Олег Воля – Парагвайский вариант. Часть 2 (страница 52)

— Осторожнее, — предупредил я. — Здесь могут быть…

Договорить я не успел. Из бокового ответвления, с мерзким чавкающим звуком, вывалилось нечто.

Огромный, размером с бочку, слизень. Его полупрозрачное тело пульсировало, а внутри виднелись полупереваренные остатки какой-то химеры.

— Болотный Жировик, — констатировал я. — Отличный источник регенерирующей слизи. Рядовая, вперёд!

Обезьяна рванулась с места. Слизень плюнул в неё струей кислоты, но Рядовая ушла перекатом, пропустив струю над собой. В следующую секунду она оказалась рядом с тварью.

Вжих!

Катаны сверкнули в свете фонаря. Два точных удара. Слизень распался на четыре аккуратные части, даже не успев понять, что он уже мёртв.

— Чисто сработано, — похвалил я, доставая контейнеры. — Собираем слизь, пока не вытекла.

Мы двинулись дальше. Подземелье кишило жизнью.

Через сто метров на нас напала стая Крысоволков — мутировавших грызунов размером с овчарку. Они были быстрыми и злыми, но против Рядовой у них не было шансов. Она крутилась волчком, её клинки пели песню смерти, отсекая головы и лапы. Я даже не вмешивался, только указывал цели и собирал трофеи: клыки, печень, шкуры…

В одной из пещер мы наткнулись на колонию Пещерных Крабидов. Твари с каменными панцирями и клешнями, способными перекусить лом.

— Тут мечи не помогут, — сказал я Рядовой, когда её клинок со звоном отскочил от панциря первого крабида. — Используй окружение.

Она поняла. Схватила огромный кусок бетонной трубы, валявшийся рядом, и использовала его как таран. Хруст панцирей был слышен, наверное, даже на поверхности.

Я набрал полный рюкзак панцирей — идеальный материал для создания брони.

Мы углублялись всё дальше. Тоннели становились всё древнее, кирпичная кладка сменялась диким камнем.

И тут мы вышли в огромный зал. В центре него было подземное озеро. Вода была чёрной и неподвижной, как зеркало.

— Стоп, — я поднял руку. — Чувствуешь?

Рядовая напряглась, её шерсть встала дыбом.

Из воды медленно, без единого всплеска, поднялась голова. Змеиная, но покрытая не чешуёй, а костяными пластинами. Следом показалась длинная шея, массивное туловище…

Подземная гидра. Три головы, каждая со свойством плеваться разными гадостями: кислотой, ядом и липкой слизью.

— Вот это удача! — обрадовался я. — Рядовая, план такой: ты отвлекаешь, я работаю по суставам. Нам нужна её регенеративная железа. Она в основании шеи.

Бой был жарким. Гидра оказалась серьёзным противником. Она заливала зал кислотой, пыталась раздавить нас телом, кусала… Рядовая скакала вокруг неё, как демон, нанося быстрые порезы и уворачиваясь от смертоносных выпадов.

В какой-то момент одна из голов схватила обезьяну за плащ. Рядовая, не растерявшись, просто выскользнула из одежды, оставшись в броне, и в прыжке отрубила наглую башку.

— Две осталось! — крикнул я, швыряя в среднюю голову склянку с парализующим газом, которую мне подогнал Рома.

Пока тварь чихала и мотала головой, я подобрался ближе. Мой клинок, напитанный моей энергией, вонзился в неё.

Рядовая тем временем разобралась с третьей головой.

Когда туша гидры плюхнулась в воду, подняв волну, мы оба были мокрыми, но довольными.

— Фух… — я утёр пот со лба. — Вот это я понимаю — разминочка.

Я вырезал железу, собрал немного яда и несколько чешуек. Огромный рюкзак был забит под завязку. У Рядовой тоже был полный мешок трофеев.

— Ну что, подруга, — сказал я, хлопая её по костяному наплечнику. — Материалов набрали на месяц вперёд. Идём домой.

Мы возвращались обратно, нагруженные добычей, как муравьи.

— Знаешь, — сказал я Рядовой, когда мы поднимались по лестнице к выходу. — А мне нравится этот город. Тут никогда не бывает скучно.

