Олег Вовк – Четыре мушкетёра, или Мочалкой по черепу (страница 2)
– В левом, – лениво откликнулся Атос.
– В правом, – предположил Арамис.
– Вот и не угадали, – печально вздохнул д’Артаньян. – В обоих.
Тут и Атос с Арамисом услыхали колокольный звон.
– Пусть меня повесят, если это не монастырь! – обрадовался Арамис.
– Лучше бы тебя повесили! – недовольно пробурчал д’Артаньян.
Через несколько минут пути они действительно увидели впереди зубчатые стены монастыря. Арамис спешился:
– Господа, вы тут пока отдохните, а мне необходимо побеседовать с настоятелем. Вы же знаете, стать аббатом – мечта всей моей жизни. А сейчас мне нужна только малюсенькая консультация, так что я мигом!
И он убежал вприпрыжку.
Атос хмыкнул:
– Если это женский монастырь, мы скорее поседеем, чем его дождемся.
– Это почему? – встревожился д’Артаньян.
– Да вы что, д’Артаньян, тупой, что ли? – с легким раздражением отозвался Атос. – Арамис мечтает стать настоятелем женского монастыря, но никак не мужского!.. Только ни черта у него не выйдет! – с усмешкой добавил он. – Это все равно, что запустить козла в огород!
– Но как же можно! – поразился гасконец. – Ведь монашки – христовы невесты и…
– И он быстренько на них переженится, причем на всех по очереди!
– Ну и ну! Да он просто сексуальный маньяк!.. Но неужели Арамиса всегда тянуло к женщинам? Интересно, а кем он мечтал стать в детстве? Ну, скажем, моряком там, космонавтом или…
– Гинекологом, – сплюнул Атос, закрывая эту тему.
Стемнело. Взошла луна, и завыли волки. Д’Артаньяна передернуло. Он не очень любил волков. Любил, но не очень. Поэтому он предпочел залезть на дерево.
Заметив его беспокойство, Атос ухмыльнулся:
– Ну, это вы зря! Самые страшные звери – это жены! Отберут у вас всю зарплату и даже на бутылку не дадут! – с внезапным раздражением сказал он. – Мой вам добрый совет, д’Артаньян – никогда не женитесь!.. А волки – что! – Атос беспечно махнул рукой. – Просто дикие собаки, которые заблудились в лесу!
Через минуту он уже храпел. Д’Артаньян, как ворона восседавший на суку, тоже начал клевать носом и едва не свалился с дерева. Он каркнул от испуга и замахал руками, словно крыльями, чтобы сохранить равновесие.
«Да так можно и шею свернуть! Слезу-ка я от греха. Интересно, Атоса еще волки не съели?» – подумал он, спускаясь на землю.
Однако он напрасно беспокоился за друга. Атос был настолько проспиртован, что звери обходили его за несколько лье.
– Пойти пройтись, что ли, может сон разгоню, – решил гасконец, с хрустом потягиваясь.
Ноги сами собой понесли его к аббатству. Освещенные призрачным светом луны, старинные стены монастыря навевали ощущение чего-то таинственного. Подкравшись к стене, д’Артаньян попробовал с ходу ее перемахнуть, но зацепился штанами за колючую проволоку.
– Вай! – вскрикнул он, уколовшись.
Исцарапавшись, как мартовский кот, д’Артаньян мешком перевалился на ту сторону. Отряхиваясь, он огляделся по сторонам и обнаружил, что находится на монастырском кладбище. Это открытие его не слишком порадовало. Сердце гасконца ёкнуло и переместилось в аппендикс.
Стараясь ступать как можно тише и осторожнее, словно он шел по минному полю, наш герой двинулся вперед. В этот момент луна полностью очистилась от туч, затемнявших ее лик, и стало гораздо светлее. Д’Артаньян заметил какого-то человека в монашеской рясе, который, казалось, отдыхал возле одной из могил. Решив, что это, должно быть, кладбищенский сторож, д’Артаньян поспешил к нему, в надежде что-нибудь разузнать об Арамисе.
