Ольга Абрикосова – Жена для князя (страница 5)
– Это потому что я с вами на дачу не поехала? На шашлыки? – напомнила один старый случай Ирина. – И потому что вы – Разумовский?
Конечно, этот старый хрыщ узнал, что её Пашка бросил! Он же его двоюродный дядя! Несмотря на дворянское происхождение в Ирине закипело пролетарское негодование. Не дорезали этих родовитых уродов в своё время и портят теперь жизнь простым ипотечникам! Суки.
– Что ты такое старье вспоминаешь, Ирина? И не стыдно тебе? – с укоризной заметил шеф. – Ну могу оставить. Только с сокращением оклада. За пятьдесят останешься?
– Нет!
– Держи заявление тогда. Все честно выплатим, даже сегодня. И премию я тебе начислил.
– Спасибо за премию. – Ирина, не садясь, быстро расписалась в уже заполненном заявлении, развернулась и вышла из кабинета, громко хлопнув дверью.
Едва сдерживая слёзы, она собирала в коробку, выданную сердобольным коллегой, свой нехитрый офисный скарб: личную кружку, маленький кактус, пару книжек по мотивации, маркетингу и продажам, и фигурку котика.
Вот и весь итог её двухлетней работы. Глаза предательски защипало, но она закусила губу и сдержалась.
Уже у выхода Ирину поймал уже бывший шеф.
– Ириш, давай без обид. Если честно, это Пашка меня попросил. Он мне ещё сказал, что ты ему лошадь должна. И что ты заблокировала его. А так не делается. Но рекомендации я тебе хорошие дам, обещаю.
– Спасибо, Анатолий Степанович, за всё! – Ирина как бы случайно толкнула шефа коробкой и вышла из здания.
Загрузила коробку в верный спарк и поехала в свой временный дом. Обратная дорога заняла гораздо меньше времени: утренние пробки уже рассосались.
Ирина вошла в пустую чужую студию с коробкой в руках и почувствовала себя полной неудачницей. Руки задрожали, а у коробки выпало дно. Личная кружка разлетелась вдребезги, книжка по маркетингу больно стукнула по ступне, горшок с кактусом разбился и испачкал землей ламинат, а у фигурки котика оторвалась голова.
Девушка опустилась на колени и стала собирать осколки дрожащими пальцами, чувствуя, как по щекам текут горячие слезы. Она глубоко вздохнула, шмыгнула носом и взяла веник и совок. И безжалостно зашвырнула все в пакет для мусора, включая книжки по мотивации и маркетингу. Оставила только котика с оторванной головой. Где-то у Юльки был клей…
***
– Ну паршиво, конечно, с увольнением, – Юля взяла кусочек пирожного, внимательно его осмотрела и отправила в рот. – Но не переживай, работы в Москве – до фига.
– Ага, – безучастно кивнула Ира. Она уже разместила свое резюме, но до сих пор не было ни одного звонка. Что было очень странно. Почти невероятно. Она вздохнула и сказала:
– Если только они мне кислород не перекрыли.
– Кто? – подруга взяла второй кусочек.
– Разумовские! Надо было ему отдать эту чертову лошадь! – в отчаянии воскликнула Ирина.
– Ой, у тебя паранойя. Сама же говорила, что этот твой Пашка – третьесортный Разумовский.
– Да. Только их много. И они вместе. Они всегда массой берут. Не топы – но около. И почти везде. Разве сама не чувствуешь, как тяжело безродным в начальники пробиваться? – грустно усмехнулась Ира.
– Да, есть такое, – вздохнула Юля. – Эх, не дорезали вас в свое время, буржуев…
– Эй! – возмутилась Ира.
– Ладно, ладно, – засмеялась Юлька. – Так что там твой принц Ленский?
– Не звонит, не пишет…– Ирина тоже взяла пирожное. – Если завтра сигнала не даст – точно сама напишу! Пофиг уже на этикет. Выжить бы.
***
Виталий проснулся под шум перфоратора. Впрочем, было уже десять утра, со своим затянувшимся отпуском от стал жить по довольно странному графику. Он вышел из комнаты, периодически встречая рабочих, и спустился на кухню. В столовой активно шёл ремонт и ели теперь на кухне. Если раньше дом казался пустым, то теперь народу было как-то многовато.
Татьяна Викторовна сидела за столом и завтракала. Слишком рано она никогда не вставала.
– Привет! А зачем ты все-таки это затеяла? – спросил он. – Нормально же было.
– Нужно, чтобы было хорошо, а не «нормально», – она оторвалась от телефона. – Надоест твоему отцу в хрущевке жить, вернется с молодой женой и вспомнит меня добрым словом…
Она слегка сморщилась, то ли от чая, то ли от упоминания бывшего мужа.
– Ну, он не в хрущевке живет, что уж ты… И Влад рядом. Они так сдружились, помнишь, как всю жизнь цапались? – Виталий слегка улыбнулся.
