Олеся Григорьева – Пророчество чужого мира. Книга 2 (страница 9)

– Почему тогда вы сами не придете в момент затмения на эту Драконью гору и не поможете Королю? – спросила собеседница.

«Или Герцогу, – про себя добавила девушка, – откуда мне знать, на чьей вы будете стороне».

– Мы не вмешиваемся в жизнь людей, нас это не касается. Ваши жизни всего лишь мгновение. У вас есть свои Хранители, которые решают вашу судьбу.

«Это она сейчас про Короля, или про Герцога. Или это вообще про кого-то еще», – снова не поняла слушательница.

– Судьба этого мира и твоя судьба тесно переплелись, поэтому ты оказалась здесь. Будь на Драконьей горе в день солнечного затмения и исполни свою роль.

– Но я всего лишь хочу попасть обратно домой. Какая эта роль? – недоуменно произнесла Франческа.

– Та, что отведена тебе Пророчеством.

«Начинаю понимать людей, которые не любят эльфов, – стала раздражаться девушка. – Почему просто нельзя сказать все четко и ясно».

– Я прошу прощения у уважаемой королевы Ариадны, но вы не подскажете, а каком Пророчестве идет речь?

– Пророчество одно: в день солнечного затмения придет человек, отмеченный печатью Змея, и решит судьбу этого мира, – произнесла королева эльфов.

«Надеюсь, что затмения у них тут бывают часто, потому что это точно не про меня, – с облегчением выдохнула Франческа. – Татуировка, сделанная от нечего делать в юности, еще не делает меня каким-то спасителем и человеком из легенд. Я окажусь на этой горе, только чтобы попасть домой». Убеждать эльфов, что они ошиблись, у девушки не было никакого желания. Не убили и ладно. Поэтому, не став больше спорить, она замолчала. Королева еще раз внимательно посмотрела на нее.

– Аудиенция закончена, – сказал эльф, который привел ее сюда. – Следуй со мной.

Франческа пошла за провожатым. Королева Ариадна все еще внимательно смотрела ей вслед, а Себастьян молча стоял у выхода в зал совета. Эльф проводил ее обратно в комнату, где остались Алек и Беатрис. В дверях он сказал, что утром их сопроводят до границ леса, а сейчас они могут передохнуть. Франческа зашла внутрь, дверь за ней закрылась.

Пока ее не было, людям принесли еду. На столе стояли тарелки с орехами, ягодами и какими-то травами. Рядом был кувшин с водой. Беатрис сидела за столом, а Алек мерил шагами комнату. Когда девушка вошла, он остановился и с вопросом посмотрел на нее.

– О, еда, – сказала вошедшая и, сев за стол, потянулась за орехами.

– Франческа! – возмутился он. – Где ты была? Что там было?

– А вы знали, что за вторжение в Эльфийский лес полагается смерть? – невинно спросила она, отправляя в рот орех и наслаждаясь беспокойством на лице Алека.

– Да! – хором ответили брат и сестра.

– А, ну тогда это не новость.

– Нас что, приговорили к смерти? – тихо произнесла Беатрис побледнев.

Франческа не могла издеваться над бедной девушкой, поэтому сразу ее успокоила.

– Нет, что ты. Себастьян за нас заступился, и то, что ты спасла того раненого эльфа, тоже сыграло роль. Вроде как, нас не убьют.

– Вроде как, – повторил охотник раздражаясь. – Да о чем вы там вообще говорили?

– Ну вот об этом и говорили, если вкратце, – Франческа очень не хотела пересказывать всю историю с Пророчеством и с тем, что ее точно с кем-то перепутали, отпустили и ладно. – А вы тут как?

– Ты невозможна, – процедил Алек, и судя по тону, это был вовсе не комплимент.

– Ничего не происходило, – ответила Беатрис, – нам принесли еды и все. А что дальше?

– Эльф, который меня привел, сказал, что завтра нас проводят до границ леса, – сжалилась собеседница над слушателями, – поэтому предлагаю подкрепиться и спать.

Проснувшись на рассвете, люди доели принесенную вчера еду. Небо заволокло белыми низкими облаками, которые говорили о том, что день будет пасмурным. Это не прибавило хорошего настроения. Дверь в комнату, где их разместили, открылась, на пороге стоял Себастьян.

– Следуйте за мной, я отведу вас до границы леса, – с порога сказал тот и отступил в сторону.

Люди переглянулись и пошли за ним. В утреннем свете Город эльфов нисколько не потерял своего очарования. Из-за низко нависших облаков, тут и там в них терялись кроны деревьев, создавая ощущение нереальности окружающего пространства. Зеленые кроны вперемежку с белыми облаками выглядели настолько невероятно, что у Франчески снова захватило дух от окружающей их красоты. Всю дорогу она вертела головой в разные стороны, стараясь запомнить эту потрясающую картину, ведь была уверена, вряд ли когда-то в своей жизни увидит что-то подобное.

