Олег Он – Шпенглер был прав. Антиутопия #1 (страница 1)
Олег Он
Шпенглер был прав. Антиутопия #1
ШПЕНГЛЕР БЫЛ ПРАВ | Антиутопия #1
Цикл #11_Антиутопий
(от автора блога Неразбуддизм)
– Стой, дурень! – слышались голоса позади. Преследователи продолжали погоню. И догнать не догоняли, и отставать не отставали.
Адольф Шваб бежал как заяц вприпрыжку, постоянно меняя направление бега, чтобы не могли прицелиться и выстрелить.
Однако русские и не стреляли. Иногда громко смеялись, что-то кричали вслед…
Он не понимал их язык.
Заброшенные городские дома, пустые улицы, заваленные каким-то хламом, который перестали убирать ещё лет… наверное, тридцать назад. Шваб был ещё совсем маленьким, когда последние жители покинули города во всей обозримой долине. Сейчас растения почти везде взломали асфальт, трава покрывала мостовые, деревья прорастали прямо посреди дороги. Ржавые машины, какая-то мебель и прочая рухлядь, между которой приходилось петлять, чтобы не споткнуться.
Адольф Шваб был парнем вёртким и считался самым быстрым в своём посёлке. Петляя по улицам, он хотел запутать преследователей. Но, кажется, русские использовали свои мерзкие хитрости… технологии…
"Шваб, ну, что ты за идиотик! Что за балбес!.." – вспоминались ему вечные мамины укоризненные фразы.
Да, он балбес. Он подумал, что был не прав, когда вообще ввязался в эту авантюру.
Что-то воровать у русских – всегда чревато. На кой он повёлся на уговоры этого самовлюблённого Шпенглера и его приятелей из Баварии?..
Уже на подходе к лагерю русских Адика заметили, хотя он был максимально осторожен, маскировался, двигался бесшумно, но это не спасло его. Он лишь попытался зайти на территорию, как его моментально окружили шмели, почти бесшумные летающие боевые машины. И он тут же решил бежать…
Уже, наверное, полчаса длилась погоня. Но русские не отставали. Парочка шмелей постоянно жужжали сверху. Они пикировали иногда так низко, что чуть не задевали голову.
Адольф Шваб очень устал. Казалось, к каждой ноге привязали по огромному куску камня. Но он продолжал бежать. Иначе… А что иначе?.. Страшно было представить!..
В какой-то момент он вдруг понял, что его преследователи меняются, передают его, словно эстафетную палку. Те двое, что выскочили позади справа, отличались от тех, что были ранее… Это объясняло, почему эти русские не устают! А уж механические шмели и вовсе были неутомимы!
Это нечестно! – хотелось крикнуть ему.
Но о какой честности речь?! Он ведь был вором! Да и с русскими иначе нельзя, по правилам воров: красть и бежать! Бежать со всех ног!
Впрочем, русские многого не понимают, все знают, что они все – психи! Хитрые, непредсказуемые, всегда предугадывающие твой шаг благодаря своим магическим технологиям: иллюзии, механические шмели и много всякой жути, о которой рассказывали старожилы…
– Ладно! Погоняли и хватит! – крикнул русский и вдруг оказался прямо перед Швабом. Словно из-под земли. Высокий под два метра, белокурый с улыбкой до ушей.
Адольф Шваб опешил, у него ноги подогнулись, он чуть не врезался в русского. Потом вор всё же собрался и попытался стукнуть русского. Но, несмотря на расстояние менее полуметра, промазал…
Как так?! Рука как-будто прошла сквозь противника!
Из-за неожиданности и силы инерции Шваб просто свалился прямо под ноги русскому.
Как-то он слышал краем уха в одной харчевне, что русские – мастера иллюзий.
– Ты… ты… иллюзия? – испуганно спросил Шваб, даже не пытаясь подняться. У него отнялись все конечности, челюсти тряслись от страха, сердце бешено колотилось, язык прилипал к пересохшему нёбу, парень едва-едва произносил слова.
Подошёл второй русский, склонился над поверженным противником, удивлённо спросил:
– Ты понимаешь, что такое иллюзия? – этот второй был смуглый, бородатый, чёрные глаза сверлили насквозь, как дрель. – Ладно! Отдыхай, брат!
И тяжёлый приклад больно долбанул по голове.
Небо, кроны деревьев закружились, и Адольф Шваб вырубился…
***
Олаф Шайзегрубер ждал Адольфа Шваба на краю города. Адика не было уже, наверное, часа два или даже три. Скоро пора возвращаться к Шпенглеру, к этому старому мошеннику.
Олаф спрятался так, чтобы его самого не было видно, но чтобы дорога была как на ладони. В поломанном ржавом грузовом автомобиле, который перестал ездить уже лет сорок назад.
Олафу Адик приказал сидеть тут, так как нечего подростку ходить по столь опасному месту, как город. Олаф был послушным мальчиком, потому сидел тут и следил за городом издалека.
