Олег Волков – Деньги и просвещение. Том 2 (страница 7)

Что будет дальше по берегу – выяснять некогда, нужно брать то, что есть. Саян развернулся по волне. Будет крайне глупо проплыть мимо этого чудного пляжа. Но всё не так просто.

Вдали от берега горбатые волны больше пугают огромными размерами. А вот вблизи берега они становятся реально опасными. Даже сквозь мрак Саян заметил, как гребень передней волны вытянулся, заострился и взорвался белой пеной. Близкий берег подпирает волны снизу, от чего они становятся ещё больше, ещё круче, ещё опасней.

– Эх-х-х…, – Саян хрипнул от натуги.

Очередная волна выбросила его на берег. Проворонил, одним словом. Растопыренные ладони и колени больно воткнулись в песок. Песчинки стальными щётками прошлись по рукам и щекам.

Земля. Суша. Добрался. Только радоваться ещё рано. Саян вновь захрипел от натуги. Волна, что выбросила его на берег, уже превратилась в бурный поток и поволокла его обратно в море.

Так и разбиться недолго. Саян развернулся ногами вперёд. Нужно быть наготове, ловить момент, иначе волны так и будут вышвыривать его на берег и тут же утаскивать обратно в море, пока вконец не измочалят о песок.

Очередная волна набрала скорость и понеслась на берег. Саян извернулся и… Ноги приняли на себя главный удар, боль стрельнула через ушибленные ступни. Поймать момент. Саян тут же упал на четвереньки и вцепился пальцами в песок.

Песчинки вновь без малейшей жалости принялись шлифовать руки и щёки. Саян натужно замычал от боли. Отступающая вода тащит, тащит, тащит обратно в море. Но только не на этот раз.

Мышцы загудели от натуги, сухожилия так вообще застонали. Потоки воды взобрались по рукам и перехлестнулись через плечи на спину. В ягодицы и бёдра воткнулись капли дождя, доморощенный спасательный жилет загудел как барабан. Саян упёрся руками и ногами в песок, вцепился в землю-матушку что есть сил.

Наконец обратный поток ослаб. Краткая передышка, но отдыхать некогда. Быстро, быстро, а на деле мучительно медленно, Саян устремился вперёд. Мокрый песок скользит межу пальцами, набивается в башмаки, шуршит под коленями. Оглядываться некогда, да и незачем.

Саян инстинктивно замер на месте, на него тут же сверху шлёпнулся поток морской воды. Руки и ноги отозвались болью, Саян невольно присел. Очередная волна накрыла его, едва не впечатала в песок. Отступающий поток вновь упорно желает утащить обратно в море. А вот и хрен ему. Поймать момент, Саян вновь приподнялся на четвереньках и вновь устремился вперёд, в глубину берега, подальше от моря.

Упорство и злость сделали-таки своё дело. Саян отполз, убрался прочь от бушующего моря на приличное расстояние. Последняя волна лишь бессильно толкнула его в спину. Зато дождь принялся хлестать с новой силой. Если бы не мокрый песок под руками, то можно было бы подумать, будто он всё ещё находится глубоко в море под водой. А тут ещё и подол кожаной куртки задрался.

Торчать посреди пляжа незачем. Саян огляделся по сторонам. Нужно найти хоть какое-нибудь убежище и переждать шторм. Только где? В лесу? Мокрые стволы, мокрая трава и потоки воды с небес. Нет, не пойдёт. Саян качнул головой, нужно найти вариант получше.

Натруженные мышцы гудят, Саян попытался было встать на ноги, но не тут-то было. Злой ветер упорно пытается опрокинуть его обратно на карачки. Первый самый трудный шаг после продолжительного купания в бурлящей воде, Саян неловко качнулся. Так куда же идти? Для начала вперёд, ещё дальше от моря, даже сырой лес лучше продуваемого насквозь пляжа.

Мокрые башмаки то и дело вязнут в ещё более мокром песке. Дождевая вода бесчисленными ручейками стремится обратно в море. Саян резко качнулся и едва не рухнул на спину. Под подошвами проскользнула трава. Значит, пляж закончился. Так, это, всё же, в лес?

Над головой треснуло небо. Грохот словно прочистил мозги. Ну, конечно, Саян хлопнул сам себя по лбу. И как только умудрился забыть? Скалы. На юге, по правую руку, должны быть скалы и россыпи огромных камней. Если в море они представляют большую опасность, то на суше вполне могут дать хоть какое-то укрытие от буйства стихии.

Море за спиной, значит, по правую руку, Саян развернулся на месте. Кажется, будто под ногами скользкий и мокрый ковёр с очень длинным ворсом. Правая нога то и дело соскальзывает на песок, но идти по нему ещё хуже, ещё неудобней.

Яркие вспышки помогают не сбиться с нужного направления. К счастью, идти рядом совсем. Морской берег ночью в шторм и дождь не гостиница, выбирать не приходится. Саян прислонился к каменной стене. Пещера, не пещера, а нечто отдалённо похожее. Над головой коротким толстым козырьком выпирает скальный навес, под ногами плоский валун. Это что-то вроде выемки в скале. Последние силы вон, Саян сполз на плоский камень.