Листва была настолько плотной, что полностью закрывала землю внизу. Но по направлению движения люди догадались, что они идут в противоположную сторону, той с которой пришли. Они насквозь прошли Город и остановились у маленькой деревянной платформы. Вниз уходила такая же веревочная лестница, по которой они вчера поднимались. Алек снова сделал приглашающий жест Франческе быть первой.

– Нет уж, давай ты, – отмахнулась она, припоминая вчерашние едкие комментарии.

– Хорошо, – спутник пожал плечами и стал спускаться.

Франческа видела, как конструкция раскачивается из стороны в сторону под тяжестью мужчины, и очень обрадовалась, что это не ее там сейчас болтает. Вчера, когда Алек придерживал лестницу снизу, подниматься было намного проще. Но либо там никого не было, либо эльфы не собирались помогать спуститься людям. После брата последовала Беатрис. Мужчина снова встал внизу и придерживал веревки для спутниц, чтобы не сильно раскачиваться при спуске. У земли Алек помог сестре.

Разглядев, что Беатрис спустилась, Франческа села на край платформы. Памятуя, что, поднимаясь, она хваталась за лестницу сбоку, теперь так же поставила ноги поперек перекладины, ухватилась за палки руками и начала осторожно и медленно спускаться. Очень не хотелось сорваться и свернуть себе шею. Казалось, что подниматься было проще, там хотя бы видно, куда взбираться. Сейчас она боялась даже посмотреть вниз, чтобы не закружилась голова, и поэтому спускалась на ощупь.

Уже почти добравшись до земли, Франческа вдруг почувствовала, что натяжение веревок пропало и ее качнуло в сторону. Это Алек отпустил лестницу, чтобы подхватить девушку и помочь преодолеть последние перекладины.

– У тебя уже выходит намного лучше, – охотник насмешливо тихо сказал это над ухом.

Франческа спрыгнула на землю и откинула его руки со своей талии. Отойдя на пару шагов и скрестив руки на груди, она стала ждать Себастьяна. Алек тоже отошел от лестницы, не став ее больше придерживать. Но эльф очень умело и грациозно преодолел спуск, быстрее любого из них. Внизу уже ждали шесть провожатых. Франческа заметила, что в руках у них мешки с их вещами, значит, их, и правда, решили отпустить. Таким отрядом двинулись в путь. Все передвигались молча, Себастьян шел впереди, погруженный в свои мысли. У Франчески осталось много вопросов об эльфах, поэтому она догнала его и спросила:

– Себастьян, могу я задать несколько вопросов?

Провожатый повернулся к ней, ожидая, что у девушки остались вопросы о том, что было на совете или почему их отпустили, и кивнул. Но первыми же словами она выбила его из колеи:

– А почему у всех на совете были белые волосы, как у тебя?

«Пфф», – это Алек отвесил непереводимый комментарий у нее за спиной, когда услышал ее вопрос. Девушка решила не обращать внимания и продолжила:

– И есть эльфы с другими волосами. А в историях, которые пересказывают люди, вы все беловолосые. Как так?

«Кхе-кхе», – снова раздалось покашливание охотника за спиной. На этот раз говорившая обернулась. У мужчины был настолько суровый вид, что Франческа даже не поняла, что на этот раз сделала не так. Ведущая непринужденную беседу подняла брови:

– А что такого, – возмутилась она, – кто еще мне это расскажет, как не сам эльф.

Себастьян искоса посмотрел на них. Эти люди ему искренне нравились. А то, как они общались между собой, вызывало улыбку, которая немного развеяла его мрачное настроение.

– Те, кто был на совете – высшие эльфы, это наши правители, самые старшие и мудрые из нас, – начал рассказчик. – Наше время идет не так, как ваше, людское. И волосы… Для нас лес, это наш дом, он питает нас, охраняет, и мы всегда находимся в слиянии с ним. У молодых эльфов волосы темные, как ты видела. Но потом те из нас, кто достигает больших высот в своем мастерстве, получает опыт и знания, и достоин стать членом совета, преображаются. Если быть усердными, то, по прошествии трех или пяти сотен лет, мы меняемся. У вас это, кажется, называется сединой.

Глаза Франчески стали как два блюдца. «Три или пять сотен лет», – повторила слушательница про себя.

– Вот черт! Прости я не знала… то есть извините… я хотела сказать, что не хотела вас обидеть, – начала заикаться она, не находя слов.

«Пфф», – снова раздалось за ее спиной. Этим коротким звуком Алек как бы очень отчетливо сказал, что он говорил уважительно относиться к эльфам. Это совсем не помогало Франческе найти слова извинения.

– А я ей говорил, – тихо произнес брат, обращаясь к Беатрис.

– Алек, ну не надо, – примирительно возразила его сестра, которая отлично слышала весь разговор. – Она же не нарочно.

– Пфф. Еще бы она это делала нарочно, – снова фыркнул мужчина.

Ее замешательство очень позабавило Себастьяна, но он решил больше не смущать девушку: