Олег Рыбаченко – Попаданец против вселенской закулисы (страница 24)

Кашалотов прорычал:

— Какой Бог? Тот, с помощью которого вы деньги из народа выколачиваете? Да еще торгуете наркотой, вином и сигарами.

Бульканье в ответ:

— Закон позволяет.

— И индульгенциями, у них даже договоренность с полицией, если пришил и у тебя церковная бумага, а убитый бедняк, уголовного дела не возбуждать. — Сказал Кашалотов.

— Вот как подонки, извергам покровительствуете! — Петр стал выламывать епископу руку.

— Помилуйте!

Александр проорал:

— Деньги, и немедленно!

— Я открою вам, только не калечьте меня.

— Даю тебе шанс, пес!

Кашалотов снова пальнул, он с детства был заядлым охотником и отлично стрелял, хотя охотиться предпочитал на хищных зверей, волка, медведя, лису. Они убивают, вот и их убивают. — Говорил ему отец. Прочую живность он обычно отпускал. Вот и теперь, нанятый за деньги субъект летит вверх тормашками.

Петр ухмыльнулся, срезав очередью охранника, другой громила в смешной пижаме выпрыгивает из-за проема. Петр легко насадил его на штык, пробив горло.

— Я первый, кто в нашей армии придумал насаживать нож с помощью трубки.

— А не французское ли это изобретение? — Усомнился Кашалотов.

Петр Романов возразил:

— Но внедрил его я! Кроме того, мы первые в мире стали учить солдат штыковому бою. И если шведы стреляли не хуже наших, то в рукопашной схватке уступали.

Александр согласился:

— Ну, в драке, русские самый крепкий народ. Взять тот же спорт. Бокс, например, везде русские доминируют.

Петр Романов кивнул:

— Это естественно, у нас климат суровый и выживали при нем наиболее сильные.

После второй гранаты внешняя дверь открылась, за ней последовал коридор и следующая дверь, еще более массивная.

— Да тут как в матрешке. — Удивился Петр.

— А что думаете, такие богатства взять голыми руками. Естественно, святая церковь заботится о богатствах.

— Ну, давай открывай.

Епископ набрал шрифт-код, комбинация цифр была сложной. Затем последовало подобие рулетки с тонким лучиком света вместо шарика, затем двери плавно раскрылись, их толщины поражала.

— Да тут пушкой крейсера не пробьешь! — Удивился Кашалотов.

— Шестнадцати дюймовым снарядом можно. — Скромно ответил епископ.

Бывалый спецназовец заметил:

— Ну, такое орудие в город не втащишь.

В коридоре стояли статуи, в том числе женщины с луками и голой грудью.

— Окей! Вот до чего развратны церковники.

Епископ буркнул:

— Это ангелы Мотра. Они символизируют гармонию семейной жизни.

Александр хихикнул:

— Замечательно! И поэтому у ваших священников практикуется многоженство.

Епископ вполне логично заметил:

— Только на высшей ступени, низшие монахи чаще вообще не имеют жен, но если человек заслужил, то почему бы ему не позволить. Это лучше, чем бегать по любовницам и проституткам.

— Логично! Ну ладно, тут еще одна дверь, открывай. Надеюсь, она последняя.

В ответ хрип:

— Как в аду! Девять кругов, один страшнее другого. Вот вы убили аббата, теперь знаете, что вам будет.

Кашалотов прошипел:

— Ничего! Ты ведь не хуже меня знаешь, что Бога нет, а человек произошел от обезьяны.

— За такую ересь сажают в концлагерь.

Александр напыжился:

— Но правду не задушить. Тем более, мне, в отличие от вас всех, прекрасно известно кто создал вселенную.

— Ты говоришь так, что будто стоял с Ним рядом, — Лицо епископа вытянулось.

Кашалотов буркнул:

— Вот именно, и жал руки. Ну не забалтывай. А то, видимо ждешь подкреплений.

Священник принялся что-то крутить, затем повернул глазок, прошептал.

— Тут звуковая комбинация, объяснил он. Дверь отъехала в сторону. Ленин и Петр направились к отверстию. Неожиданно вождь почувствовал укол в ногу.

— Что такое! — Он попытался взять епископа на мушку, но тело не слушалось. Царь в свою очередь упал, скрючившись, не в силах пошевелиться.

— Какая мерзость! — Произнес Александр. — Я словно парализован.

Язык у Кашалотова заплетался, но все же шевелился, а вот тело, оно застыло будто в коме.

Епископ повернулся к ним, держа в руках кусок сусального золота.

— Ну что голубчики, хотите получить?

Александр глупо буркнул:

— Как?

Священник поднял отливающий желтым цветом брусок, скинул фуражку и врезал Кашалотову по голове:

— Вот так! Будешь знать, как грабить святое, грешник. — Затем подошел к Петру саданул и ему. — Получай верзила.

Епископ противно захихикал.

— Вот как я вас провел. А вы что думали, у матушки церкви и ловушек нет. Я мог бы вас просто убить, но вместо этого сдам в полицию, а еще лучше в гестапо. Там с вас выбьют дурь, несколько месяцев пыток, затем электрический стул. Кстати, кто заложил взрывчатку под платформы? Наверное, дети, туго им придется, есть специальная изощренная программа истязания ребенка.

— Даже царская охранка такого не делала. — Пробурчал Кашалотов. На голове у вождя спецназа вздулась шишка, а в довершение к прочим бедам зачесался нос.

Петр промычал:

— Может, согласитесь, на выкуп. Я очень богатый.