Олег Воля – Парагвайский вариант. Часть 2 (страница 54)

— Отлично, — заключил я. — Пищеварение в норме, гормональный фон стабилизировался. Ты перестал кормить её жареной картошкой?

— Обижаешь! Только премиум-корм, как ты и сказал. Ну, может, пару сосисок в тесте… но без горчицы и только по праздникам!

— Заметно. Печень слегка увеличена, но не критично. Жить будет долго и счастливо.

Геннадий облегчённо выдохнул.

— Ну, слава богу. Так зачем звал-то? Просто пёселя проверить?

Я сел за свой стол и сцепил пальцы в замок.

— Гена, я хочу расширяться. Открыть новый бизнес. На базе клиники, но… отдельный.

— Дело хорошее, — кивнул он. — Бабки есть, место есть. В чём проблема?

— Проблема в том, что я не хочу, чтобы это всё у меня отжали. Ты видишь, что тут происходит. Наезды, проверки, конкуренты… У меня тут проходной двор. А новая тема будет… скажем так, очень привлекательной. Я хочу, чтобы ты всё оформил юридически. Так, чтобы комар носа не подточил. Чтобы ни одна налоговая, ни один граф, ни сам чёрт лысый не смог предъявить права на этот бизнес.

Геннадий почесал бороду. Его лицо из добродушно-байкерского мгновенно превратилось в хищно-юридическое.

— Понимаю. Защита активов. Разумно. Но я юрист, Вик, а не волшебник. Если на тебя наедет какой-нибудь герцог с личной армией юристов, они найдут лазейку.

— Мне не нужна магия. Мне нужна бюрократия.

— Хм… Есть одна схема. Старая, как мир, но работает безотказно. Называется «Карусель». Или «Матрёшка», кому как нравится.

— Излагай.

— Суть в запутывании следов. Мы не оформляем бизнес на тебя напрямую. Мы создаём цепочку. Сначала ты регистрируешь фирму-однодневку. Она покупает активы. Потом дарит их благотворительному фонду. Фонд передаёт их в управление трасту. Траст сдаёт в аренду частному лицу. А частное лицо… снова дарит, но уже другой фирме. И так раз десять-двадцать.

Он усмехнулся.

— Получится такая гора макулатуры, что любой инспектор сломает мозг на третьем этапе. Там будут перекрёстные ссылки, дополнительные соглашения, акты приёма-передачи с отлагательными условиями… Если за дело не возьмётся лично глава Тайной Канцелярии со штатом аналитиков, хрен кто разберёт, кто там реальный владелец.

Я кивнул. Звучало надёжно.

— Но есть нюанс, — продолжил Геннадий, подняв палец. — Чтобы схема работала, конечным владельцем на бумаге должен быть не ты. Ты будешь, скажем так, «консультантом» или «приглашённым специалистом». А активы должны висеть на ком-то другом. На человеке с чистой биографией, который официально никак с тобой не связан криминалом, но при этом… ну, ты понял.

— Чтобы на всякий случай удар пришёлся не по мне, — закончил я за него.

— Именно. И чтобы конфисковать у тебя было нечего, потому что у тебя по документам — только халат.

Я задумался. Нужен человек. Надёжный, но в то же время такой, на кого никто не подумает.

— Отлично, — сказал я. — У меня есть такой человек.

Я набрал номер телефона.

— Валерия, зайди ко мне. Срочно.

Через минуту она была в кабинете.

— Что случилось? — с тревогой спросил она.

— Рождается новое дело. Садись.

Она села, с опаской поглядывая на Геннадия и его собаку.

— Лер, тут такое дело… Нужно подписать пару бумажек. Формальность для налоговой.

Понадобилось не больше получаса, чтобы они вместе с Геннадием распечатали пачку бланков и начали их заполнять, быстро строча ручкой.

— Вот здесь, здесь и здесь. Договор дарения, акт приёма-передачи, доверенность на управление, уставной капитал… — бормотал Геннадий, подсовывая ей лист за листом. — Просто подписывайте, не вчитывайтесь, там скучно…

Валерия послушно ставила подписи. Один лист, второй, десятый…

— Учредительный договор… Согласие на обработку данных… Завещание… ой, это не то, это для меня, — Геннадий быстро убрал один листок. — А вот это — генеральная доверенность.

Когда с макулатурой было покончено, Валерия потрясла затёкшей рукой.

— Всё?

— Всё, — кивнул Геннадий, собирая бумаги в папку. — Поздравляю.

Валерия посмотрела на меня.

— Подождите… — до неё начало доходить. Она перевела взгляд на папку в руках юриста. — Вик, ты хочешь, чтобы я была владельцем клиники? И нового бизнеса?

— Да.

— Юридически — вы теперь царь и бог этой конторы, — подтвердил Геннадий с улыбкой. — Всё имущество, все счета, все права — на вас. Виктор тут — так, сбоку припёка. Наёмный работник.

Глаза Валерии округлились.

— Вик… ты что, сумасшедший? Ты переписал на меня всё? А если я… ну, не знаю… сбегу? Я же теперь богатая невеста!

Она нервно хихикнула, но в её глазах мелькнул огонёк. Искушение властью — страшная штука. Даже для хороших людей.

Я ничего не сказал. Просто откинулся в кресле и посмотрел ей за спину.

Валерия обернулась.

На шкафу собрался ряд хомяков в чёрных костюмах. Они молча точили крошечные ножи о точильные камни. Вжик-вжик-вжик…

Мимо лица Валерии, с гудением реактивного истребителя, пронеслась колибри. Её клюв, усиленный и заострённый, сверкнул металлом. Она зависла в воздухе, глядя прямо в глаз девушке, и многозначительно щёлкнула клювом.

Из-под стола высунулась морда Психа. Он улыбнулся — широко, зубасто и очень недобро.

А в дверном проёме бесшумно возникла Рядовая. Она хрустнула костяшками пальцев, поправила катану за спиной и пристально посмотрела на свою «новую хозяйку».

— А… — выдохнула Валерия, сглотнув. — Ну да. Сбежишь тут… Далеко не получится.

— Да, — кивнул я, улыбаясь. — У тебя же договор. Трудовой. Мы же его не расторгали.

— Конечно-конечно, — закивала она. — У нас же работа! Клиенты! Хомяки!

— Вот и умница.

Геннадий, который старательно делал вид, что не замечает вооружённых грызунов и обезьяну-убийцу, захлопнул папку.

— Ну что ж, с формальностями покончено. Остался последний штрих. Виктор, в следующую бумагу нужно вписать вид деятельности нового предприятия. Для налоговой. Что это будет?

Я почесал подбородок.

— Да так, мелочь… Напиши: «Контактные комнаты с животными».

Геннадий замер с ручкой над бумагой. Он поднял на меня взгляд, в котором читалось разочарование.

— Контактные комнаты? Это… типа, зоопарк, что ли? Где кроликов гладят?

— Типа того.

Байкер отложил ручку и откинулся в кресле.

— Вик, ты серьёзно? Я тут такую схему выстроил, офшоры, фонды, подставные лица… Ради чего? Ради того, чтобы детишки котиков кормили? Действительно, фигня. Не стоило так запариваться. Сколько ты будешь зарабатывать? Ну, от силы двадцать-тридцать рублей в день?

Я улыбнулся.

— Кто знает, кто знает…