После окончания двадцатилетних феодальных войн мало что осталось целого в городах долины Майна. Давным-давно всё самое ценное растащили. А из зданий целыми остались только каменные, и то почти все были разрушены. Трава и деревья ещё не всё покрыли, но с каждым годом город всё больше зеленел. Даже огромные воронки от старых взрывов уже почти покрылись зеленью.
Из города тянуло пылью, какими-то химическими и гнилостными запахами. Уже давно большинство людей не ходило в город, лишь мародёры иногда тусовались там, обдирая остатки былого величия. Рисковали пройти в город лишь отчаянные смельчаки, презирающие множество суеверий, связанных с этим местом.
Олаф тоже боялся суеверий. Он боялся мёртвого полицейского, который вставал прямо из-под земли. Хотя что такое "полицейский" уже почти забыли, что-то грозное и довоенное. Он боялся крысиного короля, трёхголового людоеда размером с собаку. Он боялся красных домов дикой жути, красных из-за крови выпитых ими людей. Много страшилок рассказывали мародёры и старики о городе…
Но русские были не просто мифом, не суеверием. Они были страшной силой, изредка оживляющей город: приходили неведомо откуда неведомо зачем, потом уходили неведомо куда…
Тишина и шум воющего ветра. Изредка раздавались крики птиц и зверей. Сейчас это было типичным состоянием огромного города. Людей там не было, только звери и птицы…
Русские там недавно обустроили временную базу. Что-то они снова искали здесь.
И старый мошенник Шпенглер никак не мог упустить такой шанс – поживиться технологиями.
Технологии… Это слово все произносили с придыханием.
Ведь если бритые, чинайцы или русские куда-нибудь приезжали, всегда была возможность что либо стибрить. Стибрить какую-нибудь хитрую технологическую штуку. Особенно у русских. Те были добрее и не стреляли, как трусливые бритые или осторожные чинайцы. Иногда русские даже кормили.
За всю жизнь Олафа гости приезжали пять раз.
Один раз приезжали бритые. Тогда погибли пятеро из десяти мародёров. Бритые устраивали истерику и как сумасшедшие палили во всё движущееся. Их железные стрекозы ещё долго летали вокруг, и страшно было даже голову поднять.
Чинайцы тоже были один раз, эти ездили на своих железных быках, что-то собирали, и очень быстро уехали. Они стреляли сначала в воздух, предупреждали, потом уже могли и ранить и даже убить. Одного мародёра серьёзно подстрелили, потом он скончался от ран.
Русские же никогда не убивали. Эти ничего не боялись, тут они вели себя словно хозяева.
Хотя был один раз, когда русские подстрелили мародёра, он что-то стибрил по-настоящему ценное. Но чаще всего русские просто пугали своими иллюзиями. Здесь все рассказчики начинали дико спорить, утверждая совершенно противоположные вещи о русских, но сходились в одном: русские обладают какой-то магией, умеют заморочить так, что глазам своим не поверишь. Их иллюзии не убивали, но пугали до безумия. И байки об этой магии были столь невероятными, что верить в них некоторые просто отказывались. Кто-то рассказывал, что русский может в один миг быть в нескольких местах, а потом вдруг вырасти в великана. Другие рассказывали, как русский может превратиться в медведя, потом исчезнуть и появиться в другом месте. Третьи поговаривали, что русский однажды превратился в двойника мародёра, появившись прямо перед ним, отчего тот обдристался и потом ещё плакал целый месяц…
Олаф не очень доверял байкам. Хотя о последнем случае о дрищущем и плачущем мародёре он знал, даже встретил того на окраинах города. Его так и называли Дристун-Плакса, он никогда не подходил к людям, жил где-то между лесом и городом.
Олафу гости нравились, хотя и страшновато было.
Год назад русские гостили в городе. Мальчишка тогда забрёл на окраину города и видел одного русского издалека. Чистый такой, аккуратный, в зелёной броне, рядом с ним всегда летали железные шмели, размером с воробьёв и голубей. Один из шмелей тогда подлетел к Олафу близко-близко, завис над ним, вращал своими странными глазами. Олаф тогда от страха чуть не обкакался, расплакался, и шмель оставил его в покое. Потом через пару часов на Олафа сверху упала сладкая квадратная плиточка размером с его ладошку. Сладость была завёрнута в блестящую и шелестящую бумагу. Это было самое вкусное лакомство на свете!..
Тогда Адик объяснил: это шмель ему подарил лакомство, так, типа, извинился за то, что напугал.
И вот теперь Олаф думал, а что если пойти к русским, вдруг они ему снова подарят сладость. Такую же. От воспоминания рот моментально наполнился слюной.
Олаф понял, что уже проголодался. В животе заурчало.
Голод не тётка, погонит и к русским.
Пугали не русские, пугал пустой город с его жуткими чудесами. А эти странные русские всё-таки были людьми. Пусть и волшебными, но всё-таки людьми.