Олег Рония – Лабиринт великанов (страница 6)

Теперь стало по-настоящему светло, и Джоанна заметила, что чердак полон громоздких, пыльных шкафов – такие, наверное, до сих пор стоят кое-где в запасниках музеев.

– Даже в наши просвещенные времена, чтобы быть ведьмой… – Тетушка отперла ближайший шкаф и хотела эффектно выдвинуть ящик. Ящик заело. Джоанна и мама пришли ей на помощь и, в конце концов, ящик отчаянно крякнул и выдвинулся.

– …достаточно иметь вот это, – тетушка криво улыбнулась, словно бы говоря. – Да, эффектного появления не вышло.

В ящике лежали аккуратно переложенные пожелтевшей ватой фигурки. Скрюченные человечки, животные, странные создания, похожие на переплетения каменных нитей.

Мама Джоанны с профессиональной бережностью вытащили одну из них и поднесла к свету.

– Нефрит? Откуда они у вас? Очень странная манера изготовления… Миссис Мэрион? – спросила она требовательно.

Старая леди мягко улыбнулась.

– Мой дед интересовался археологией. В 1890-е годы он вел раскопки в Лесу Великанов и обнаружил вот это. Не надо так на меня смотреть, Энн! Я не укрываю находки. Это собственность нашей семьи и с ней связана… память. Дед пытался продать их Британскому музею, но эксперты не подтвердили подлинность этих вещиц. Был большой скандал, который отразился на репутации нашей семьи… Именно после этого случая дед забросил археологию.

– Известно ли, где конкретно их нашли? – глаза Энн увлеченно горели.

– Увы! Дед перед смертью сжег свои бумаги. Я до сих тех пор очень сожалею об этом – я хотела бы лучше узнать его и его исследования. Если он вел записи о раскопках – они погибли.

Тяжелый вздох разнесся под старыми чердачными балками. Джоанна отлично знала, что находки, чье положение в земле и среди других остатков не зафиксировано тщательно, как улика в детективе – почти бесполезны для науки.

Она взяла в руки одну из фигурок – женщину со странным, бугорчатым торсом, словно сплетенным из каменных корней. Ей захотелось пошутить про женщину-Грута, но стоило секунду подержать фигурку в руках, желание шутить пропало. Камень статуэтки был теплый, словно внутри фигурки была заключена живая женщина. Кончики пальцев чуточку закололо. Джоанна решительно положила статуэтку обратно и повернулась к тетушке. Глаза старой дамы горели интересом. Потом он угас, словно тетя натянула вежливую маску.

Мама внимательно изучала фигурки и шептала что-то про художественный стиль неолита и верхний слой раскопа-3. Джоанна вспомнила: кажется раскоп-3 – это небольшая площадка в двух километрах от главного раскопа – между парковкой универмага Хэддока и стадионом – и решила заглянуть туда назавтра по дороге из школы.

Но назавтра Джоанна на раскоп не попала – тетушка поручила ей после школы закупать продукты на всю семью.

В Хельхольме продукты покупали у мистера Хэддока. Он держал небольшой универмаг сбоку от главной улицы. После пары походов магазинчик стал Джоанне, как родной.

Среди слегка потрепанных полок и холодильных прилавков бродили домохозяйки с тележками, а улыбчивый африканец то и дело привозил со склада свежие йогурты и морковку; кассиры-индусы каждый раз приветливо здоровались с Джоанной.

Сам мистер Хэддок на кассе не работал. То и дело он обходил зал, с хозяйским видом покуривая трубку.

Хэддок был старомоден и усат, будто офицер колониальных времен. Старомодность свою он, видимо, сделал фишкой магазина.

Мистер Хэддок носил клетчатые костюмы – кажется, даже из настоящего харисского твида, а трубка у него была недорогая, но старинная и тщательно ухоженная. Чаще всего он болтал со знакомыми покупателями, изящно жестикулируя трубкой – ему явно нравилось, как блестит под лампами ее медная окантовка.

Джоанну он всегда провожал слегка настороженным взглядом серых глаз – это немножко ее смущало. Видимо, новые люди в Хельхольме были совсем уж редкостью. Лицо у Хэддока было горделивое и немного грустное – он все время кого-то неуловимо напоминал Джоанне.

Лишь в четвертый визит в магазин она сообразила, на кого похож мистер Хэддок – его важное и слегка растерянное лицо напоминало инспектора Клузо из Розовой пантеры!

Именно в тот день, когда она сделала это открытие, произошла очень странная встреча.

Тем вечером Джоанну отправили в магазин за молоком.

Осенние сумерки упали на мир быстро, и назад от Универмага Хэддока она шла уже в темноте, неся в бумажном пакете багет, чипсы, бутылку молока и чеснок. Негромко слушая плавную японскую музыку в наушниках – для прогулок по вечерам она любила мелодии из Chrono Cross – Джоанна шагала через чащу Леса великанов. Набегая порывами, негромко шелестел ветер, фонари лирично светили между ветвями.

Она замечталась, шагая по дорожке между кругами света, и едва не наткнулась на человека, который вышел из черноты.

