Ласточке
тают наши города
накануне долгой осени —
наступают холода —
(в роковом многоголосии
догорает огород —
перелётные снимаются…)
разбегается народ…
телезрители свыкаются
с монотонной чехардой —
канонада да рыдания
(жить с технической водой
можно долго…)
до свидания!
далеко видать с горы —
(как не вспомнить здесь про Воланда);
из-за жажды и жары
притупилось чувство голода
Вместо репортажа
месяц не было связи —
ни грошей, ни воды
(выбирались из грязи,
как Москва из Орды)
ни к чему разговоры —
ложь ловили на слух…
(узаконить поборы
за войну и испуг?!)
оправдавшие напад
снова точат клинок
(ляжет солнце на Запад,
если встанет Восток)
«здесь не сено, а манна…»
здесь не сено, а манна
застилая лиман,
солнце в сети заманит
серебристый туман
утро тянет волынку,
но блеснули лучи
и прохладную дымку
заключают в ночи
так, приветствуя просинь
переливами рос,
входит в раннюю осень
золотой сенокос
По словам очевидца
нет ни Варяга, ни Грека
Ялта убит разрывной
(чтобы достать человека,
нужен тебе позывной?)
милая девушка-снайпер,
ты же невеста и мать…
(хитросплетения найма
нам никогда не понять)
Чёрно-белое движение
двери закройте – чёрная масса —
дети Одессы и дети Донбасса —
новую расу выдал халдей
бьёмся и курим с первого класса —
нам не досталось зрелищ и мяса —
нам не хватает светлых идей
вам непонятны наши заботы? —
без перспективы и без работы —
шахты закроют – заводы стоят;
взвейтесь кострами, чёрные ночи!
мы – добровольцы – дети рабочих — 
