Олеся Рияко – Изумрудная песнь (страница 3)
– Что это значит?! – едва не плача воскликнула перепуганная девушка.
– Отпустите её! Немедленно! – вступилась за подругу Нера, бросившись расцеплять руки сумасшедшей аданы. – Вы что, не видите, что пугаете её! Я же говорила, что не стоило нам сюда идти!
– А ты… – прохрипела прорицательница прямо в лицо Нерандиль, обдав её гнилостным духом, и тут же выпустила руки Эрисин, яростно вцепившись в запястья, – ты… ахах! Ха-ха-ха!
На женщину было страшно смотреть, она заливалась жутким, разрывающим смехом, который, казалось, причинял ей боль. Сумасшедшая адана хохотала сгибаясь пополам и белые глаза её при этом заливали слёзы.
– Пойдём скорее! – Нера схватила остолбеневшую от ужаса Эрисин за руку и потянула вслед за собой к выходу.
– Постой, она ещё не сказала…
– Ты разве не видишь, она не в себе! Нет, не стоило нам сюда приходить!
– Беги! – Исступлённо крикнула ей вслед прорицательница, продолжая захлёбываться жутким смехом. – Беги быстрее, а всё равно не убежишь от своего анарэна! Да! Найдёт, учует! Аха-ха! Да здравствует грязная кровь! Ура, грязной крови, во славу милостивой Лантишан! И Моанис больше не будет единственной грязной аданой Чернолесья!
Глава 3
– Ну, не молчи! – жалобно простонала Эрисин за спиной у Неры и потянула её за рукав платья. – Скажи, что я была неправа, что зря заставила тебя пойти. Что я глупая, легковерная…
– И зачем что-то говорить, если ты и так всё знаешь. – Буркнула эльфийка, продолжая упрямо идти вперёд по тропинке вёдшей к оврагу и дальше к их родной деревне.
– Чтобы я знала, что ты на меня не дуешься.
– Я и не дуюсь.
– Оно и видно. – Язвительно фыркнула Эрисин и, прибавив шаг, поравнялась с девушкой. – Спасибо, что пошла со мной, я бы без тебя точно пропала.
– Ну, ещё бы. – Проворчала эльфийка, особо яростно хлестнув древком стрелы по перегородившему тропинку листу папоротника.
– Ты сильная, – продолжила льстить Эрисин, надеясь таким нехитрым способом загладить свою вину, – я так и не научилась из лука стрелять, а ты ещё и нашим охотникам фору в меткости дашь. И как ты только не испугалась, когда она начала предсказывать!
– Ничего она не предсказывала. Разве ты не поняла, что она просто та, кем все её считают – сумасшедшая адана, совсем помешавшаяся на своём видении, которое не стоит и выеденного яйца. Мало ли что привидится, если питаться одним только мхом и сырой рыбой.
Эльфийки рассмеялись и тут же смущённо переглянулись – не очень-то и вежливо было шутить над чужим безумием.
– Жалко её. – Высказала общую мысль Эрисин. – Совсем одна там, ещё и отлучена от Фелиамэль Лантишан. Я бы наверно тоже с ума сошла. Пожалуй, Эвандоэле Мудрому стоило проявить к ней чуть больше милосердия.
– Думаю, он и проявил. – достаточно жёстко ответила Нерандиль. – И не только к ней, но и к другим эльфам. Ты разве не слышала, что когда Эвандоэле отказался провозгласить её сон пророческим, она не остановилась, а начала проповедовать всем, кого видела, да ещё и столько шуму на Фииамэль Лантишан навела, что этот скандал ещё до следующего обсуждали.
– Да, может она и сама виновата… но всё же мало ли до чего может довести безумие? Наверно следовало отправить её в Сонный Дол, быть может, там бы кто-то позаботился о ней…
– А ты не знаешь? Её и отправили. Но ты же видела, такую попробуй удержать. Она сбежала и опять взялась за своё и только после этого Мудрейший изгнал её. Ну, не запирать же бедняжку, в самом деле, и уж точно не казнить. Поэтому как посмотреть, может это и была…
Нерандиль запнулась, так и не закончив своих слов. Её взгляд привлекло что-то в стороне от тропы и она встала на месте, пытаясь понять, что же она видит.
– Нера? Что-то случилось? – взволнованно спросила Эрисин, пытаясь понять, куда же смотрит её подруга.
Девушка подняла ладонь вверх, призывая её остаться на месте и не двигаться, а сама неслышно углубилась в заросли папоротника, устремляясь туда, куда вело её чутьё следопыта.
Ветки кустарников. Обломанные так, словно кто-то долго прятался среди них, а потом в один миг выскочил вперёд. И судя по огромным следам от тяжёлых сапог, оставленных во влажной земле, это был совсем не дикий зверь.
Хотя, как посмотреть.
Склонившись к поломанным веткам, Нера взяла одну и принюхалась. В её ноздри ударил запах костра, животного жира, металла и пережжённой полыни, смешанной с берёзовым углем и пчелиным воском. Этот набор ароматов она никогда не ощущала прежде, но прекрасно знала, что он означает.
