Ольга Абрикосова – Жена для князя (страница 4)
Так что, ну этих баб!
Но Мальвина – красивая лошадь. И её хозяйка – красивая девушка.
***
Ирина уже вполне бодро вырулила из клуба на временную дорогу посреди поля.
Мысли упорно стремились к Виталию Ленскому. Странный товарищ, конечно. Мог бы и проводить… Или она ему совсем не понравилась?
Она мельком взглянула на себя в зеркало машины. Конечно, надо было хоть накраситься! Вот дура! Ехала в такой клуб! Знала же, что тут клиенты непростые скачут!
Девушка чуть не застонала от бессилия! Ну, как так! Упустила шанс всей жизни! Или ещё нет? Телефонами же они обменялись! У неё есть личный номер Виталия Ленского! Самой звонить или ждать звонка? Вот вопрос мирового уровня, а не всякая туфта: «Быть или не быть?..»
***
На кухне, она же спальня, она же гостиная раздавался мерный стук ножа. Ирина с восхищением смотрела за ловкими движениями подруги. Так управляться с ножом – дорогого стоит!
– Выжди пару дней и звони сама! Ты чего? Тем более, повод такой хороший. Про лошадь, что да как… Ты, главное, его вытащи куда-нибудь. Погулять там. А ты точно не умеешь на этих лошадях скакать? – Юлька уже активно мяла нашинкованную капусту в миске.
– Не, не умею. Я вообще этих лошадей боюсь. Все же гад Пашка, мог бы что-то нормальное на четыре ляма подарить. Серьги с бриллиантами, например.
– Ага, кольцо ещё скажи, – хохотнула Юлька. – Ты не халявь, чисти морковку.
– Да, кольцо с бриллиантом – было бы неплохо… Или слитки золота. А то лошадь! С обслуживанием в сто пятьдесят тыщ в месяц! Может готовую еду закажем? – Ирина с отвращением посмотрела на пару корнеплодов, которые ей предстояло почистить.
– Закажи, – одобрила Юлька. – У меня премию урезали в этом месяце. И ипотека. Пока нет возможности тертую морковку заказывать. Вот суперфуд сама готовлю.
Она кивнула на миску с капустой.
– Не-е, ты не подумай, что я жадная! – Ирина принялась за морковку. – Но это же не подарок! Он же просто передарил что-то, что себе хотел оставить на самом деле, и чем я не пользовалась! Лошадь ему верни! Как же! Он мне всегда дарил, только то, что сам хотел, а не я. Машину эту… Может я джип хотела, а не спарк? Хотя тут явно сэкономить пытался! Вот своей невесте он точно будет дарить только то, что она хочет!
– Ну да. Надо степень своей значимости для мужиков поднимать. Давать им до свадьбы реже. Или вообще не давать! – Юлька в воодушевлении взмахнула ножом. – Прикинь, если бы как раньше – никакого секса до свадьбы! И если к проституткам ходишь – то позор тебе и Роду! Все бы сразу женились и не квакали! Надо нам, бабам, объединиться на эту тему – без брака не давать! Может даже партию такую сделать! За скрепы!
– Ага, с манифестом… Всё равно найдутся отступницы. И будут вокруг всяких страшил мужики табунами бегать… Табунами…
Перед глазами Ирины всплыло острое лицо Виталия и его задумчивые темно-синие глаза. В инете его что ли поискать?
Беглый поиск показал, что Виталий Ленский был действительно не публичной персоной: фоток было преступно мало! А вот всяких статей довольно много. Но статьи были неинтересные и узкоспециализированные: выиграл грант, автор статьи, соавтор статьи, защитил научную степень… Тоска…
– Вот он душнила, – сказал Юлька. – Ладно, хоть симпатичный! И смотри, он столько лет за границей жил, привык, поди, к активным бабам. Западный менталитет. Напиши ему сама!
Глава 3
Татьяна Викторовна развила бурную деятельность в фамильном особняке Ленских, словно полководец, захвативший важный плацдарм. Повсюду сновали дизайнеры с рулетками, громыхали перфораторы в руках рабочих, а садовники колдовали над клумбами, словно алхимики, превращая увядшую траву в буйство красок. И каждый взмах кисти, каждый вбитый гвоздь, каждый высаженный цветок тут же превращался в счёт, летящий на электронную почту Константину Львовичу.
Получив по электронке очередной счёт за авторскую плитку ручной работы, Константин Львович не выдержал и набрал знакомый номер.
– Танечка, привет!
– Привет, Костя, – прозвучал в трубке мелодичный голос.
– А я вот, что звоню… Как-то мне счетов стало приходить много… разных… Ты там что делаешь вообще?! – Ленский раздраженно засопел в трубку, представив, как его деньги размазываются по стенам особняка довольно толстым слоем.
– Обустраиваю дом. Ты же мне разрешил там жить, сколько хочу. И сделать «лёгкий ремонт». Разве нет? – голос перестал быть мелодичным и начал отливать сталью.
– Так да, но ты говорила: «пара месяцев, лёгкий ремонт»! Не-е, ты живи, сколько хочешь, но не переделывать же там всё! Ну, может освежающий ремонтик там бы не помешал, но, Таня! Это ж пипец какой-то! Что ты там делаешь вообще?! – Константин Львович пылал искренним негодованием.
