Олег Савощик – Рассказы 37. Прогноз: замыкание (страница 19)
Что-то было не так.
Почему их всего двое? Где альтернативы?
Пока Макс пытался понять происходящее поврежденным разумом, Василий дотронулся до столика.
– Стой! – прокричал Максим, но голос его оказался слишком слабым.
Женщина обернулась. Она взглянула на Василия глазами черными, словно бездонные колодцы, по краям которых извивались щупальца тьмы. Уголки ее белогубого ротика приподнялись в теплой улыбке.
– Привет, Вась. Мы тебя ждали.
Девочка с овальным личиком, с неряшливыми локонами светлых волос и такими же темными глазами задорно произнесла:
– Папа вернулся!
Максим все понял. Он сорвался с места что было сил, но не удержался, споткнулся.
Он кричал.
Он должен был успеть.
Но Василий коснулся женщины быстрее.
А затем время остановилось.
Боль ушла. Когда Макс сумел раскрыть глаза, Василий, женщина и ребенок сидели за одним столом. Довольные, счастливые. Они улыбались. Заземлитель Василия – детская куколка в старинном платьице – лежал на углу стола.
– Нет, нет, нет! Вася! Возьми его! Твою мать! Вася!
Напарник взглянул устало. Губы скривились в вымученной улыбке.
– Ты знаешь, что нужно сделать, брат.
Максим замотал головой.
– Все кончено, посмотри, – продолжил Василий. – Они счастливы, видишь? Это рай, Хидэ не врал.
– Нет!
–Ты не выдержишь, брат. У тебя еще есть шанс, спасайся сам, раз еще не готов принять правду. Борись, барахтайся в том проклятом мире, но только отпусти меня.
Максим глухо завыл.
Он нехотя отщелкнул замок кобуры, вытащил оружие, тяжелое, холодное.
– Я не принимаю рай, за который не могу бороться, – признался он и взвел курок. – Тем более не приму иллюзию. Человечество выживет и расцветет только тогда, когда перестанет перекладывать ответственность на других, искать виноватых помимо себя и ждать подачек от неких высших сил.
Максим поднял руку, направил дуло на напарника.
– Прости. И прощай.
И грянул выстрел, и привычный мир взорвался.
Массивные тучи собирались утопить город в обильном дожде. Капли стучали по многочисленным окнам старого обшарпанного ангара в удаленном районе.
Когда створки грузового лифта раскрылись, Катя уже была там, сидела на краю стола. Тушь размазалась по щекам, собранные в хвост волосы растрепались. Она нервно кусала губы. Подняла голову на шум, их глаза встретились. Девушка мягко соскочила и с осторожностью приблизилась.
– Мне жаль, – прошептала она и бережно провела пальцами по лицу Максима. – Мне так жаль.
Он ответил молчанием. Вместе с утилизацией торгового центра уничтожилось и что-то внутри. Там, где раньше билось сердце, теперь была пустота. Катерина это почувствовала и всей собой пыталась эту пустоту заполнить. Она прильнула к нему, прижалась грудью, покрыла лицо осторожными поцелуями, нашла его губы. Он нехотя ответил.
Он ощущал себя мертвым, а в ней жизнь била ключом. Невольно, как мотылек, он полетел на ее теплый источник. Его рука скользнула по ее спине, опустилась ниже. Максим подхватил Катю, усадил на стол. Мешающие инструменты разлетелись во все стороны. На пол полетели рубаха и блузка, с тонких плеч скользнул бюстгальтер. Их тела снова соприкоснулись. Катя обхватила его ногами, повалила на себя.
Вскоре они оказались на полу.
Катя наклонилась над ним, Максим почувствовал прикосновение ее волос. Она целовала его мягкими, влажными и сладкими от помады губами. Он гладил ее руки, плечи, грудки, ее нежную, прохладную кожу. Он видел ее карие с вкраплением зеленого глаза, прекраснейшие в мире глаза.
И вдруг он осознал, что отныне это мгновение станет для него
Он отдался ей. Сперва лаской, ласками, затем всем собою, мыслями и телом. Всем собою. Помещение наполнилось шелестом одежды и вздохами, что поднимались и опадали в унисон с грозой.
На краткий миг – а им показалось, будто это была вечность, – мир вокруг перестал существовать.
Когда солнце проникло сквозь окна, золотыми щупальцами исследуя пространство внутри ангара, Катя еще спала. Максим нехотя приоткрыл глаз, убедился, что девушка прикрыта одеждой.
– Кать, – бережно позвал он.
– М-м? – сладко ответила она сквозь сон.
Максим улыбнулся. Такого странного и приятного чувства он не испытывал… никогда, так ему казалось.
И это пугало.
В голове родились слова, способные изменить все.
– Ты выйдешь за меня? – спросил он с замиранием сердца, как робкий юноша.
Девушка потянулась, потерлась личиком о его плечо, укрылась волосами.
– Дурачок, – игриво засмеялась она. – Я уже отвечала на этот вопрос, забыл?
– Да, – признался он, хмурясь.
– Ну тогда, перед тем заданием с той женщиной, когда ты меня на спор подбивал, ну, припоминаешь?
Максим честно пытался вспомнить.
– Тогда я сказал, что ты мне снилась.
Катя приподнялась на локте и недовольно покачала головой.
– Значит, я согласилась на чье-то чужое предложение. Ой-ей.
Он не разделил ее игривого настроения. Мысли метались, он начал припоминать ту ситуацию.
–
–
Максим вскочил. В голове помутнело, окружение затянулось дымкой.
– Ты чего? – испуганно спросила нагая Катя, ежась под одеждой.
– Максим, ты в порядке? – поинтересовалась одетая Катя, отрываясь от ухаживания за растениями.
Максим схватился за голову, заорал от понимания.
Мир моментально распался на частицы, на атомы. Он видел границы, видел, как волны его голоса проходят сквозь стены, пересекают улицы, летят в сторону центра города и дальше, гораздо дальше, выходят за его пределы.
А там, вдалеке, точь-в-точь звезды, мерцают другие, ничем не отличающиеся друг от друга города.