Олеся Грибовская – Каньон. Том 2. Алые крылья (страница 1)
Олеся Грибовская
Каньон. Том 2. Алые крылья
Вновь разгорается огонек
Рейд ощутил запах пропитанных солью водорослей, не открывая глаз. Голова кружилась даже в лежачем положении, и дышать было практически невозможно из-за подкатывающей к сердцу боли.
Рейд попытался чуть двинуть головой, инстинктивно пытаясь вдохнуть воздух. Сквозь веки ударил резкий белый свет. Откуда-то снизу пробивался теплый запах дубовых стружек. Рейд снова почувствовал болезненный удар сердца, и на этот раз от воспоминаний. Все возвращалось назад по спирали. Сознание еще не вырвалось из тумана обморока и болевого шока, но уже приходило ощущение, что ранение окончилось не смертью. Что-то странное давило изнутри. Рейд резко открыл глаза, заранее приготовившись к атаке света. На удивление, свет оказался теплым, но все равно мучил ослабевшее зрение. Рейд моргнул, пытаясь сфокусироваться. Что-то заслонило яркую лампу, тень плавно последовала за его взглядом, не давая смотреть на свет.
– Рейд, ты меня слышишь?
Голос Буаро прошел сквозь ватную оболочку и укрепил наплывшее чувство повторения. Рейд смотрел на командира крепости, медленно осознавая, что он даже руки скрестил так же, как и в тот первый раз. Запахи водорослей и дуба обволакивали, увлекая в новый обморок. Рука, появившаяся откуда-то сверху, мягко коснулась рта, и Рейд ощутил на языке горький привкус.
– Это поможет минут через десять.
Голос Буаро довольно резко вмешался в ожившее воспоминание. Рейд заставил себя не закрывать глаза и попытаться посмотреть на командира. С ним было связано что-то важное, только он еще не мог вспомнить что.
– Пока лекарство действует, я тебе напомню немного о произошедшем.
Буаро уже не в первый раз точно ощущал, что именно надо сказать.
– После битвы, где вы с Диком чуть не погибли, прошла уже неделя. Мы смогли вас вытащить только через сутки, спасибо Псу: он нашел в себе силы не паниковать и смог дождаться ночи, чтобы вывести разведотряд.
Дик. Пес. Имена застучали в голове, оставляя ощущение недосказанности, чего-то важного, но забытого.
– Дик жив, с ним все хорошо.
Слова Буаро прозвучали ровно в тот миг, когда в голове Рейда словно вспышкой высветило перекошенное яростью и гневом лицо брата. Дурнота снова накатила, и Рейд закрыл глаза, спасаясь от лавины воспоминаний. Пробуждение наступило внезапно, сразу расставив по местам события недельной давности. Значит, Дик не ошибся в своих, им удалось добраться до ямы и вытащить их обоих. Обоих…
Лекарство начинало действовать, заставляя держаться на поверхности, не погружаться в ватную дымку. Рейд снова перевел взгляд на Буаро. Тот молчал в ожидании, видя его состояние. Встретившись взглядом с Рейдом, он будто немного поежился, но не отвел взгляд.
– Рейд, прежде чем продолжить, я хотел бы извиниться перед тобой.
– Что, простите?! – Слова вырвались против воли, настолько он был изумлен. Голос после долгого молчания прозвучал хрипло, незнакомо, пугающе-громко. Непонимание понемногу разрушало иллюзию повтора. Тогда он был хоть примерно, но все же готов к тому, что может увидеть и услышать.
– Извиниться за то, что так обошелся с тобой. В момент, когда впервые за долгие годы ты наконец обрел семью и шанс на свободу, я запер тебя, как преступника, и связал по рукам и ногам.
Буаро провел по лицу рукой. Рейд с изумлением смотрел на него, не отрывая глаз. Голос командующего чуть дрожал от нескрываемого отвращения. Это было удивительно, но, несомненно, воспоминания о своем решении причиняли Буаро боль и вызывали стыд.
– Если бы не мое решение, для вас с Диком все могло бы сложиться по-другому. – Буаро говорил медленно, через силу, рука на колене побелела от напряжения. Тихий, глубокий внутренний вдох – и Буаро поднял на Рейда глаза. Пристальный взгляд был пронизан переживанием и сочувствием, но уже обрел обычную твердость и уверенность. – В этот раз все будет иначе. Когда поправишься, ходи где хочешь. Весь наш Каньон открыт для тебя.
Он встал и сделал шаг к двери. Рейд, скользивший за ним взглядом, только сейчас заметил повешенный на крючок белый плащ. Действительно, Буаро сидел рядом с ним в одной рубашке. Где-то далеко в сознании щелкнуло укором: расслабился, надо бы такие детали сразу замечать.
Буаро снова вернулся на свой стул, держа что-то в руках. Через мгновение Рейд ощутил правой ладонью холодный металл, и рука Буаро сомкнула его пальцы на такой знакомой рукояти.
– Пламя я тоже оставляю с тобой. – Буаро продолжил свою мысль с того же момента, как оборвал ее. – Думаю, так тебе будет спокойнее среди нас.
