Олег Уланов – Операция "Золотой Будда" (страница 34)

Олег был там. Она тихо подошла к нему и встала рядом. Увидев её, он хотел ей что-то сказать. Но она быстро приложила палец к его губам:

– Ничего не говори, пожалуйста.

Мэри подвинулась к нему ближе и положила голову ему на грудь.

Из рубки капитан судна и старший матрос с улыбками наблюдали трогательную сцену, которая разворачивалась перед ними на палубе.

Северные Курилы. Середина июня 1995 года

* * *

Чем ближе были Курильские острова, тем сильнее колотилось сердце. Предвкушение от встречи с юностью будоражило воображение: как там сейчас на заставе? Какие люди там служат? Ещё чуть-чуть, и он всё увидит своими глазами.

Поднявшись на палубу после завтрака, Умелов уже не спускался в каюту. Очертания далеких берегов Камчатки с возвышающимися вулканами и сопками бередили душу и вызывали ностальгию.

Судно шло вдоль побережья полуострова, держась в нескольких милях от территориальных вод.

Олег знал, что где-то там, на берегу, за ними через мощные окуляры подзорной трубы следят зоркие глаза такого же, как и он когда-то, молодого пограничника. А возможно, и зеленый электронный "глаз" пограничной радиолокационной станции. Когда судно войдет в территориальные воды России к берегам Парамушира, о его движении вдоль побережья Камчатки уже будут знать всё: каким курсом оно шло и с какой скоростью.

Справа по борту в двухстах метрах показалось несколько высоких чёрных плавников. Это была стая касаток, которые плыли параллельным курсом с судном.

Быстро, почти бегом, Умелов спустился в каюту. Достав видеокамеру, он опять вернулся на палубу, чтобы успеть заснять этих величественнейших морских хищников. Пока он отсутствовал, стая немного отстала, но продолжала держаться рядом. Наведя объектив камеры, он наблюдал через видоискатель за тем, как появляются и исчезают их чёрные спины с высокими саблевидными плавниками. Иногда были видны их белые бока.

Это продолжалось минут пять. Потом они неожиданно пропали.

Олег выключил камеру и долго смотрел в сторону берега, пытаясь увидеть мелькнувший плавник. Но стая больше не появилась, как будто её и не было.

– Привет.

Олег обернулся. Рядом с ним стояла Мэри.

– Привет, – улыбнулся он ей в ответ. – Рад тебя видеть.

– Я тоже. Касаток снимал?

– Да. И вообще побережье, океан.

– На знакомые места любуешься?

Мэри взялась за поручень рядом с его рукой.

– Да, ностальгирую, если так можно сказать.

– А здесь действительно красиво. По-моему даже красивее, чем на Аляске.

Олег повернулся к Мэри и укоризненно посмотрел на неё.

– Как ты можешь сравнивать, Камчатку и Аляску?! Ты посмотри, какие тут вулканы! – Умелов обвёл рукой панораму побережья, как бы демонстируя. – Разве на Аляске с океана такое увидишь?

– Хорошо, хорошо. Я согласна. Здесь тоже очень красиво.

Удовлетворившись ответом Мэри, Олег посмотрел на часы.

– По моим расчетам, через час мы должны выйти на южную оконечность полуострова к мысу Лопатка. Там мы минуем остров Шумшу и войдем в пролив к Северо-Курильску.

– Ты бывал там?

– Приходилось.

Они стояли вдвоем, любуясь на медленно меняющиеся пейзажи побережья, а наверху, в капитанской рубке, вахтенный рулевой, крепко держа штурвал, правил судно на юг к первой точке маршрута научной экспедиции – российскому порту Северо-Курильска.

* * *

– Коллеги, – обратился к собравшимся Ричард Стэмп. – Я собрал вас здесь, чтобы предупредить о том, что во время нашей стоянки в порту Северо-Курильска к нам на борт поднимутся офицеры-пограничники для проверки документов и, возможно, досмотра личных вещей и научного оборудования. Прошу вас с пониманием отнестись к этой необходимой формальности. Прошу вас также вести себя вежливо и не забывать, что вы находитесь на территории суверенного государства. Убедительно прошу соблюдать правила приличия, которые приняты здесь, в России.