Номер люкс, почти. Саян слабо улыбнулся. По крайней мере ветер больше не толкает в спину и не норовит более завалить на бок. Капли дождя больше не хлещут по голове и плечам, а ноги не вязнут в мокром песке или скользкой траве. Саян медленно стянул с плеч вещмешок.

Выемка в скале маленькая совсем. Буквально перед носом с козырька над головой маленьким водопадом слетает дождевая вода. Пить. Саян протянул руки. Подставленная пригоршня тут же наполнилась через край. После солёных брызг и пены дождевая вода кажется божественным нектаром. Саян торопливо напился. Однако последний глоток едва не застрял в горле. Саян натужно закашлял. И тут желудок резко сжался. Саян едва успел наклониться, как из горла вырвалась кислая пена. Пока плыл через шторм, пока выбирался на берег, успел изрядно нахлебаться солёной воды. Хорошо, что в последний раз на борту «Волнореза» не стал плотно ужинать и наливаться вином, а то было бы гораздо хуже.

Саян прислонился к стене и расслабленно рассмеялся. Хвала Великому Создателю, жив! Как это часто бывает после сильного перенапряжения, наступила нервная разрядка. Пальцы затряслись, а на лбу выступила холодная испарина. Эмоции вернулись, внезапно, штормовой волной, но лишь бессильно пробежались по рукам и ногам. Саян лишь тяжело задышал, словно загнанная вконец лошадь. Он устал, сильно устал, сил на эмоциональные переживания тупо не осталось. Хотя если бы он заранее знал, каково это плавать в шторм, то непременно запер бы иллюминатор на толстую щеколду и докончил бы последнюю бутыль вина. Да ещё закусил бы ароматным сыром.

К чёрту приличия, прямо рукавом кожаной куртки Саян вытер губы. Противно, когда тебя выворачивает наизнанку. Зато исчезла ещё более противная тяжесть в желудке. Голод тут же напомнил о себе с новой силой, но лучше подождать. Подождать, пока ветер перестанет выть как бешеная собака, небо трещать по швам, а дождь больно барабанить по голове.

Выемка в скале маленькая совсем, не прилечь, не вытянуть ноги. Даже голову толком не прислонить. Саян как мог пристроился на плоском камне. От усталости руки отяжелели, веки налились свинцом, но долгожданный сон так и не пришёл.

Сознание час за часом балансирует на грани между сном и явью. Стоит только отвлечься, утратить контроль над телом, как то ноги, а то и сразу голова, выскальзывают из-под каменного козырька под потоки дождевой воды. Каждый раз Саян судорожно вздрагивает и приходит в себя. Но, едва тело обретает покой, как сознание вновь стремится соскользнуть в небытие.

Спустя бог знает сколько часов Саян дёрнулся в очередной раз и пришёл в себя. Шторм пошёл на спад, дождь больше не хлещет сплошной стеной с небес, а ветер перестал выть как бешеная собака. Да и гроза прошла. Саян осторожно выглянул из-под скалистого козырька. Небо из угольно-чёрного окрасилось в серый цвет, скоро рассвет.

Наконец дождь совсем затих, а серый рассвет разогнал ночную тьму. Саян потянулся всем телом и вытянул ноги. За спиной всё ещё сердито шумит море, но уже без прежней бессильной ярости. Метрах в десяти от каменного укрытия начинается лес. Дубы, магнолии и кипарисы чисто вымыты и сверкают словно хрустальные стопочки на столе у старательной хозяйки. А на востоке уже поднялась великолепная Гепола. Сразу повеяло теплом, на душе стало легче.

Получилось! В это трудно поверить, но у него и в самом деле получилось! Саян плюхнулся на плоский камень. Ни шторм, ни ветер, ни дождь так и не помешали ему удрать с «Волнореза». Саян медленно, с плохо скрытым садистским наслаждением, расстегнул пуговицы на доморощенном спасательном жилете. Насквозь сырая рубашка кажется необычайно тяжёлой. Саян швырнул её на песок. Следом полетели башмаки и штаны. Последними на груду мокрой одежды шлёпнулись серые подштанники.

Голый, словно рождённый заново, Саян встал, расправил плечи и потянулся всем телом. Самодовольная улыбка растянула губы. Получилось! У него получилось! Сегодня ночью марнеец по имени Саян Яргич Ингал умер, пьяный вдрызг выпал через иллюминатор в бурное море и утонул. Бывает, судьба такая. А не хрен было бухать в одиночестве!

От волнения трясутся пальцы. Саян с трудом развязал узел на горловине вещмешка и вытащил насквозь сырые штаны и куртку, а так же набедренную повязку и пояс из простой верёвочки. Не подумал в своё время, на миг Саян скривился. Соломенные сандалии совершенно размякли от воды. Единственное, на что они теперь годятся, так это на растопку, и то если как следует их высушить.