– Помню, – мрачно ответила Татьяна Викторовна. – Константин Львович вообще изменился. Такой просветленный стал. Молодая жена хорошо влияет. Но жадным стал… Ты готовься, кстати, в следующее воскресенье на обед едем к Гольдштейнам. Я к Марии, а ты – с Софочкой знакомиться. Отличная девушка. Просто прелесть. Тоже науку любит.
– Я как-то не хочу знакомиться с Софочкой, – сказал Виталий. – К чему это, если я скоро уеду?
– Ты меня подвести хочешь? Я договорилась, – холодные глаза матери заставляли ёжиться.
– Нет, – Виталий твердо посмотрел в льдистые глаза матери. – Я не собираюсь проводить никакие смотрины. И жену себе выберу самостоятельно.
– Хорошо. Я услышала, – Татьяна Викторовна не опустила глаз. Виталию показалось, что он вновь заметил там отблески той самой необъяснимой неприязни, которая заставляла его так страдать в детстве. Он сам не выдержал и отвел взгляд.
Завтрак закончился в могильной тишине.
Виталий вернулся в свою комнату и сел в кресло. Съездить что ли в «Золотой Клевер»? Вдруг там будет та девушка, Ирина Зотова. Ленский вспомнил её приятное лицо и улыбнулся. Он честно разослал по тематическим группам данные Мальвины и даже появилась пара потенциальных покупателей, но, конечно, не по цене в семь миллионов. Смешная эта Ирина. И явно ничего в лошадях не понимает.
Но и покупатели были весьма холодные. Нужно бы съездить, сделать пару фоток Мальвины. И хорошо бы в присутствии владелицы. Он взял телефон и написал: «Привет. Сможешь приехать в клуб сегодня? Примерно к 15 часам. Нужно сделать фото Мальвины. Дашь мне на ней сделать выездку? :)»
***
Телефон Ирины пикнул, и она прочитала сообщение от Виталия. Сердце тут же радостно забилась, а губы сами расплылись в широкую улыбку.
Да, да, да! Написал! И сам написал!
Она быстро написала: «Конечно! :) Сегодня буду к трем. Буду ждать встречи», и с трудом подавила детское желание попрыгать на диване от радости.
На этот раз она не лоханется, подготовится по полной! Ленского определенно нужно впечатлить! Чтобы он её точно запомнил. Никакого образа бледной моли! Пусть сразу поймет, что она «дорогая штучка», а не какая-то безродная. И умеет производить впечатления.
Ирина вскочила с дивана и решительно стала рыться в сумках, привезенных из квартиры Павла. В топку все футболки и джинсы! Для покорения Ленского требовалась тяжелая артиллерия тяжелого люкса. В воздухе запорхали разноцветные тряпочки, покрывая Юлькин диван неравномерным слоем.
– Что за шухер? – подняла рыжую голову подруга.
– Мне Ленский написал. Зовет на конюшню Мальвину фоткать. А я так стремно была одета в первый раз. И не накрашена. Надо наверстать.
Ирина выпрямилась, держа в руках красное дизайнерское платье. Его ей Пашка в Милане купил. Она вспомнила, как он морщился от жадности, когда оплачивал покупку.
Губы раздвинулись в торжествующей улыбке.
Так-то, Пашенька! Ты это платье купил, а она на него поймает себе «жирного» принца!
– Ну как? Норм? – спросила она, прикладывая платье к себе.
– По-моему, слишком вызывающее… – скептически отозвалась Юля и взяла печенье.
– Значит, норм! – решила Ирина. – И накраситься еще надо. Чтобы наверняка.
***
Виталий прочитал сообщение и улыбнулся. Даже не думал, что простенькое «буду ждать встречи» принесет столько радости. Хотя, разумеется, это к нему лично не относится. Просто молодой княжне надо продать лошадь, которую ей, очевидно, кто-то подарил. Ну она точно не лошадница, это было понятно с первого взгляда. Хотя, конечно, хороший подарок. Вот Ленский бы оценил. Интересно, кто такой был щедрый? Поклонник? Княжна привыкла к щедрым подаркам… Виталий нахмурился. Он, конечно, не бедный студент, но такие подарки с легкостью дарить не может.
Его размышления прервал оглушительный звук перфоратора, который совпал с открывшейся дверью в комнату. Вместе с шумом в комнате возник Влад. Он тут же закрыл дверь и стало чуть тише. Влад слегка сморщился и сел на диван рядом с братом.
– Привет. Мама, конечно, молодец с ремонтом, но это невыносимо. Хорошо, хоть папенька все закончил. У меня на такие звуки аллергия, – пожаловался он, потирая виски длинными пальцами.
– Привет. А ты почему не на работе? – поинтересовался Виталий, насторожено глядя на брата.
– А что? Не могу к маме и брату заехать? Я за последний год видел вас не так уж часто, – ответил Влад.
– Ну про матушку нашу понятно, – Виталий продолжал недоверчиво сверлить его взглядом. – Но тебе же что-то нужно? Ты бы просто так в рабочее время не приехал, я тебя знаю. Тем более сейчас, когда папенька от дел отошел.
Влад раздраженно зыркнул серебристыми глазами.
– Ладно. Я насчет Софочки Гольдштейн…
– Нет, – резко ответил Виталий.