Олег Верещагин – Звёздная раса. Сборник рассказов (страница 16)

– Ха, – отозвался сторк. – Да будет тебе известно, что раб, коснувшийся…

– …весла, – со вздохом продолжал, налегая, мальчишка, – становится свободным и причисляется к роду, руками людей которого весло сделано… – и, подумав, возмутился: – Мне что, причислиться к Роду 14-го Оружейного Имперского Завода?! Это корыто там отлили, и вёсла тоже! Тут написано!

– Ты не раб, а свободный, – пояснил сторк. – Поэтому рабы сидят на берегу в безопасности и ждут решения проблем, а мы добровольно плывём на страшное чудище, да ты вдобавок ещё и стираешь руки вёслами. Понял разницу между рабом и свободным?

– Они не рабы, – возразил мальчишка, удобней упирая ноги и всей спиной выражая несогласие. Сторк поправил в стойке копья и холодно улыбнулся:

– Если бы это было так, они бы сами убили эту тварь.

– Они просто не умеют убивать.

– Должны были научиться. А они вместо этого сидят в хижинах и покорно ждут смерти от голода.

– Шэни, например, тоже не любят убивать. Но они в сто раз умней вас… и нас. И что, они рабы?

– Конечно, – удивился кен ло Хеерорд. – Вдвойне рабы. Эти местные насекомые хоть тупы, а шэни и правда умны. Но если кто-то умён, но при этом трус – он вдвойне раб.

Мальчишка посмотрел сердито и сильно гребнул – у него не находилось возражений. Кен ло Хеерорд спор продолжать не стал – лениво проводил взглядом идущий вдали корабль, чёрный с белым транспорт и, повернувшись, всмотрелся в воду:

– Отмели начинаются!

Он знал, что это за корабль – и внезапно ему стало неприятно и захотелось поскорей забыть об увиденном.

Мальчишка – он на корабль особого внимания не обратил – тут же поднял вёсла, пересел на корму и взял одно в обе руки – подгребать. Кен ло Хеерорд, вытащив из сойки любимое копьё, встал на колено на носу, приготовив оружие.

Внизу, под днищем, из прозрачной воды, постепенно темневшей вглубь, там, где начинались океанские бездны, медленно и полого начало подниматься дно. Сперва однотонно-серое, оно постепенно обретало новые и новые краски, расцвечивалось яркой морской растительностью, оживало от стаек рыб. Вскоре начало казаться, что его можно достать веслом, хотя на самом деле даже в самом мелком месте отмелей – если не считать цепочек рифов, тут и там их рассекавших – глубина была в два роста кен ло Хеерорда. А в большинстве мест – в два-три раза глубже.

– Лодка, – сказал сторк спокойно.

Катер проплывал над остатками туземной лодки, больше похожей на плот. Стчк-рыбаки вязали их из камыша, и такая лодка в принципе не могла утонуть. Даже если разваливались или разрывались спаивавшие её в единое целое верёвочные прочнейшие стяжки – каждая отдельная охапка камыша в свою очередь становилась неплохим плавсредством.

Эта лодка и не утонула. Кто-то с силой втиснул её в расщелину между двух каменных глыб и заклинил там.

Сторк и землянин переглянулись.

– Ничего себе… – выдохнул мальчишка и тут же поближе переместил топор. Сторк осклабился:

– Уже перепугался, отважный борец за счастье дураков? Знаешь, почему в давние времена таким, как ты, советовали плавать по морям без штанов? Чтобы меньше было стирки!

Мальчишка вспыхнул, но промолчал, только начал грести тише и размеренней. Сторк же, от душим развлекаясь и дурачась сам, как мальчишка, стал рассказывать, что и первый-то д‘экк сладил в незапамятной давности некто Йаррни кен ло Суаг по прозвищу Обоссаный – сладил от досады, потому что ещё совсем сопляком, в первом же полёте на накъятт, обмочился со страху, и с тех пор ни один зверь не брал его на свою спину, морщился и шипел, да и просто улетал, а добираться с острова на остров бедняге как-то было надо…

Землянин злобно пыхтел, но грёб молча. А кен ло Хеероррд вдруг понял очень странную вещь. «Да он же радуется! – вдруг возникла мысль. – Он радуется, что у меня хорошее настроение и я шучу… Хоть как-то шучу!»

Стало стыдно, и сторк умолк. А потом добавил неловко:

– Но, правда, тот Йаррни объединил целых одиннадцать островов и пал с честью в бою с владыками Хоэррды, сильней которых в те времена на Сторкаде не было…

…К’обб-у не нужна была приманка или что-то вроде неё – для него приманкой служила хорошо видимая внизу подвижная тень скользящей по воде лодки. Другое дело, что тень не походила на те, что оставляли лодки-плоты стчк. А рассказы о кровожадных чудищах, нападающих на всё подряд, так любимые романистами многих рас – верны лишь для очень больших и, как правило, не слишком умных существ, которые редкость на любой планете. Нормального хищника, даже очень сильного и умного, всё неизвестное заставляет насторожиться и задаться двумя вопросами: а.) это точно съедобно? б.) могу ли я с этим справиться?

