Олег Сапфир – Идеальный мир для Химеролога 4 (страница 9)
— Дорогой ценой достались, ваше благородие, — глухо ответил заместитель, бросив взгляд на тела своих павших товарищей.
— Они знали, на что шли. И получили достойную плату. Их семьи будут обеспечены до конца жизни.
Он снова посмотрел на поляну, и в его голове, как на киноплёнке, прокрутились события последних суток.
«Приманка сработала идеально», — с долей цинизма подумал он.
Они специально наняли небольшую группу обычных следопытов — четверых парней, которые промышляли охотой на мелкую дичь. Заплатили им баснословные деньги за простую, на первый взгляд, задачу: пройтись по этому лесу, пошуметь, поохотиться на каких-то безобидных болотных куропаток. И ждать.
А сами они — элитный отряд рода Лаврентьевых, с лучшими химерами и Одарёнными, — сидели в засаде неподалёку, скрытые под куполом невидимости.
«Почти сутки просидели, как крысы в норе. Ждали, пока эти ублюдки клюнут».
И они клюнули.
Разведка докладывала, что в этом секторе за последние месяцы бесследно исчезло несколько групп. Не просто погибли в бою с тварями. А именно исчезли. Ни тел, ни следов борьбы. Будто испарились. И Владислав предположил, что здесь орудует кто-то разумный. Кто-то, кто охотится на людей.
Нападение началось внезапно. Культисты и их твари выскочили из-за деревьев, окружив группу следопытов. Они явно не ожидали сопротивления. Думали, лёгкая добыча.
И в этот самый момент ударил отряд Лаврентьевых. С флангов, с тыла… Это была бойня. Его личная химера — огромный снежный барс с костяными наростами на спине, — одним прыжком снёс голову их предводителю. А дальше — дело техники.
Владислав подошёл к одному из мёртвых культистов и носком ботинка перевернул его на спину. На груди, под разорванным балахоном, виднелась татуировка — извивающийся червь, пожирающий солнце.
— Вот и доказательства, — сказал он заместителю, который подошёл следом. — Привезу это отцу. Пусть покажет Императору или в Канцелярию отнесёт. Хватит делать вид, что ничего не происходит.
Он снова оглядел поле боя. Ему не нравились дела, которые сейчас происходили в Диких Землях. Совершенно не нравились.
Отец рассказывал, как они в молодости ходили в такие походы. По неделе, по две бродили по лесам. Да, было опасно. Встречали сильных тварей, убегали от них, прятались по пещерам… Но это была честная охота. Ты — или тебя. Всё просто.
А сейчас… сейчас всё изменилось. Люди пропадали. Их подставляли, заманивали в ловушки. И вот теперь — эти сектанты. Которые, судя по всему, целенаправленно охотились на людей из города. Не ради еды. А ради чего-то другого.
«Такое ощущение, что город постепенно начинают обкладывать с разных сторон. Как волка флажками. Только вместо флажков — вот такие вот ублюдки».
Владислав стиснул зубы. Что-то надвигалось. Что-то большое, тёмное и очень злое. И он чувствовал это каждой клеточкой своего тела.
— Собираемся, — коротко бросил он заместителю. — Забираем тела наших и этих уродцев. Остальных — сжечь. И уходим. Здесь нам больше делать нечего.
Заместитель кивнул и отошёл, отдавая распоряжения. Бойцы работали быстро. Тела павших товарищей бережно заворачивали в плотные брезентовые плащи. Никаких слёз или лишней болтовни. Просто суровая мужская работа.
Когда Владислав уже собирался двинуться к точке сбора, заместитель снова подошёл к нему.
— Пахомов и Мельников, — тихо сказал он, кивнув на два свёртка. — У Пахомова дочь родилась месяц назад. Он её даже не видел.
Владислав на мгновение замер. Его лицо, до этого непроницаемое, дрогнуло. Он молча подошёл и положил тяжёлую руку на плечо заместителя.
— Мы вернём их домой. И их семьи получат всё, что им причитается. За этим я лично прослежу.
Заместитель коротко кивнул, и в его уставшем взгляде промелькнула благодарность.
— Я знаю, ваше благородие.
Владислав в последний раз окинул взглядом поляну, где уже начинали разгораться погребальные костры для тварей, и отвернулся.