Стэмп закончил свой спич и внимательно осмотрел членов группы.

– Вопросы есть?

– Да, мистер Стэмп, – подняла руку Барбара. – Сколько времени мы пробудем в этом порту?

Все прислушались, поскольку этот вопрос интересовал каждого.

– Всё будет зависеть от того, как быстро мы пройдем все эти пограничные формальности. И ещё. Прошу вас также не передавать российским офицерам сувениры, деньги, продукты питания. В общем, всё то, что можно расценить как взятку.

После инструктажа Олег прошёл к себе каюту, решив ещё раз проверить личные вещи. Он знал, что может означать на территории России пограничный или таможенный досмотр. Любая подозрительная вещь могла привести к ненужному в данных обстоятельствах разбирательству. Проверив рюкзак, он убедился, что всё было на месте и никаких лишних вещей, способных скомпрометировать его в лице пограничных властей, "случайно" не появилось.

Выйдя в коридор, Умелов увидел Александра, который затаскивал в каюту какую-то металлическую трубку. Умелов направился к Гольцам засвидетельствовать свое почтение и заодно посмотреть, что за странную конструкцию Александр там сооружает.

– Можно? – произнёс Умелов, стукнув пару раз об дверной косяк.

– Проходи, – ответил Александр, сдвигая со своей койки два хромированных металлических термоса.

Олег присел, с удивлением разглядывая конструкцию, которую собирал Гольц.

– Вот тебе и помощник, – радостно воскликнула Сара, накидывая на плечи теплую куртку. – А я пойду подышу воздухом на верхней палубе.

Приветственно улыбнувшись Олегу, женщина покинула каюту.

Умелов дотронулся до серой металлической трубки, которую Александр увлеченно прикручивал к другой точно такой же.

– Это что за сооружение?

– Это не сооружение, это нечто вроде велотренажёра собственной конструкции, – Гольц положил руку на деталь своего изобретения. – Вот это – рама. Она сделана из специальных титановых трубок: и прочная, и в то же время очень легкая. Это сиденье. А это блок с раскладными педалями, тоже, между прочим, из титана.

Олег встал с койки и попробовал поднять тренажёр. На удивление конструкция легко поддалась. В ней было не более семи килограммов.

– А зачем тебе это?

Александр закончил крутить винт и отвлекся, чтобы ответить.

– Во-первых, во время таких долгих путешествий можно поставить это в каюте и крутить хоть целый день, никому не мешая и при этом поддерживая хорошую физическую форму. А во-вторых, вот этот блок сделан по принципу динамо-машины. Знаешь, как удобно в экспедиции, когда рядом нет электричества? Можно батарейку зарядить или даже лампочку небольшую зажечь.

– Толково, – кивнул Олег. – А сейчас-то ты зачем его собираешь?

Гольц попробовал конструкцию на прочность, энергично встряхнув ее.

– Ты же слышал, что сказал Стэмп? К нам на борт поднимутся пограничники и будут досматривать наши вещи. Лучше я сейчас соберу тренажёр, чем потом буду объяснять, что это за титановые трубки.

– Логично, – согласился Умелов.

Подвинувшись ближе к столику под иллюминатором, Олег взял стоящую там фотографию в рамке. На ней был Александр, сидящий на корточках возле бассейна. Около него возлежал чёрный морской котик, поднявший вверх левую ласту.

– Это где?

Гольц повернулся к Умелову.

– В Сиднее. Это мой любимец – Додон.

– Как в сказке у Пушкина про царя Салтана?

– Точно. Просто я очень люблю русскую литературу.

Гольц закончил сборку и начал убирать инструмент в рюкзак.

– Хочешь попробовать? – обратился он к Умелову.

– Нет, спасибо. – Олег взял в руки металлическую колбу, которая тоже оказалась очень легкой. – Классные у вас с Сарой термосы.