Ольга Амирова – Краткий курс истории пиратства (страница 9)

Истолковать этот сюжет гораздо проще, чем историю про шестируких великанов: аргонавтам пришлось проплывать между двух скалистых Кианейских островов, которые при выходе из Босфорского пролива в Черное море были опасны для мореплавателей. Опозоренные острова после этого навеки застыли на месте и прекратили рубить на корню всё коммерческое судоходство между Мраморным и Черным морем. Возможно, благодаря каким-то наставлениям местного лоцмана-Финея и искусству рулевого Тифия, аргонавтам удалось пройти без повреждений этот узкий пролив. Для последующих же кораблей этот путь представлял гораздо меньшие сложности, поскольку аргонавты уже разведали фарватер и, несомненно, нанесли на карту эту информацию.

Были у моряков и другие удачи. В частности на необитаемом островке в Черном море им удалось встретить сыновей Фрикса, того самого, что улетел из Греции на баране. Пытаясь вернуться на родину без барана, они потерпели кораблекрушение, и помощь земляков оказалась для них весьма кстати. Ну, а Ясон узнал о быте и нравах страны, куда направлялся. Правда, радости ему это вряд ли прибавило — согласно рассказу кузенов Колхида оказалась довольно мрачным местом, управляемым жестоким — можно подумать где-то бывали другие — царем Эетом. Сыновья Фрикса по какой-то причине предполагали, что руно он отдавать не захочет.

Вооруженные этой ценной информацией герои крепче сомкнули челюсти и поплыли дальше. Наконец, они достигли берегов Колхиды, на вёслах поднялись немного вверх по течению реки Фазиса и бросили якорь в тихой речной бухте. Считается, что в мифе описывается одна из самых крупных рек Закавказья — Риони.

Поначалу царь Эет принял аргонавтов в своем роскошном дворце очень радушно, закатив по поводу их приезда веселый пир. Но как только он узнал цель их визита — увезти в Грецию Золотое руно — лицо его вспыхнуло гневом, чёрные глаза засверкали, брови сдвинулись вместе, а длинная борода запрыгала на груди.

— Как, дерзкий чужак! — вскричал он, ударив кулаком по столу. — Как? Оказывается, ты осмелился незваным явиться в мою страну с тем, чтобы похитить у меня лучшее из моих сокровищ?

Глава VI. Аргонавты возвращаются на базу

На протяжении веков исследователи пытались понять смысл образа, скрывавшийся в золотом руне. Долгое время считалось, что в мифе об аргонавтах объединились подлинные сведения о ранних плаваниях греков и древние сказания о золоте, приносящем несчастья“, и что, „по преданиям, золото на Кавказе добывали, погружая шкуру барана в воды золотоносной реки; руно, на котором оседали частицы золота, приобретало большую ценность. Но все же, баранья шкура даже с частичками золота не могла стоить дороже самого золота, а следовательно и не могла быть «лучшим из сокровищ» очень не бедного царя-золотодобытчика.

А что, если золотое руно — это не шкура барана и вообще не имеет отношения к золоту? По словам древнегреческого историка Геродота, в Индии «на диких деревьях растет шерсть, красивее и лучшего качества, чем овечья; эти деревья снабжают одеждой индийцев», и далее — «индийцы носили одежду из древесной шерсти». А имел он в виду всего-навсего… кустарниковый хлопок. И выходит, что под руном древние греки могли подразумевать и шерсть, и хлопок, и пряжу из конопли или льна. А сотканая из хлопка или изо льна тончайшая ткань действительно могла стоить гораздо дороже золота. К тому же в мифе золотое руно показано как очень легкая и компактная вещь — Ясон спрятал его под рубаху (завернул в плащ).

Вождь аргонавтов просил Эета отдать золотое руно, обещая сослужить взамен любую службу. Ээт был разгневан этой просьбой и дал Ясону невыполнимое задание: запрячь царских огнедышащих быков в плуг, распахать на нём поле бога войны Ареса, засеять его зубами дракона и перебить закованных в броню ратников, которые вырастут из этих зубов.

Ясон неизбежно погиб бы при этом, однако в него без памяти влюбилась дочь царя — красавица Медея. Перед исполнением отцовского задания она вызвала вождя аргонавтов на тайное свидание и дала ему чудесную мазь, которая делала человека неуязвимым. Ясон ответил взаимностью на любовь Медеи и предложил ей уплыть вместе с аргонавтами в Грецию.

Наутро Ясон получил от Ээта зубы дракона, натерся мазью Медеи и пошёл на поле бога войны Ареса. Выпущенные из пещеры огнедышащие быки бросились на Ясона и едва не убили его. Но смелый герой с помощью двоих друзей усмирил быков, запряг их в плуг, вспахал священное поле и засеял его зубами. Из земли выросли воины в латах. По совету, данному прежде Медеей, Ясон бросил в их толпу камень. Обвиняя в этом броске друг друга, воины завязали между собой кровавую битву. Немногих уцелевших в ней перебил бросившийся с мечом в толпу Ясон.

