Ольга Арунд – Заноза для ректора, или Женись на мне, дракон! (страница 17)
Тьма! То есть спрятаться не получится?
По всей видимости, нет; по всему полигону засветились жёлтые огни, которые вместе со своими обладателями потянулись вниз. И только когда все оказались на мягком песке полигона, огни погасли.
— Первое испытание, второй курс, — объявил Корхан и, наконец, ушёл в тень.
А второкурсники так и остались стоять, нервно переглядываясь друг с другом.
Ошибка? Заминка? Игр не будет?
Как же.
Стоило подумать об отмене, как полигон вспыхнул разными цветами, настолько яркими, что радуга стыдливо сжалась в уголке. Присмотревшись, я опознала во множестве ярких огоньков… святая Алларина, да это же бабочки! Раза в два больше привычных, но всё же стандартные бабочки с большими мерцающими крыльями и длинными усиками. И на какое-то время они зависли, позволяя второкурсникам восторженно выдохнуть, а кому-то даже потрогать потрясающее чудо.
Признаться, даже я пожалела, что не стою сейчас внизу и не любуюсь вблизи прекрасными созданиями. Тем более, ещё яркие лучи заходящего солнца попадали на крылья, и весь полигон окрасился в разноцветную крапинку.
А потом… потом наступила Тьма.
Глава 11
И ладно бы буквально, но нет.
Стоящая рядом адептка с третьего курса вскрикнула и вцепилась мне в руку. Сзади раздалось басовитое ругательство, достойное самых тёмных улочек Раала — столицы Валании. Нижний ряд, те, кто так хотел быть ближе к месту событий, единодушно отпрянули от защитного купола.
А всё потому, что бабочки, эти прекрасные, невероятной красоты создания, которые покорили почти всю академию, в считаные мгновения превратились в исчадий Тьмы. Вот только что они восхищали и радовали, а мгновения спустя быстрыми молниями метнулись к второкурсникам.
И, судя по крикам и возгласам, силы у них было не меньше, чем у бойкой деревенской девки в последний базарный день.
Подавшись ближе, я вцепилась пальцами в ограждение.
Второкурсники визжали, выпутывали бабочек из волос, размахивали руками и в целом являлись примером, как делать не надо. Хотя их можно понять, врежься в меня такое создание, не знаю, как бы отреагировала в первые секунды.
А бабочки продолжали пикировать на беззащитных адептов.
Прищурившись, заметила несколько непрозрачных щитов, окружающих тех, кто поумнее и не такой нервный. И пусть щиты были слабенькие, подрагивали при столкновении с бабочками и, заключённый внутри адепт, не видел ничего вокруг, но они держались. А ещё выполняли своё главное предназначение — защищали.
Фух. Выдохнув, разжала сведённые судорогой пальцы.
Одно хорошо, бабочки не так уж сильно вредили второкурсникам, которые не догадались поставить щит. Да, мало приятного, когда в тебя врезается насекомое размером со среднюю белку, но ни ожогов, ни ран после таких встреч не оставалось.
А развлечение всё не заканчивалось.
Подняв голову, бросила взгляд на помост. Корхана, казалось, вообще не волновали Игры. В данный момент он наклонился к профессору Оноран — невероятной красоты блондинке с голубыми глазами и хрупкостью заледеневшей лилии. Почти касаясь кожи преподавателя зельеварения, Корхан что-то шептал Оноран, а моё сознание почему-то дорисовывало лежащую на тонкой талии руку.
Тьма!
Здесь второкурсники мрут, а ему всё до драконьего хвоста?!
Жгучая, какая-то обидная злость поднялась из центра груди. Перехватило дыхание, руки сжались в кулаки.
А потом я заставила себя медленно выдохнуть и успокоиться.
Если подумать, Оноран мне только на руку. Пока Корхан отвлечён более интересными занятиями, может и не заметить моего испытания. А если Оноран и вовсе уведёт его в преподавательские общежития… ну мало ли зачем: показать план занятий, например, или пожаловаться на недостаток ингредиентов, будет совсем хорошо.
А то, что при одной мысли об этом зубы сжались так, что во все стороны едва не брызнула крошка — мелочи. Такие же, как непонятное жжение в груди и протестующий разум.
Подумаешь. Кто бы его слушал.
— Первое испытание второго курса окончено.
Сначала я вздрогнула от неожиданности, а потом перевела взгляд на полигон. Там, среди утрамбованного песка, стояли потрёпанные второкурсники. Мрачные, кто со слезами на глазах, а кто и вовсе сотрясающийся дрожью, они явно не ожидали такого испытания.
Бабочки пропали. Как и щиты, за которыми оказались едва ли десяток счастливчиков. Не верящие в свою победу второкурсники переглядывались с робкими улыбками и то и дело косились на зелёные огни над головами.
— Поздравляю победителей, лучших из лучших. Тех, кто сумел не растеряться и пройти испытание с честью и достоинством, — подлил масла в огонь Корхан.
