Олег Савощик – Рассказы 17. Запечатанный мир (страница 25)

– Сколько лет девочке?

– Шестнадцать. Я уже сговорился со своим старым другом. У него подрос сын, мы давно мечтали объединить наши семьи. Я как раз собирался объявить о помолвке.

– Айлин знала о ваших планах?

– Какое это имеет значение?

– Я просто пытаюсь понять, что произошло и почему. Видите ли, гоблины действительно похищают детей, но обычно малышей – до семи лет. Ваша дочь почти взрослая девушка. Больше похоже, что она сама отправилась спасать кого-то.

– Ты смеешь намекать, что моя дочь тайно родила ублюдка?! – Пальцы здоровой руки лэрда сжались в кулак.

– Я ни на что не намекаю, милорд. Но Добрые соседи всегда следуют правилам. Человеку, который проклял ребенка, дается шанс отыскать и вернуть дитя. Специально для этого гоблины оставляют дверь, самую обыкновенную на вид. Обычно она возникает в глухой стене и открывается только тому, кто должен отправиться на поиски.

– Дверь появилась. – Лэрд разжал пальцы и снова потянулся за водой. – Как раз когда Тулач осматривал комнату Айлин.

– То есть на следующий день? – уточнил Алиас.

– Да, ближе к вечеру. И никто не сумел ее открыть.

– Даже Дэниэл?

Лэрд молча уставился в стакан с водой. Алиас терпеливо ждал.

– Перед моим сыном дверь открылась сама, – задушенно выговорил лэрд Грегори. – Но он не клятвопреступник!

Алиас сцепил пальцы за спиной и досчитал про себя до десяти. Ну почему ему всегда приходится выдавливать из клиентов правду по капле?! Чего ради напрасно тратить время?

– Ваш сын сейчас там? По ту сторону двери?

– Нет, я запретил ему входить. Я верю, что он не проклинал сестру. Значит, его тоже хотят похитить.

– Дверь исчезла?

– Нет. Она все еще на месте.

– Удивительно. – Алиас ни разу не слышал, чтобы дверь в королевство гоблинов продержалась десять дней. Терпением их король не славится и дает шанс только один раз. А самое главное – почему дверь возникла не сразу?

– Могу я осмотреть комнату вашей дочери?

– Тебя проводят. – Лэрд позвонил в серебряный колокольчик.

Молчаливый слуга отвел Алиаса на этаж выше – в холодную и неуютную комнату, не похожую на спальню юной девушки. Высокая кровать под отсыревшим балдахином, узкое, забранное решеткой окно, столик с умывальными принадлежностями, темное зеркало, два сундука… В стене напротив кровати Алиас увидел дверь – простую, сколоченную из неошкуренных досок. Больше уместную в деревенском сарае, чем в замке. Вот только бронзовая ручка была необычная – в виде ухмыляющейся ушастой морды, зажавшей в острых зубах кольцо.

Драккони принюхался. От двери пахло так же, как из норы, в которую сбежал лис, – летним теплом, диким медом и прелыми листьями. Шиповником и наперстянкой. Ветром и смехом. Захотелось дернуть ручку, шагнуть за дверь и закрыть ее за собой. Навсегда. Алиас потянул за кольцо, но дверь не открылась. Бронзовая морда издала отчетливый гадостный смешок.

Могущественная магия. Чего ради король гоблинов тратит столько сил? Чем его настолько заинтересовал Дэниэл? Или парень солгал и на самом деле виноват в пропаже сестры?

В коридоре послышался стук, и в комнату, опираясь на трость, вошел лэрд Грегори.

– Что скажешь, колдун?

– Все верно, дверь ведет в Подземный мир. Полагаю, войти в нее сможет только ваш сын.

– Ты возьмешься вместо него пойти туда и вернуть мою дочь?

– Если гоблины мне позволят, милорд. Но, честно говоря, я в этом сомневаюсь. Разве что получится их обмануть.

– Тогда хватит слов, берись за дело. Тебе понадобится оружие или что-нибудь еще?

– Все, что нужно, у меня с собой. – Алиас похлопал по кинжалам на поясе. Кроме них под кафтаном скрывался серебряный хлыст – на случай встречи с нежитью. И еще много разных амулетов. – Только я не знаю, как выглядит Айлин. У вас есть ее портрет?

– Нет. – Лэрд раздраженно нахмурился. – Но у меня есть портрет Марии. Они с дочерью очень похожи.

Он снял с себя медальон, открыл. Алиас прищурился, всматриваясь в эмалевую миниатюру. Женщине на портрете было не больше двадцати лет. Рыжие кудрявые волосы, улыбчивый крупный рот, серые глаза. Не красавица, но из тех, кого, однажды увидев, не забудешь.

– Хорошо, теперь позовите вашего сына.

– Дэниэл! – Лэрд обернулся в коридор. – Иди сюда.

Алиас с интересом осмотрел вошедшего юношу. Дэниэл походил на отца – высокий, ладно сложенный, с каштановыми вьющимися волосами. Такие нравятся девицам. В руках он держал агатовые четки, беспокойно перебирая гладкие бусины. На некроманта Дэниэл глянул только раз и тут же опустил глаза.

– Открой дверь, – приказал лэрд Грегори. – Но сам не входи.

– Сделай вид, что входишь, – быстро добавил Алиас. – Я тебя заменю в последний момент.

Дэниэл закусил губу и взялся за кольцо.

– Добфо пофалофать! – пробурчала зубастая морда.

Дверь открылась с театральным скрипом. За ней сиял теплый янтарный свет. «Так вот оно какое – солнце Подземного мира», – подумал Алиас.