Ожидавший гибели Ясона Ээт был поражён тем, что юноша выполнил его задание. Но исполнять обещание царь не рвался, к тому же он догадывался, что Ясон читерствовал, а на самом деле ему помогала Медея. Поняв, что и ей, и аргонавтам грозит смерть (мы же помним, что цари в то время были те еще вурдалаки), Медея той же ночью вызвала Ясона на новое свидание и повела его похищать золотое руно. Заклинаниями и колдовскими зельями Медея усыпила дракона-сторожа, которому герой, сами понимаете, немедленно отчекрыжил столько голов, сколько смог найти. Ясон снял руно с дерева и не дожидаясь утра побыстрее погреб из Колхиды вместе с Медеей и аргонавтами.

Эет совсем обезумел от гнева и горя. Шкуру украли, дракона убили, дочка сбежала, да еще теперь весь мир смеяться будет. Он выскочил из дворца и приказал снарядить в погоню за «Арго» четырнадцать кораблей, по семидесяти воинов на каждом. Апсирт, сын Ээта, отправился в погоню за аргонавтами. Его эскадра догнала «Арго» в устье Дуная. Однако до боя дело не дошло, так как вероломная Медея заманила брата в храм, стоявший на берегу, где с ним разделался Ясон. Даже для этих человекоубийц прикончить безоружного обманом, да еще в храме, было делом неслыханным, поэтому и Ясон и Медея с этого момента оказались прокляты и преследуемы богинями отмщения — Эриниями. Однако ж с практической точки зрения уловка сработала: воспользовавшись замешательством колхидян, аргонавты выиграли время и оторвались от преследователей.

После погони аргонавты наткнулись на новую неприятность. Они попали в сильную бурю и чуть не погибли. Ясону и Медее пришлось выйти на сушу, чтобы попросить у богов прощения за смерть Апсирта в ближайшем храме. Им повезло попасть к той самой волшебнице Кирке, у которой потом так славно свинствовал Одиссей, она провела сеанс психоанализа, отмазав Медею от братоубийства, но с Ясоном, зарубившим у алтаря безоружного и ни в чем не повинного человека, ничего не смогла сделать. Так с клеймом подлеца и предателя он и поехал дальше в Иолк.

Аргонавтам пришлось проплыть между знаменитыми Сциллой и Харибдой, которых позже видел и Одиссей. Подобно Одиссею, они проследовали мимо острова сирен, привлекавших моряков сладким пением, а потом убивавших. Миновать Сирен аргонавтам помог певец Орфей, чья чудесная музыка победила чары песен сирен. Затем Арго подошёл к ужасному водовороту Планктам, который поднимал в узком проливе волны, которые доходили до верха окружавших его скал.

Аргонавты сделали остановку на острове феаков, у радушного царя Алкиноя. Но здесь их, согласно легенде, вновь настиг флот колхидян, которые потребовали выдать Медею. Уже готово было начаться упорное сражение, но посредником в споре выступил хозяин — Алкиной. Он объявил, что Ясон должен вернуть Медею людям её отца, Ээта, лишь в случае если она ещё не стала его женой. Ясон с Медеей спешно совершили свадебный обряд — и тем избавились от нужды исполнять требование колхидян и от дальнейшей их погони.

Арго поплыл дальше и уже подходил к греческим берегам, когда страшный вихрь понес его назад в открытое море и забросил в непроходимый из-за густых водорослей залив у пустынного берега Ливии. Ливией древние греки называли Африку. Выбраться из этого залива было невозможно и аргонавтам пришлось перенести Арго на плечах через всю Ливийскую пустыню, на другой конец Африки. Двенадцать дней аргонавты брели по песку с кораблём на спинах, пока не достигли на самом краю света страны Гесперид. Там они смогли утолить жажду и спустить Арго в озеро бога Тритона, откуда им, однако, долго пришлось искать выхода в море.

Уцелев в ещё одной страшной ночной буре благодаря помощи Аполлона, который освещал им путь своими золотыми стрелами, аргонавты, наконец, прибыли в Иолк. Ясон принёс золотое руно Пелию, но — все цари одинаковы, включая и нынешних — тот не выполнил своего обещания и не вернул юноше царского трона. Ясон и Медея решили жестоко отомстить обманщику. Волшебница Медея, собрав колдовских трав и сварив их в котле, омолодила отца Ясона крайне экзотическим способом. Медея перерезала ему горло, выпустила из него всю старую кровь и залила вместо неё отвар из своих снадобий. Старик превратился после этого в молодого юношу. Узнав об этом, дочери Пелия стали просить Медею, чтобы она проделала то же и с их отцом. Медея пришла с ними к ложу спящего Пелия, дала его дочерям нож и велела перерезать царю горло и выпустить старую кровь. Поколебавшись, дочери Пелия перерезали глотку отцу, но Медея не сталаповторять над ним свой хирургический эксперимент. Вместо этого она заклинаниями вызвала колесницу, запряжённую крылатыми драконами, и улетела на ней от тела убитого. Ну или просто взяла и вышла, кому как больше нравится.