– Ты просто ничего не понимаешь, Костя. Я твое родовое гнездо обустраиваю. С авторским надзором и бесплатно! А ты – гундишь. У тебя сын старший не женатый, я к нам буду уважаемых людей звать. И что они увидят? Разруху и неактуальный ремонт? Ты про репутацию подумай, Костя! Что о Ленских думать будут? Я вот с Гольдштейнами почти договорилась о Софочке.
– Да ладно! – выдохнул радостный Константин. – А Виталька-то согласен? А то уедет опять в свой Дубай. Очень неудобно перед людьми будет.
– Если женится – то не уедет. Очевидно же. Так что не жлобься и плати. Ты мне ещё на содержание должен. Почему меня твой сын содержит, Ленский? У тебя есть передо мной обязательства. Ты мне должен.
Константин Львович онемел от изумления, пытаясь вспомнить, когда успел задолжать бывшей жене.
– Я, вообще-то, тебя не выгонял, – наконец ответил он.
– О, то есть я могу вернуться? А Кира знает про твою склонность к многоженству? – с усмешкой ответила Татьяна Викторовна.
– Это как-то странно звучит, – Константин ощутил некую угрозу и напрягся. По спине пробежал ощутимый холодок. – Ты чего хочешь?
– Встретимся и обсудим, чего я хочу, – ответила Татьяна. – Можем вдвоем, можем втроем, с Владом. Хотя, не думаю, что стоит вовлекать сына, но могу и его подключить. И ты знаешь, за кого он.
– За справедливость? – с надеждой спросил Ленский.
– За меня, – ответила Татьяна Викторовна. – С оплатой счёта не задерживай. Он авансовый. И так, для информации, суды никто не отменял. А мы с тобой почти тридцать лет жили. Почти счастливо.
Вызов был сброшен.
Константин Львович с тоской посмотрел на телефон.
Вечером того же дня Ленский сидел за столом с тарелкой ароматного борща и жаловался невесте на свою несчастную жизнь. Настроение было испорчено звонком бывшей жены, и даже вкусный борщ не мог его исправить.
– Так и сказала, мол «суды есть и тридцать лет вместе жили»! Сука! И Влада ещё привлечь хочет. А мы только-только с ним контакт наладили. Ну как так! В спину бьет! Всё, как всегда. Всегда исподтишка жалила, змеюка.
– Перестань, – Кира нахмурилась, погладив большой живот. – Не хочу слышать гадости про твою бывшую жену. Раз тридцать лет жили – значит у тебя был повод. Тем более, она от тебя сбежала, а не наоборот. Денег жалко?
– Жалко! – признался Константин Львович. – Вот жалко! Я ей денег – а она хвостом будет крутить! Так нечестно!
– Фу, на тебя, Ленский, – Кира отвернулась, на её лице читалось разочарование.
– Ну, ладно, Кирочка! Ну, ты что! Она вообще-то взрослая женщина! Почему я её должен содержать? Где такое написано?!
– Она твоей женой работала. Ты ей пенсию должен за вредность, – Кира улыбнулась. – А если серьезно, то, конечно, вам это стоит обсудить. Тем более в суд же она не идет, значит готова к переговорам. Вот и обсудите. И, может, она еще замуж выйдет. Интересная же женщина. Пусть тогда у нового мужа голова болит.
Константин вздрогнул, представив бывшую жену под венцом с каким-нибудь подкаченным красавчиком, лет на двадцать её моложе.
– Или у меня. Ещё и её нового мужа содержать… Ох, грехи мои тяжкие… А борщ очень вкусный! Просто восхитительный. Ты такая хозяюшка, Кирочка! – Константин обнял невесту.
– Я его из ресторана заказала, – ответила смущенная Кира.
– Пофиг, все равно хорошая хозяюшка! – сказал Ленский, не разжимая объятий.
***
Ирина грустно смотрела на бампер впереди стоящей машины и нервно постукивала пальцами по рулю. На номере машины перед её глазами красовалось издевательская надпись: «Есть мигалка, но я скромный!». Добираться до работы из Юлькиного гетто было невыносимо. Теперь она тратила три часа на дорогу вместо сорока минут! Три часа жизни! Жуть.
Добравшись до офиса, она с удовольствием плюхнулась в любимое кресло и поправила маленькую фигурку котика у монитора. Ввела рабочий пароль и – ничего! «Неверный пароль» высветилось на экране. Ирина повторила попытку. А потом ещё раз! На пятый раз она позвонила местной техподдержке – системному администратору с кошачьим именем Вася.
– Привет, Вась! Что за дела? Почему у меня комп не включается? Пишет – «неверный пароль». А он верный! Зуб даю!
– Ириш, ты что? Мне вчера Анатолий Степанович сказал, что ты увольняешься и велел пароль твой удалить.
Ирина едва удержала трубку в руках. Новость была несколько неожиданной. Сердце стало отбивать тревожную чечётку.
Тут в офис вошел её непосредственный руководитель и, заметив девушку, махнул рукой, приглашая за собой. На ватных ногах она вошла в его кабинет.
– Ирина Павловна, врать не буду, никаких к вас претензий нет! Но сами понимаете, санкции! Народ на сберегательную систему потребления перешел. Корма теперь через три моря везем и втридорога. А покупают их меньше. Скоро по старинке, мышей будут котики есть. Вот, принято решение сократить персонал, – глазки Анатолия Степановича слегка бегали.