Дэниэл опасливо сделал шаг вперед. Некромант оттолкнул его и прыгнул. Позади раздался вскрик и оглушительный хлопок. Алиас оглянулся. Дверь исчезла. Солнечный свет погас, и некроманта окружила темнота.

С высоты своего трона король гоблинов кисло смотрел на незваного гостя. Волшебник ему не понравился с первого взгляда – долговязый, некрасивый и в совершенно неподобающей одежде цвета дорожной пыли и болотной тины.

– Некромант, говоришь? – Король недоверчиво поджал губы. – А ты дверью не ошибся? В моем королевстве нет мертвых. Это тебе к Аиду нужно.

– О, мы значительно расширили свою деятельность по сравнению с античностью, – сказал Алиас, вежливо отодвигая поднесенное гоблинами блюдо с нежно пахнущими персиками. – Благодарю, я не голоден. Теперь мы занимаемся не только гаданиями, но и всем, что связано с нечистой силой и чернокнижием.

– Все еще не понимаю, чего ради ты явился ко мне?

– Так ведь они… – Алиас обвел широким жестом клубящихся вокруг гоблинов, – нечисть, не в обиду вашему величеству будет сказано. А с нечистью только некроманты и соглашаются иметь дело.

Он старался стоять ровно, хотя ноги подкашивались после внезапного и головокружительного перемещения в темноте. Хотелось зажмуриться и как следует проморгаться. В глазах чесалось от яркого света и пестрых красок тронного зала. Как он здесь оказался, Алиас так и не понял. Это раздражало. Как и сам король гоблинов. На своих низкорослых, коренастых подданных с обезьяньими лапами и жабьими мордами он не походил нисколько. Скорее на оживший чертополох – худощавый, весь из острых углов, с пушистыми белыми волосами, торчащими в разные стороны. Рваная синяя мантия и кожаный колет с анатомически точным изображением детского скелета симпатии тоже не добавляли.

– И что же мои гоблины натворили? – спросил король, лениво покачивая ногой в высоком охотничьем сапоге.

– Осмелюсь предположить, что имела место путаница или ошибка, ваше величество. – Алиас сглотнул слюну. Ароматы от фруктов, разложенных повсюду на подносах, заставляли желудок сжиматься от голода, словно и не было ужина в таверне. – Исчезла дочь лорда Грегори. Именно в ее комнату вела дверь, через которую я попал в ваши владения.

– Эта дверь предназначалась не для тебя. – Король неожиданно улыбнулся. В щели между тонкими губами блеснули неровные острые зубы. – Но я ценю отвагу. Сколько тебе обещали за улаживание этого дела? Назови сумму, я ее утрою. А потом ты окажешься в любом месте Земли – по собственному выбору. И забудешь про Айлин. По рукам, мастер?

«Значит, все это время он просто валял дурака, делая вид, что не понимает причины моего появления», – подумал Алиас. Гоблины вокруг притихли, даже перестали чавкать и хлюпать фруктовым соком.

– Мне жаль, ваше величество, но я вынужден отказаться. Не в моих правилах предавать доверие клиента. Но если вы объясните, чем лорд Грегори вызвал ваш гнев, за что вы его наказываете, похитив дочь и заманивая сына…

– Похитив?! – Король приподнялся. От его ленивой вальяжности не осталось и следа. – Ты ошибаешься, мастер. Мне нет дела до лорда Грегори. Его дочь пришла ко мне сама. А перед этим она сама отдала мне своего новорожденного сына! Дверь, которую я оставил в ее комнате, – всего лишь любезность. Шанс, который я всегда предоставляю людям, даже недостойным моей милости, как этот слизняк Дэниэл!

От его крика встрепенулся крупный ястреб, сидящий не спинке трона. Король поднял руку, и птица перелетела к нему на перчатку.

– Спокойно, малышка, спокойно. Здесь нет твоей добычи. – Он пригладил рыжеватые перья и снова повернулся к некроманту. – Ты напрасно тратишь время, мастер. Если Дэниэл хочет вернуть своего ребенка, пусть явится сам. Но пусть поторопится. Нелюбимые дети у меня быстро превращаются в гоблинов.

«Своего ребенка?! – Алиас опустил глаза, чтобы король не принял его ярость на свой счет. – Вот проклятье! А ведь Дуглас знал, не мог не знать. И так меня подставил!»

– Но как же Айлин? – спросил он. – Ведь она пришла за ребенком. Что с ней случилось?

– Она пришла не за ребенком, – спокойно сказал король. – Она пришла, чтобы перестать быть собой. Чтобы забыть. И я выполнил ее желание.

– Что именно она хотела забыть? – Алиас с силой сжал за спиной пальцы. Он заставит Дэниэла заплатить со содеянное. Найдет способ. Но прежде нужно узнать всю правду.

– Ты слишком любопытен. – Король нахмурился. – Впрочем, изволь. История довольно банальная. Айлин, как множество девиц до нее, влюбилась в неподходящего человека. Неподходящего для ее отца, я имею в виду. Они тайно обручились, и жених уехал в другую страну, пообещав вскоре вернуться. Дэниэл, который сам заглядывался на красавицу-сестру, узнал об этом и потребовал плату за молчание. Он насиловал Айлин каждую ночь. Она терпела, надеясь, что однажды возлюбленный ее спасет и умчит на вороном коне, как поется в балладах. А потом поняла, что беременна – от брата. Дэниэл, разумеется, намеревался избавиться от ребенка. И тогда Айлин решила, что пусть лучше ее сын станет гоблином, чем его утопят в пруду. – Он помолчал, выжидательно глядя на Алиаса. – Ты не согласен с ее решением, мастер?