Ведь если проигравшие чувствовали себя так себе, то после речи совсем опустили головы и поплелись к ожидающим их медикам.
Утешил, нечего сказать.
А вниз потянулась вторая волна адептов, над которыми светился небольшой жёлтый шар. В Игры вступал третий курс. И, в отличие от второкурсников, эти уже не ждали чудес от ректора. Вступив на песок, третьекурсники оглядывались, а у многих руки были сложены в пасы, предшествующие созданию щита.
Только сомневаюсь, что Корхан повторится.
Так и вышло. Когда на песок спустилась последняя адептка, которая только что плакала и отказывалась идти, но сияние от шара окутало её и само перенесло вниз, Корхан объявил:
— Первое испытание, третий курс.
И в то же мгновение песок исчез. Вместо него третьекурсники оказались по пояс в болоте. Болоте, которое с каждой секундой затягивало их всё больше.
Святая Алларина!
Помня о позоре второкурсников, третий курс держался. Заклинатели пытались начертить что-то на окружающей ряске, боевики бросались пульсарами, а лекари перебирали содержимое собственных карманов и, подозреваю, умов.
Но всё равно они медленно и неотвратимо погружались в устроенное Корханом болото.
Стоило представить себя на месте третьего курса, и я передёрнула плечами. По рукам прошёл неприятный озноб.
Мало того что ты чувствовал, как затягивает в неизвестность, так ещё и ни одно средство не помогало против магического болота. И самое смешное, что меньше всех затянуло ту самую третьекурсницу, которую заставили участвовать и которая стояла, спрятав лицо в ладонях, и плакала без перерыва.
Мда. Сев на скамью, я словно оказалась в лесу из напряжённых адептов вместо вековых деревьев. Затаив дыхание, все следили за испытанием, пока я поставила локти на колени и подпёрла кулаками подбородок.
Просто волшебно. Если на второкурсников напали бабочки, третьекурсники тонули в болоте, то что будет, когда дело дойдёт до выпускников?
Нас закидают склизкими нррадами? Корхан перекинется в дракона и станет жечь? Во всех смыслах. Или для победы надо будет кого-нибудь убить?
В любом случае пройти первое испытание мне не грозило. Впрочем, приятная новость состояла в том, что такое не пройдут многие. А, значит, у меня есть шанс затеряться среди проигравших, не раскрыв свои около нулевые магические способности.
А если спросят, почему не колдовала, скажу, что растерялась, испугалась, разучилась думать от неожиданности.
Ага. Осталось, чтобы в это поверил Корхан, который точно знает, кто я, и наверняка догадывается, как меня воспитывали. Кстати, о нём.
Сердце вдруг кольнуло, и я приподнялась на скамье, чтобы взглянуть на преподавательский помост.
Помост, с которого в этот самый момент спускался Корхан следом за улыбающейся Оноран. И улыбка преподавателя зельеварения была слишком восторженной, но при этом она то и дело прикусывала губу, словно старалась скрыть собственное счастье. А трепетала, трепетала-то как, стоило Корхану поравняться с красивой блондинкой.
Что, слава младшего принца покоя не даёт? Того едва ли не в каждом выпуске Вестника печатали с новой пассией. Впрочем, это не моё дело, даже если Корхан с Оноран собрались варить зелье Одержимости, которое нужно готовить только в паре.
И, вообще, я радуюсь, что мои бредовые фантазии воплотились в реальность. Пока Оноран отвлекает, ректор не увидит провал моего испытания. А, значит, потом ничего не сможет мне предъявить.
Я. Радуюсь.
Радуюсь же?
Несмотря на первую растерянность, испытание прошли почти все третьекурсники под одобрительные выкрики остальных.
Хорошо. Никто пока не умер, никого не отчислили, и, в целом, Игры напоминали соревнования в базарный день, которые устраивали на главной площади Раала каждую осень.
Так я и успокаивала себя, пока четвёртый курс боролся с иллюзией, а пятый создавал островки посреди кипящей лавы. И самое обидное, что, не будь у меня проблем с магическими потоками, я бы легко прошла хоть все пять испытаний — со второго по шестой курсы.
Пусть они пугали, заставляли теряться и подолгу вспоминать простейшие заклинания, но не убивали сразу и требовали холодного рассудка, а не скрупулёзных знаний теории магии.
Но вот испытание пятикурсников перевалило за половину, а у меня рубашка прилипла к спине от холодного, липкого пота. Мурашки, объявившись, принялись бегать туда-сюда по позвоночнику, а пальцы предательски дрогнули, когда я прокрутила небольшое колечко на среднем пальце правой руки.
Это кольцо я купила давным-давно в одной из подпольных лавок Норримара. Знала, что рано или поздно мне пригодится артефакт, в котором силы — на одно заклинание. И удивлялась с каждым курсом, когда возвращалась домой на каникулы с неиспользованным кольцом.