Джоанна готова была поклясться, что миг назад на этом месте никого не было. Поглядела внимательнее и поняла, что человек этот очень странный.

Прежде всего, тем, как он на нее смотрел – смесь робости и восхищения выглядела совсем неуместно на его аскетичном, словно вырезанном из дерева лице. Они глядели друг на друга и молчали. Затем незнакомец поклонился и произнес

– Приветствую тебя, чудная дева из сидов. Я пришел спросить, зачем ты дала мне волшебный амулет.

Джоанна споро отступила на шаг. Ей повезло наткнуться на здешнего сумасшедшего?!

Она разглядела, что незнакомец одет в мохнатые штаны – явно самодельные – и куртку с капюшоном, а волосы его длины и нечесаны. Но это не бездомный: во-первых, поза и осанка незнакомца полны достоинства, а во-вторых, бездомные не носят самодельные штаны и луки.

А над плечом его явно возвышалась дуга лука – хоть и без тетивы.

– Вы ролевик, да? – спросила Джоанна неуверенно.

В ответ мальчишка протянул ей что-то. Джоанна разглядела, что парень – ее сверстник, может, чуть постарше. Его темные, миндалевидные глаза радостно сверкали в свете фонаря.

Джоанна готова уже была отметить, что это интересный молодой человек, но тут заметила, что он протягивает ей банку из-под зеленого чая. Пустую и раздавленную почти в блин. И при этом говорит:

– Вот вещь, которую ты даровала мне в могильном кургане великого шамана, о, чудесная дева!

Джоанна начала потихоньку пятиться.

На лице парня отразилась растерянность. Он бормотал что-то про детей Хельма, великую Самир и, кажется, просил помощи против пеликанов.

После пеликанов Джоанна малодушно убежала, угрожая чужаку полицией.

Она давно выскочила из леса, а сердце все колотилось.

Домой она пошла по большой окружности – как можно дальше от Огрвуда.

***

В дороге Джоанна много думала, а зайдя в гостиную, спросила у тети.

– Тетушка Мэрион! А в городе есть психлечебница?

– У нас нет такого количества сумасшедших. А в чем дело?

– Ну… у вас живут… странные люди?

– Смотря кого считать странными людьми, милая. Некоторые думают, что самая странная в городе – это твоя тетушка.

Джоанна вежливо улыбнулась.

Ей все больше казалось, что этот парень с луком ей привиделся. Может ли наступить переутомление, если четыре дня подряд вставать рано утром в школу?

Поразмыслив, она решила, во-первых, лечь сегодня пораньше – уж не умрет она без двух часов в Baldurs Gate – а во-вторых – через лес в темноте больше не ходить.

Глава 8

Орго пришел в себя от тихого говора. Сперва он просто наслаждался мирным потоком человеческой беседы. Ясно, что кто-то отбил его у космачей – может быть, охотники из Плавучей деревни или из Равнинных родов. В них даже Охотники – рабы великанов и потому чаще всего именно равнинные ходят в южные болота убивать космачей. В голове ровными толчками пульсировала боль, но постепенно он вслушивался, начиная понимать. Говорили довольно непривычно, но в целом ясно.

– Да не дергайся! – требовательно произнес мелодичный женский голос. – Ты Охотник или кто?

В ответ печально запыхтели.

Видимо, у отряда его спасителей не было с собой сон-корня или целительница оказалась не очень опытная. Если взяли на охоту чью-то женщину, то они, правда из Равнинных родов – оттуда идти далеко и нужно готовить в пути, – размышлял Орго.

– Тебе легко говорить, – этот пес меня чуть к Отцам не отправил! – сказали, по-видимому, сквозь крепко стиснутые зубы.

– Могу колыбельную спеть! – невинно предложила девушка.

Теперь запыхтели уже угрюмо, но промолчали.

– А он не нападет? – спросил кто-то – судя по голосу, это был совсем мальчишка.

Орго заинтересовался всерьез. Мальчишек не берут на охоту. И эти безумцы что, захватили космача и не убили! Никто в роду Хельма никогда не делал такой глупости!

Эти странные охотники настолько увлекли Орго, что он, не обращая внимания на пульсирующую боль в голове, приоткрыл веки.

Затем резко зажмурился, полежал немного с закрытыми, и открыл снова. Но странная картинка никуда не делась.

Напротив него лежал космач – то есть Орго понял, что это космач, потому что рядом на траве валялся его бесформенный капюшон, а шкуры были распахнуты. Под шкурами оказался парень примерно его возраста, с обильными веснушками. Он, сжав зубы, следил, как длинный разрез на его груди ловко зашивают нитью из оленьих жил с помощью костяной иглы. Над ним склонилась девушка с пышными волосами, золотыми в солнечном свете.

Орго закрыл глаза снова.

Да это безумие какое-то! Во-первых, космачи не говорят. Они рыкают, ухают, повизгивают, но по-человечьи не говорят! Во-вторых, все знают, что у них огромные костистые дуги над бровями, руки длинные, а ноги кривые и под шкурами шерсти едва ли не больше, чем снаружи.