Не чувствуя ног от страха, она вернулась к подруге и, схватив её за руку, заставила вместе с собой пригнуться к сырой земле, а после, взволнованно оглянувшись вокруг, прошептала ей в самое ухо.
– Эрисин, только ни звука, прошу. Здесь прошли бурвадеги.
– Что! – едва не закричала та, но вовремя сама зажала себе рот.
– Кажется, четверо, хотя там дальше тоже поломаны ветки, так что, может и больше. Они были здесь совсем недавно и схватили кого-то на этой тропе.
– О, милостивая Лантишан!
– Тише, тсс… если будем вести себя осторожно, нас не заметят. Может, они вообще уже ушли далеко отсюда.
– Надо скорее бежать в деревню!
– Не так быстро. Нужно убедиться, что мы не встретим их на пути, проследить, куда они пошли. Это может быть опасно. Пожалуй, тебе стоит подождать меня здесь.
– Нет-нет, не оставляй меня! – Вцепилась в её руку подруга, – Мне страшно, у меня же даже нет никакого оружия!
– Оно и не понадобится, если будешь тихо себя вести, а я вернусь сразу же, как только выйду на их след.
– Нет, Нера, я тут не останусь ни в коем случае! Я буду тихо себя вести, честно! А потом мы вместе отправимся в деревню.
Маленькие ручки Эрисин сжались на рукаве Неры, до боли стянув материю. По бесконечному ужасу во взгляде девушки было понятно, что она от своего точно не отступится.
– Ну, хорошо. – сдалась эльфийка, – Только слушай меня и ни звука. Если скажу бежать – беги, скажу не дышать…
– Молча задохнусь. Всё что угодно, Нера, только не оставляй меня здесь! – тихо прохныкала Эрисин, глядя на неё с надеждой.
Следы бурвадегов петляли в зарослях в стороне от тропинки. Нерандиль видела капли крови на дереве, под которым их нашлось особенно много, там же валялся изломанный лук и колчан с рассыпанными вокруг него стрелами.
Рассмотрев следы, девушка углядела среди орочьих тяжёлых сапог едва заметные эльфийские. Должно быть, в засаду врагов угодили двое охотников, решившись отправиться за дичью пораньше и так некстати выбравших именно эту тропу.
Нерандиль бесшумно шла вперёд, высматривая неумелых налётчиков-бурвадегов, словно тараном прошедшихся по лесу, оставляя за собой сотни следов, поломанных веток и примятую траву.
Лес – был чуждой средой для дикарей, привыкших к открытым равнинам, бескрайним полям и голым скалам. Быть может, в своей стихии бурвадеги и были матёрыми разведчиками и скрытными убийцами, но здесь, среди высоких деревьев, кустарников и влажной земли от обнаружения их спасал только фактор неожиданности – никто из эльфов даже в дурном сне предположить не мог, что орки заберутся так далеко от своей вотчины. Ведь зачем бы им это?
Справившись с эльфами, орки потащили их в сторону реки. Должно быть, там располагался их лагерь – подумав об этом, Нера оглянулась на Эрисин, но так ничего ей и не сказала. Ведь сделай она это, та непременно начала бы отговаривать её и тянуть обратно в деревню… но что толку пойти по следу и не настигнуть врага? Нерандиль нужно было увидеть неприятеля и собрать как можно больше сведений о нём, чтобы помочь своей деревне подавить это нежданное нападение.
Шум реки уже был отчётливо слышен, хотя эльфийки ещё не видели её берега. Вдруг воздух впереди взорвался истошным криком боли и последовавшим за ним гортанным смехом. Наслаждаясь пытками пленников, орки ржали так, будто в жизни не слышали ничего смешнее.
Их было пятеро, как и предполагала Нера. Невероятно огромные и в высоту, и в ширину плеч, косматые, одетые в кожаные доспехи с кольчужными и броневыми вставками, мерцавшими в лунном свете так же ярко, как воды реки, беспечно бежавшей позади них.
Выйдя к берегу, девушки затаились в высокой траве, залегли в неё бесшумно и почти не дыша все обратились в слух и зрение.
Один из жутких бурвадегов, самый кряжистый и грузный, с совершенно безумной перекошенной мордой держал за ноги эльфа, перевернув его вниз головой. Лицо несчастного больше напоминало кровавое месиво, но по ярко-алому платку на шее, который теперь сложно было разглядеть на фоне пропитавшейся его кровью разодранной рубахи, Нера узнала в нём Йери, деревенского дурачка. Безобидного, но непроходимо глупого и к тому же за всю свою жизнь не сказавшего ни одного слова, кроме “ну” и “смотри-ка”. Вот и сейчас, вися вниз головой, он жалобно плакал, снова и снова повторяя:
– Ну… ну-у…
– Животные, – едва сдерживая слёзы, прошептала Эрисин и сжала кулаки, выдирая из земли мелкую сорную траву. – Нужно скорее бежать в деревню, собирать охотников, может, бедного Йейри ещё удастся спасти…
– Тсс! Смотри, кто это там. – Одёрнула её Нера, вглядываясь в берег реки за спинами бурвадегов.