Олег Волховский – Список обреченных - 3 (страница 18)

– Классная стабильность! – прокомментировала Вера. – Через четыре революции!

– Ну, кое в чем стабильность, – заметил Артем. – В подавлении инакомыслия, политическом сыске, беззаконии и убийствах.

– Причем инакомыслие столь стабильным не было, – уточнила Вера.

– Либералов и западников они всегда ненавидели, – сказал хипстер Денни.

– Ну, кроме, короткого периода в самом конце прошлого века, после августа 1991-го, – уточнил Максим.

– Что-то мне не нравится эта выставка, – заключил Артём.

– Мне тоже кажется, что помещению можно найти лучшее применение, – задумчиво проговорила Вера.

– Анка! – услышала она и обернулась на крик.

К ней, широко улыбаясь, шагал Захар, младший сын депутата Тихонова.

– Все-таки я тебя нашел! – сказал он. – Куда же ты пропала?

Она посмотрела в его сияющие глаза, задержала взгляд на юношеском пушке на щеках и вздохнула. Ох! Ну, кто ее за язык тянул, насчет площади!

– Привет, Захар, – кивнула она. – У меня сменился телефон.

И они обменялись номерами.

– Папа скоро приедет, – сказал Захар.

– Это сын депутата Тихонова, – пояснила Вера.

– А! – кивнул Артем. – Хороший мужик.

Стемнело, зажглись фонари в старинном стиле. Над кремлевской стеной небо стало темно-синим. Потянуло прохладой.

С Моховой к манежу повернула газель, взобралась на тротуар и медленно подъехала ко входу, аккуратно пробираясь через толпу между палатками.

Из кабины выпрыгнул долговязый бритоголовый парень и окинул взглядом присутствующих.

– Анка здесь? – спросил он.

Вера шагнула из толпы к нему навстречу.

– Яков, – представился он и пожал ей руку.

Обошел машину и поднял брезент.

– Разбирайте!

Газель была сверху донизу забита оружием. Главным образом, штурмовым винтовками. Только у стенок кузова один на другом стояли пластмассовые ящики.

– А это что? – спросил Денни.

– Как что? – усмехнулся Яков. – Пиво для наших врагов!

В ящиках действительно были бутылки, и из каждой торчал фитиль.

Яков запрыгнул в кузов и достал сверху автомат.

– Ну? Кто смелый? – спросил он.

– Давай! – сказала Вера и протянула руку.

Артем был следующим. Он взял автомат и повесил себе на плечо явно привычным жестом.

– Выстрелить в человека сможешь? – спросила Вера.

– Не хотелось бы, конечно, – сказал он. – Очень надеюсь, что до этого не дойдет.

– Все мы на это надеемся, – сказала Вера.

– Если будут стрелять в нас – выстрелю.

– А, если ОМОН с резиновыми дубинками? Или Росгвардия, где ты служил?

– Посмотрим по обстановке.

Ящики с коктейлями Молотова поставили один на другой у входа в манеж. Штурмовые винтовки сложили на парапет. Вооружение народа шло небыстро, но верно. И чем больше прибывала толпа, тем больше в ней находилось готовых взять в руки оружие.

Пятачок у входа уже не вмещал людей. Народ заполонил весь сквер и площадь до самой гостиницы "Четыре сезона".

Депутат Миша Тихонов шел между лавочками и клумбами ко входу в манеж. Подошел, обалдело уставился на оружие и бутылки с зажигательной смесью. Нашел глазами Веру и впился взглядом в автомат у нее на плече.

– Это что? – спросил он.

– Как что? – улыбнулась она. – Отряды самообороны.

– Пап, привет! – услышала она голос Захара и обернулась.

На плече у депутатского сына висел продвинутый калаш с оптикой.

Ей остро захотелось сказать что— то типа: "Пушки детям не игрушки" или "Ты еще маленький". Но обидится ведь!

– Перевесь через голову, – сказала Вера. – Поверь, так удобнее.

– А у тебя через плечо, – возразил Захар.

– У меня опыта побольше. А впрочем…

И она перевесила автомат через голову.

– Где служила? – поинтересовался Артем.

– Не служила, училась. Расскажу как-нибудь. После нашей победы.

Вера перевела взгляд на Тихонова и кивнула в сторону манежа.

– Вас устроит этот зал?

– Эээ… да, – сказал Миша.

Она махнула рукой Артему и Максиму и поднялась по ступенькам к дверям. Захар увязался следом.

Вера вежливо постучала. Внутри царила тишина, хотя в окнах маячил слабый свет.

Бывший росгвардеец ударил в дверь прикладом автомата.

Наконец, она приоткрылась, и Артем молниеносно сунул туда ботинок.

– Открывайте! – сказал он.

И направил на невидимого охранника штурмовую винтовку.

А Максим резко дернул ручку.

Дверь распахнулась, и ополченцы зашли внутрь.

Манеж охранял единственный вахтер. На поясе у него висела кобура с оружием. Он попятился к столу.

– Что у вас там, тревожная кнопка? – спросил Артем. – Ну, нажимайте, мы не возражаем. Только полицейских бы пожалели. Порвут ведь на кусочки. Вы видели, что на улице делается?