Впереди был долгий путь домой. И ещё более долгая война, которая, как он чувствовал, только начиналась.
Андрей в сотый раз обновил страницу с объявлениями. Ничего подходящего.
«…нужен специалист с опытом работы от пяти лет».
«…требуется Одарённый с рангом не ниже Мастера».
«…ищем химеролога с собственной клиентской базой».
Он с тоской посмотрел на последнюю пачку лапши быстрого приготовления, сиротливо лежавшую на столе. Ещё день, и придётся переходить на подножный корм. В смысле, ловить голубей в парке.
В дверь настойчиво постучали. Три резких, требовательных удара.
Андрей замер, как мышь под веником. Сердце сделало кульбит и замерло.
Это была Антонина Карловна. Хозяйка съёмной конуры, которую он гордо именовал квартирой. Боевая пенсионерка с причёской «химический взрыв» и стальным голосом, способным сбивать с курса даже дирижабли.
Стук повторился, на этот раз громче.
— Андрей, я знаю, что ты дома! Я слышу, как ты дышишь! Открывай, паршивец!
«Чёрт! У неё чутьё круче, чем у следопытов», — пронеслось в голове.
Он на цыпочках подкрался к двери и заглянул в глазок. Искажённый линзой, разъярённый лик Антонины Карловны выглядел ещё более устрашающе. Она потрясала в воздухе счётом за квартиру, как какой-нибудь орк боевым топором.
— Месяц просрочки, Андрей! Месяц! Думаешь, я по счётчикам святым духом платить буду?
Андрей съёжился и медленно отступил от двери. Его план был прост: притвориться мёртвым. Или уехавшим в далёкое Тибетское царство для духовных практик.
— Я выселю тебя! С вещами на улицу! — не унималась она.
Андрей прижался спиной к стене, затаив дыхание. Минуту, две, пять… Наконец, на лестничной клетке послышались удаляющиеся шаги и злобное бормотание про «нынешнюю молодёжь» и «тунеядцев-алкоголиков».
Он выдохнул. Кажется, пронесло. Но это было лишь временное отступление. Антонина Карловна вернётся, и в следующий раз может прийти с участковым на подхвате. Деньги нужны были не просто срочно. Они нужны были ещё вчера.
Взгляд его снова упал на монитор. Пора действовать.
А ведь он был аспирантом. Подавал надежды. Пока у него были деньги на обучение, он впитывал знания, как губка. Химерология была его страстью и призванием. Но деньги закончились. А вместе с ними — и радужные перспективы. Теперь он был просто умным, но нищим парнем с незаконченным образованием. И паранойей, которая обострялась с каждым днём голодовки.
Всю жизнь его били. В школе — за то, что умный. В академии — за то, что бедный. Он привык чувствовать подставу за версту. Его интуиция, отточенная годами унижений, работала лучше любого детектора лжи.
Он снова обновил страницу. И застыл.
Новое объявление.
«…требуется химеролог для зарядки накопительной сферы. Оплата высокая. Срочно».
Андрей нахмурился. Обычная практика. Сферы-накопители, как аккумуляторы, требовали периодической «заправки» чистой энергией химеролога. Работа не пыльная, но и платили за неё обычно копейки. А тут…
Он кликнул на объявление. Сумма гонорара заставила его поперхнуться воздухом. Пятьсот рублей. За один сеанс. Да за такие деньги можно было нанять целую бригаду студентов-первокурсников, и они бы эту сферу своей энергией «до блеска отполировали».
Подстава… Точно подстава.
Андрей уже собирался закрыть объявление, но взгляд снова упал на пустой холодильник. Лапша сама себя не купит. Он вздохнул и набрал указанный номер.
— Слушаю, — ответил ему безликий мужской голос.
— Здравствуйте, я по объявлению. Насчёт зарядки сферы.
— Отлично. Ждём вас по адресу: улица Кукушкина, дом семь. Через час.
— Нет, — тут же отрезал Андрей.
В трубке на секунду повисла тишина.
— В смысле, нет?
— Я не поеду по вашему адресу. Я вас не знаю, вы меня не знаете. Я не доверяю вам.
— Послушай, парень, — в голосе на том конце провода появились раздражённые нотки. — Нам нужно срочно. У нас нет времени на твои капризы.
«Точно подстава. Слишком торопят».