Олег Волховский – Список обреченных - 3 (страница 19)

– Оружие на стол, – сказала Вера. – Вы один?

Вахтер снял кобуру, которую быстренько подобрал Максим.

Охранник кивнул.

– Один.

– Ок, – сказала Вера. – Зал нужен для независимых депутатов. Публика интеллигентная, аккуратная, ничего не испортят, так что можете быть спокойны. Вас доведут до метро, а то на форму народ может неадекватно среагировать.

И она обернулась к Максиму.

– Проводишь?

– Конечно.

Макс увел охранника к метро. Судя по отсутствию шокирующих новостей, доставил благополучно.

Тем временем двери манежа широко открыли. А Вера нашла Тихонова в толпе.

– У вас стульчики сохранились из шалаша на пляже? – поинтересовалась она.

– Найдем, – кинул Миша.

Пока депутаты завозили мебель, вокруг манежа расставляли посты: переносили ящики с коктейлями Молотова, раздавали оружие.

– Тём, встанешь у западного входа? – спросила Вера.

– Я останусь с тобой.

– Угу! А, кого я отправлю к Кутафьей башне?

– Я пойду, – сказал Максим.

Вера посмотрела на него с некоторым недоверием.

– Ладно, бери людей.

Она бы предпочла отправить туда Якова, все-таки он из Лиги, но кто-то должен был следить за раздачей оружия.

Все-таки ополчение – это стадо кошек. Андрея бы сюда! У него бы точно все шли, куда сказано.

Смельчаков, не только записавшихся в отряды самообороны, но и взявших оружие, было не густо. С Максимом ушли человек двадцать. И раза в полтора больше остались у восточного входа. Но народ прибывал, несмотря на поздний час, так что Вера надеялась на пополнение.

Телевизионная трансляция иногда прерывалась помехами, но пока контроль удавалось сохранить: «ящиком» управляла оппозиция. В одиннадцать вечера по НТВ стартовал проект журналиста «Зоны Т» Сергея Степанова «История диктатуры. Россия. 21-й век». Так что все с увлечением торчали в смартфонах. Первая часть называлась актуальненко: «Уничтожение независимого телевидения». И была анонсирована вторая: «Разгром крупного бизнеса».

Первые депутаты начали собираться к шести утра. В восемь объявили о кворуме.

– Господи! Только бы не переругались! – сказала Вера.

Тёма понимающе вздохнул.

Тогда же появились тревожные вести: к Москве шли танки. Говорили о танковой бригаде Таманской дивизии.

– Сорок километров, – прокомментировал Захар.

– За час доедут, – предположила Вера.

– Танкисты под Наро-Фоминском, – заметил Артем.

– Ну сто, – вздохнула Вера. – Значит за 2 часа.

– В Калининце стоит танковый полк, – возразил Захар. – У нас там дача.

– Значит, все-таки за час, – хмыкнула Вера.

Она загрузила на смарт видео с колоннами бронетехники. Они казались бесконечными: танки, БТРы, грузовики с солдатами.

И их ополченцев человек сорок.

Потенциально последний вечер в ее жизни уже был. Последнее утро?

– Ничего, встретим, – сказал Артем.

Глава 8

Депутаты заседали как ни в чем не бывало. В девять утра объявили о том, что все поправки к конституции, принятые с 2008 года объявлены незаконными, поскольку одобрены нелегитимными парламентами, избранными в условиях несвободы СМИ.

Еще через полчаса объявили о том, что съезд независимых депутатов отменил все законы эпохи тирана. Ситуацию отыграли к состоянию 2000 года.

Первые танки появились на Моховой почти одновременно с этим решением.

Раздали бутылки с зажигательной смесью. Два ящика передали к западному входу.

Поставили бутылки на парапет, чтобы были под рукой.

Все молчали.

Танки величаво вывернули на Моховую и потянулись к манежу. Вера взяла бутылку.

И тогда пришло сообщение от Тихонова: "Не стреляйте. Это наши танки".

Спят они там что ли!

– Артем! Расшерь немедленно: не стрелять, это наши танки.

И сама кинула сообщения Максиму и Денни. Захар был рядом, наотрез отказавшись защищать противоположный вход.

Бронемашины доехали до гостиницы "Четыре сезона", и колонна встала. Песочного цвета танк остановился метрах в пяти от Веры, у парапета. Хотелось сказать, что припарковался.

Башня танка повернулась и направила пушку в сторону бульваров, от ополченцев.

Остальные выстроились впереди и позади него с интервалом метра в три-четыре.

В один из таких интервалов просочился черный матовый военный джип, сияя огнями над лобовым стеклом. Джип встал прямо напротив входа и из него вышел здоровый мужик лет пятидесяти. К нему навстречу, широко улыбаясь, шел Тихонов. Мужик раскрыл объятия. И поджарый депутат утонул в его огромных лапах.

– Привет, Жоржик, – сказал Тихонов. – Ты очень вовремя.

– Ну, как бы я тебя бросил, Миш!

– Это генерал Кречетов, – объяснил Тихонов подоспевшей Вере.

И добавил таким тоном, словно это объясняло буквально все:

– Мой сосед по даче.

– Ты крут, Миша, – прокомментировала Вера. – Целого генерала распропагандировал!

– Ну, да! – хмыкнул Тихонов. – Это я его распропагандировал! Да он мне уже лет двадцать, с полковничьих погон, рассказывает под самогончик про то, что армию развалили все украли.

– Больше не украдут, – заключил Кречетов.

Танкисты спустились из своих машин и начались братания. К Вере тоже полез обниматься невысокий солдатик. Танкист был в возрасте Захара и не очень навязчив, так что Вера не возражала.

– Вася, – представился он.

– Анка, – кивнула она.

И как всегда по-мужски протянула ему руку.