– Хорошая погодка, не правда ли? – заискивающе обратился он к монаху.
– Да, неплохая, – равнодушно согласился тот.
– Вы разрешите присесть? – вежливо спросил д’Артаньян.
– А чего ж, садись, – благодушно отозвался монах.
– Да, погодка просто прелесть, – продолжал д’Артаньян, усаживаясь на могильную плиту. – И луна так ярко светит…
Монах ничего не ответил. Он по-прежнему неподвижно сидел на надгробии, засунув руки в рукава и низко свесив голову в капюшоне.
– А вы, должно быть, сторож этого кладбища? – поинтересовался гасконец, стараясь разговорить своего немногословного собеседника. В ответ тот лишь отрицательно покачал головой.
– А, вы, наверное, просто вышли подышать свежим воздухом? – предположил д’Артаньян.
– Точно, – сказал монах. – Вышел. Мы всегда в это время выходим.
– Кто вы? Монахи?
– Нет, мертвецы.
Завывая от ужаса, д’Артаньян шарахнулся прочь. Никогда в жизни он так не бегал. Он несся не разбирая дороги до тех пор, пока не поскользнулся и ухнул в какую-то яму. Окинув ее диким взором, наш друг понял, что угодил в полуразрушенный склеп.
Помещение было довольно больших размеров. Посредине стоял каменный гроб, а за ним, как за столом, сидели два скелета со стаканами в руках.
– Эй, приятель, третьим будешь? – прощелкал челюстями один из них.
– А-а-а! – завопил д’Артаньян и… свалился с дерева прямо на Атоса.
Атос, по привычке, сначала дал ему по зубам, а уж потом очнулся и спросил, что случилось.
– Да нет, все в порядке! – держась за челюсть, прошамкал д’Артаньян. – Просто мои сапоги упали с дерева.
– Чего ж вы тогда так орали?
– Да я из них выпрыгнуть не успел.
– Понятно. – Атос потер ушибленный лоб. – Знаете что, д’Артаньян, я дам вам один совет: никогда не спите на деревьях. Это слишком старомодно.
– Почему – старомодно?
– Потому что ваши предки, гасконские обезьяны, бросили эту моду лет эдак миллион назад.
Д’Артаньян надулся.
– Не обижайтесь, друг мой, – Атос примирительно похлопал его по плечу, – я просто немного не в духе. Мне привиделся такой сладкий сон, а вы меня разбудили.
– А мне снились кошмары, – пожаловался д’Артаньян.
– Вот видите, что значит спать на деревьях!.. Однако становится прохладно, – поёжился Атос, – как бы нам не дать дуба у этого дуба!
– Что же нам делать? – растерянно спросил д’Артаньян. – Скоро утро, а Арамиса все нет!
– Черт бы побрал этого бабника! Ничего не поделаешь, придется вернуться за ним на обратном пути. До заутрени нас в монастырь не впустят, а мы до этого времени успеем околеть от холода!
– Что ж, в путь! – вздохнул д’Артаньян. – Надеюсь, до того, как мы вернемся, он еще не успеет стать аббатом!
– Да услышит вас Господь!
– Аминь! – почему-то набожно перекрестился д’Артаньян.
ГЛАВА 3
СТРАННОЕ АББАТСТВО
Д’Артаньян и Атос долго скакали без передышки. Миля нанизывалась на милю, как сушеные грибы на веревочку. На исходе дня вдалеке показался тот самый монастырь, где неделю назад они оставили Арамиса. Беспокоясь о судьбе друга, мушкетеры подъехали к железным воротам монастыря и забарабанили по ним в четыре руки. Долго никто не открывал. Наконец в воротах отворилось маленькое окошечко.
– Кто там? – рявкнул привратник.
– Сто грамм! – откликнулся Атос. – Кардинал Ришелье и Папа римский!