Видимо, тень лодки не вдохновляла на нападение. Ничего похожего на хищника охотники не видели, сколько ни вглядывались в прозрачную воду и тени дна.

– Надо было камышом обвязаться по бортам! – не выдержал наконец мальчишка болтания по воде без результатов.

– И взять с собой пару этих насекомых, а тут просто сбросить в воду, – дополнил кен ло Хеерорд с серьёзным лицом. – Тварь точно приплыла бы поесть.

Землянин заскворчал, как выплеснутое на раскалённую сковороду масло. Перебросил весло так, словно собирался с размаху треснуть им кен ло Хеерорда. И решительно направил лодку к ближайшему рифу.

Сторк не возражал…

…На рифе оказалась небольшая рощица и озерцо с пресной водой – видно, бил ключ. Кен ло Хеерорд терпеть не мог солёную воду – неглубокие моря его планеты были пресными – и с удовольствием улёгся в озерцо у берега, а мальчишка ускакал куда-то и вернулся уже когда сторк начал беспокоиться – но зато принёс полную рубашку коричневых шишкастых плодов в два своих кулака. Если расколоть такой спелый (а неспелый и не расколешь, разве что прессом) плод – внутри будет волокнообразная зеленоватая масса, кисло-сладкая и без семечек. На катере осталась предусмотрительно захваченная сумка с едой, но эти штуки любили оба.

– Спелые, – довольно сказал мальчишка, ловко кокнув первый плод о камень.

И застыл, сжав расколотую половинку, из которой медленно ляпнулось и густо расквасилось о камень её содержимое.

На его лице отразился и закаменел ужас. Такой, что кен ло Хеерорд обернулся сразу – туда, куда глядели остановившиеся глаза землянина.

К«обб стоял в десятке шагов. Серо-розовый, как скалы, по которым он подобрался. Он то ли возвышался, то ли наоборот пригнулся на двух пятиконечных пучках длинных толстых щупалец, выставив вперёд широкую, плоскую голову, похожую на расплюснутый капюшон; шевелились два длинных уса по сторонам сжатого в точку ротового отверстия, и два чёрных непроглядных глаза смотрели прямо на сторка и землянина. Ещё пять щупалец – более длинных и тонких, увенчанных роговыми крюками – отходили от груди пониже головы и покачивались в воздухе, вытянутые – словно неспешно плыли по невидимому течению.

Не такой уж он был и большой – в полтора роста кен ло Хеерорда.

А вот что к’обб может ходить по суше – до сих пор никто не знал. Скорей всего те, кто это видел, просто потом уже ничего не могли рассказать соплеменникам.

– Умный… – процедил сторк. – Ты был прав…

Мальчик с отчаяньем поглядел на него. Пошевелил губами. Одно из копий и топор – они взяли эти вещи из катера – стояли между ними и к’обб-ом.

И тот прыгнул.

Прыжок был мощным – вверх и вперёд, на более крупную добычу (но всё равно мельче, чем остальные четверолапые, которых он уже успел сожрать). Добыча застывает или убегает, это к’обб знал хорошо. Поэтому он сильно удивился, когда понял, что промахнулся. Промахнулся, потому что добыча бросилась вперёд – под прыжок.

А в следующий миг боль пронзила спину, и левый пучок несущих щупалец онемел и отказал. Что-то торчало сзади; барахтаясь на земле, к’обб обломил это – и, разъярённый новым приступом боли, сумел вскочить…

…Когда брошенное кен ло Хеерордом копьё нашло цель, мальчишка словно бы разморозился. Он увидел, что сторк хватает топор, а в левой у него возникает тарва – даже купаясь, фантор не отстегнул стилет. А потом град увесистых, довольно крупных камней – мальчишка успел подхватить и метнуть пять или шесть за пару секунд – буквально бомбардировал странно, как-то беззлобно и негрозно, урчащую тварь, приготовившуюся было к новому прыжку.

Один из камней попал в правый глаз, и тот лопнул – лопнул неожиданно ярко-алым. К’обб повернулся в ту сторону, откуда пришла боль – и вдруг ощутил новую, ещё более страшную, в основании уже раненого пучка. Он махнул грудными щупальцами, пытаясь достать добычу… нападающего?!. Но тот ушёл туда, в ту сторону, где почему-то стало темно… а что-то барабанило и барабанило по голове, в основном не больно, крепкая шкура спасала… но иногда удары приходились в слуховые мембраны, и тогда боль взрывалась беспощадно…

А потом был ещё один удар. Сзади.

И всё…

…Выдохнув, кен ло Хеерорд вырвал удачно брошенный брызнувший кровью топор из основания короткой, словно бы гофрированной шеи подёргивающейся твари. Отскочил – щупальца ещё шевелились. Перевёл дух. И обернулся.

Мальчишка стоял у воды – с отчаянными глазами, белый, в правой руке, на размахе – камень, ещё один – в левой, готов к броску. Он быстро осмотрел лежащее чудище, потом так же быстро посмотрел на сторка, внезапно судорожно вздрогнул, уронил оба камня – один себе на ногу, второй с плеском упал за спину. И метнулся к кен ло Хеерорду, в два прыжка преодолев разделявшее их расстояние. Сторк еле успел отставить топор и придержать несущегося землянина.