Рейд собрал все свои силы, чтобы притянуть кинжал поближе. Буаро моментально убрал руку, чтобы не мешать ему, но его легкое движение нечаянно помогло Рейду осуществить задуманное.
На губах Буаро на секунду возникла игривая, почти мальчишеская улыбка. Рейд снова вспомнил их первую встречу – как настороженный, поседевший командир крепости пытался разговорить его, а он пытался поверить, что этот суровый, уставший человек всего лишь на пять лет старше его. Улыбка давала хоть какой-то шанс поверить в такую небольшую разницу в возрасте.
– Я еще хотел сказать тебе, что слова о твоей свободе в Каньоне не просто формальное разрешение. – Буаро чуть запнулся, с волнением глядя Рейду в глаза. – Я не хочу давить на тебя и заставлять делать выбор, но, если ты захочешь присоединиться к нам или просто взлететь в небо, мы всегда рады тебе. Ты можешь в любой момент по своему желанию построить корпус – любой из Лётных, если надо, поможет тебе.
Рейд ощущал уже не просто непонимание, а шок от абсурдности происходящего. Лекарство, как ни странно, подействовало, и он уже не испытывал такого жуткого головокружения, но одних слов Буаро могло хватить, чтобы и при здоровом теле лишиться рассудка. Рейд в потрясении молча смотрел на Буаро, пытаясь осознать услышанное.
– Вы не казните меня? – Рейд понимал всю глупость, почти детскость вопроса, но других слов не мог подобрать даже мысленно.
– Что?! – Теперь уже Буаро смотрел на него непонимающим взглядом.
– Я вынес планы крепости и дал Фрегу в руки оружие против ваших семей. – Рейд не знал, как объяснить главе Каньона, что за такие поступки не гладят по голове. Особенно люди, которых он мимоходом обрек на гибель. Дик вот за пару секунд все тогда понял…
Даже мысленно произнесенное имя брата кольнуло так, что он сильнее вцепился в Пламя, пытаясь удержать себя в сознании.
– Рейд, ты выполнял приказ. Ни у кого и в мыслях нет винить тебя за верность Легиону, которую в тебя вколачивали с рождения. – Буаро посмурнел, замедляясь к концу фразы. – Ты, наверное, думаешь, что Дик из всех нас единственный в здравом рассудке и что только он по-настоящему понял, что ты натворил. Это не так. Мы все понимаем и видим последствия. Просто относимся к жизни иначе. И сам Дик будет очень долго уничтожать себя за то, что наделал в припадке ярости.
Слово «уничтожать» вспыхнуло в середине фразы – Рейд мысленно отметил его как что-то чужеродное среди остальных. Многолетний инстинкт заставил его забросить слово в мысленный запасник на потом. Сейчас он слушал Буаро, изо всех сил стараясь ничего не упустить.
– Он был просто не в себе, когда понял, что сделал. Пришел в себя дня три назад и, пока ему говорили, что ты без сознания, толком ни еду, ни лекарства не брал. Проблема в том, что его обмануть практически невозможно. Ну и заставить что-либо делать, если не хочет…
Буаро затряс головой: вероятно, понял, что сказал лишнее.
– Еще кое-что важное. Я попросил пока ограничить доступ к тебе, так что ты сможешь немного разобраться в своих мыслях. Это была еще одна моя большая ошибка – обрушить на тебя знакомство сразу со всей семьей. Мы все решили, что ты навестишь их, когда сам захочешь. Если захочешь, – поправил себя Буаро. – С командой Дика я, к сожалению, не в силах говорить по-человечески, но все же теперь тебе не придется общаться, если ты не готов к этому. Я надеюсь.
На лбу Буаро залегла складка. Чувствовалось, что он не был уверен в своих обещаниях. Рейд заметил, что, пока Буаро говорил, он пару раз бросил взгляд на дверь, и ему на секунду показалось, что чей-то силуэт перекрыл световую полоску за дверью.
Буаро снова встал, на этот раз, похоже, окончательно собравшись уходить.
– Я скажу сестрам, что ты очнулся, – может, тебе удастся немного поесть. Отдыхай пока и не очень думай о том, что я сказал. Все равно в ближайшие пару дней тебе будет сложно все это осмыслить.
Буаро стоял посередине комнаты, уже держа в руках плащ. Губы чуть подрагивали. Снова он колебался, прежде чем что-то сказать. Один разговор, а напряжен, будто гуляет под обстрелом…
– Рейд, я знаю, что ничем не заслужил этого, но могу я кое-что у тебя попросить?
Глава крепости стоял посреди палаты, закусив губы, как школьник, и с волнением ждал ответа морского легионера.
Рейд устало закрыл глаза. Информации было и правда слишком много для его состояния. После того, что он услышал, казалось, он уже ничему не способен удивляться.
Каньон казался фантасмагорией, и Рейд уже не был уверен, что пришел в сознание и все воспринимает здраво.
– Просите что хотите, мне все равно.
Как ни тихо это было сказано, Буаро услышал и удовлетворенно кивнул.