещали меня. С помощью древних слов я хотел создавать вместе с людьми что-то новое, нужное. Научить взаимодействовать с природой, созидать, чтобы мир преобразился.

– Нэим, ты станешь Словотворцем для людей.

Не удержавшись, я рассмеялся – даже не от странного слова, придуманного Маэль, а, скорее, оттого, что так долго стремился стать достойным братьев, а теперь все вышло само собой. Простая истина, мелькавшая перед глазами, которую заметила лишь она.

– Когда закончу, я обучу тебя и Иона. С моей помощью вы тоже сможете пользоваться знаниями.

Маэль притронулась к губам.

– Не волнуйся, для этого не потребуется голос.

– А Дария тоже обучишь?

На мгновение в голове нарисовалась смешная картина, как он сидит над записями и внимает каждому моему слову.

– Дарий слишком неугомонный для…

– Говорите про меня?

Маэль обернулась на знакомый голос. К нам шел Дарий. Он был весь в пыли после дороги и выглядел усталым и довольным одновременно. Я качнул головой, ругая себя за то, что, увлекшись письменами, заглушил нашу связь настолько, что не почувствовал его приближения. Я стал слишком беспечным и невнимательным. Все больше человеческих качеств проявлялось во мне, и иногда меня это сердило.

– Да, друг мой, я говорил, что хочу обучить Маэль и Иона древним знаниям, чтобы они смогли нести людям просвещение. А еще мне придумали странное прозвище.

– Оно не странное! – Маэль уперла руки в бока и поджала губы.

– И какое же? Самый желанный жених на всей Земле? – он скинул металлические наручи с нагрудником на землю и аккуратно прислонил к Древу огромный меч с зазубренным лезвием.

– Смешно, Дарий, очень остроумно.

– Да какой тут смех, если даже жены лордов спрашивают про тебя и томно вздыхают, когда я говорю им, как Великий Нэим босой в тонкой рубашке сидит на солнышке и занимается своими божественными делами.

– Что за чушь?

– Они влюблены даже в твои бездонно-серые глаза, которые напоминают им стальной клинок, опущенный в кристально чистый ручей. – Дарий приложил одну руку к сердцу и, прикрыв глаза, пытался изобразить, с каким выражением на лице жены лордов все это произносили.

– Какой стыд, я больше никогда не поеду с тобой к ним, – простонал я, прикрывая глаза ладонью.

Но Дарий продолжал кривляться, явно забавляясь моей реакцией.

– А его волосы, словно шелковый водопад, ниспадают на мускулистую спину…

– Ой, да замолчи уже! Или я останусь у Древа до скончания твоих веков!

– Все, убедил, перестаю. – Он широко улыбнулся и обезоруживающе выставил перед собой открытые ладони. – Так что за прозвище?

Я указал на Маэль. Она придумала, ей и говорить. Дарий внимательно проследил за ее губами и задумчиво потер подбородок.

– Не бог, а Словотворец и его король. Творец слов. Это же невероятно, Маэль.

Он притянул ее за талию и, приподняв над землей, закружил.

– Нэим, тебе действительно оно подходит. – Дарий поставил Маэль на землю и, обняв со спины, пристроил подбородок на ее макушке. – Только послушай. Король Дарий и его Словотворец Нэим правят Дартелией.

Мне показалось, что я ослышался.

– Дартелией?

– Да! Лорды предложили назвать новую страну в мою честь. Символично, правда? Как будто она – дар бога. Твой дар, Нэим.

Я не нашелся, что ответить. От Дария исходили ощутимые волны переполняющей его гордости. Он уверенно шел к своей цели не жалея сил. На время я позволил себе утонуть в общей радости и сказал:

– Подходящее название для прекрасного мира будущего.

Замок, которому было суждено стать центром новой страны Дартелии, отстраивали долго и тщательно. Древо Жизни росло и очищало землю, до которой дотягивались его корни. Теперь гниль не сможет угрожать плодородной почве, а Древо продолжит расти и крепнуть и без моего участия.

Дарий распорядился, чтобы всех умерших сжигали. Люди прозвали этот ритуал посмертным костром. Я же объяснил им, что так души быстрее обретут свое место в бесконечном цикле перерождения.

Одинокие вспышки восстаний были неизбежны, и часто Дарий покидал замок, оставляя его на своего Словотворца и королеву Маэль Дартелийскую. Мы отлично справлялись и поддерживали мир и порядок. Маэль почитали и любили иногда даже больше короля. Она всегда дарила тепло и заботу всем, кто в этом нуждался. Народ тянулся к ней, будто молодые побеги – к солнечному свету.

За годы, которые я посвятил написанию Первых книг, у меня появились последователи – ученики. Они проявляли неожиданное усердие и тягу к знаниям. У бога в человеческом обличье все же были физические ограничения, а благодаря последователям я мог охватить больше земель. Старшим из них стал Ион. При помощи языка богов он постигал тайны, доступные лишь творцам, и помогал учить других простым истинам.

Время не щадило нас, и под грузом ответственности мы изменились. Иногда мне казалось, что наша связь стала бременем, а не благословением. Но я пытался гнать такие мысли из головы и снова уходил в книги, питая Иона новыми знаниями. Хотя бы его взгляд никогда не менялся. Он смотрел на меня глазами, в которых разливалось почитание и преданность, как в первую нашу встречу, и это дарило обманчивое спокойствие.

Дарий же иногда становился чужим и далеким, будто его терзали мрачные сомнения. Часто он был одержим странными, не имеющими смысла идеями.

– Все-таки его доставили. – Я зло смотрел на постамент, на который водружали почти черный от крови камень. – Ничего не желаешь мне сказать, Ваше Величество?

Дарий сидел на троне и не отрывал блестящего взгляда от нелепого камня.

– Это наша реликвия, Нэим. – В его голосе слышалось обожание.

– Это обычный камень! – мне пришлось повысить голос, отчего Дарий нахмурился и махнул рукой любопытным слугам, чтобы они оставили нас.

Он встал с трона и, подойдя ко мне, схватил руку и приложил ее к камню. В ответ на наше прикосновение он засиял, как звезды на ночном небе.

– Смотри, Нэим, это символ нашей связи. Символ того, что я избранник богов.

Мне стало противно, и я отдернул руку.

– Он пропитан нашей кровью, Дарий. Так зачем делать из него предмет для поклонения? Я годами боролся с вашими предрассудками не для того, чтобы ты опять возводил идолов для почитания. Уверен, Маэль тоже не обрадуется тому, что ты привез в Дартелию символ войны и пролитой крови и водрузил его на пьедестал.

Дарий даже не посмотрел на меня.

– Ей не до этого.

Опять. Такое происходило слишком часто, но, похоже, короля ее состояние мало беспокоило. Я знал, что Дарий придет в себя, как и во все предыдущие разы. Он начинал понимать, насколько его идеи безумны, и мне удавалось его предостеречь от многих глупостей. Нужно лишь подождать, а пока позаботиться о Маэль.