Она согласно ухнула, поправляя на плече мешок с головой гидры. В хозяйстве всё пригодится. Даже голова… Особенно голова!

Утро началось не с кофе, а с поиска мастера.

Искать пришлось долго. Мне нужен был не гламурный ювелир из центра, который за одну только «примерку» возьмёт столько, что можно купить небольшую деревню, а настоящий ремесленник. Тот, у которого руки растут из плеч, а не из кошелька.

Нашёл я его в каком-то глухом переулке на Васильевском. Вывеска «Резьба по кости и дереву» висела на одной петле и жалобно скрипела на ветру. Внутри пахло стружкой и лаком.

Сам мастер, сухой старичок с узловатыми пальцами и внимательным взглядом из-под кустистых бровей, сидел за верстаком и полировал какую-то фигурку.

— Чего надо? — буркнул он, не поднимая головы.

Я молча выставил на стол три пластиковых контейнера.

— Работа есть. Специфическая.

Старик отложил инструмент, пододвинул к себе контейнеры и открыл первый. Внутри лежали очищенные, белые как снег фрагменты костей той самой гигантской твари из леса.

Он взял один кусок, взвесил на руке, поскрёб ногтем. Потом достал лупу, присмотрелся. Хмыкнул.

— Кость… Странная. Плотность зашкаливает. Такую обычным резцом не возьмёшь, только алмазным буром. И то попотеть придётся.

— Я знаю, — кивнул я. — Инструмент ваш, материал мой. Эскизы вот.

Я положил перед ним несколько листков с набросками.

— Из этого куска мне нужна вот такая пластина, с выборкой в центре. Из этого — набор мелких фигурок, вот по этому образцу. А вот эти пустить на заготовки под рукояти.

Старичок сдвинул очки на лоб, изучая рисунки.

— Тонкая работа, — покачал он головой. — И материал капризный. Если треснет — пиши пропало. Возни много, парень. Очень много. Это будет дорого стоить.

Он назвал сумму. Для обычного человека — грабёж средь бела дня. Для меня, знающего реальные расценки на артефакторику, — сущие копейки.

— Окей, — я тут же достал деньги и положил на верстак. — Сдача не нужна. Главное — точность и сроки. К вечеру управитесь?

Старик смерил взглядом купюры, потом меня.

— К вечеру? Шустрый ты. Но за такие деньги… Ладно, станок на полную включу. Будет готово.

Я вышел из мастерской, довольный как слон.

В чём был фокус? Любой местный маг-артефактор, увидев эти кости, заломил бы цену раз в тридцать выше. Потому что кость магической твари обладает естественной защитой. Она сопротивляется обработке, фонит, сбивает заклинания. Чтобы сделать из неё артефакт, нужно быть мастером высокого уровня.

Но я — химеролог. Я вижу структуру.

Перед тем как прийти сюда, я провёл с костями небольшую манипуляцию. Вся магическая энергия, которая была рассеяна по костной ткани и делала её «неудобной», была мной собрана и сжата в одну крошечную точку. В микроскопическое ядро в самом центре заготовки.

Остальная часть кости стала просто… костью. Очень твёрдой, качественной, но абсолютно «пустой» и податливой для механической обработки.

Старик будет резать обычный материал, даже не подозревая, что обтачивает оболочку для мощнейшего энергетического сгустка. Я получил заготовки для артефактов по цене сувениров. Экономия колоссальная. А главное — никто не задаёт лишних вопросов про происхождение материала.

У меня уже были планы на эту схему. Если поставить дело на поток, можно организовать производство амулетов, которые по себестоимости будут выходить в копейки, а продаваться — как элитные артефакты защиты и исцеления.

Я вернулся в клинику, провёл пару плановых осмотров, а вечером курьер от резчика доставил мне готовый заказ.

Работа была выполнена безупречно. Старик знал своё дело. Гладкие, полированные заготовки, идеально повторяющие мои эскизы.

Я заперся в кабинете и достал купленную на днях серебряную оправу. Изящная, тонкая работа, но пустая. Обычная ювелирка.

Взял одну из костяных пластин. Она была тёплой на ощупь. Я чувствовал, как внутри неё, в том самом ядре, куда я загнал энергию, пульсирует сила.

Теперь — самое главное.

Я вставил пластину в оправу. Серебро идеально обхватило кость.